varandej (varandej) wrote,

Wierszyna. Syberia polska.



101 с небольшим год назад в эту долину пришли поляки - около шестидесяти семей из Петрковской губернии российского Царства Польского основали село Вершина на речке Ида, напротив старого бурятского села Нашата. Они не были ссыльными: в те годы из перенаселённого Старого света многие ехали туда, где есть ничейная земля - будь то США, Канада или Латинская Америка. В России начала ХХ века действовала "столыпинская" программа переселения крестьян за Урал, которой воспользовались миллионы русских и украинцев. Нашлось и около 900 тысяч поляков, отважившихся жить там, куда полувеком ранее ссылали их земляков. И хотя большинство польских поселенцев не выдержали сибирских условий и уехали назад при первой возможности, многие остались здесь. И спустя сто лет Вершину, не очень большое село (полтысячи жителей, полторы сотни дворов) в тупике дороги в Иркутской области, называют "Сибирской Варшавой" и "Маленькой Польшей в Сибири": поляки сохранили язык, обычаи, кухню, а посреди села стоит чудом пережившие советское время деревянный костёл Святого Станислава.

Летом здесь не редкость польские туристы, я же решил ехать зимой - чтоб было видно, что это Сибирь, а не Прикарпатье. В прошлой части я рассказал про долгий путь к Вершине через старожильческие сёла, а теперь осмотрим саму Вершину.


...Перво-наперво мы направились в Нашату - изначально бурятское село за Идой, она давно уже слилась с Вершиной в единое целое. Если Вершина - сибирская Варшава, Нашата - её Прага (надеюсь, ясно, что речь вот об этой Праге?). Там живёт и Галина Степановна Янашек, которая в этой "маленькой Польше" выполняет роль Министра культуры - председатель Польского культурного общества "Висла", хранитель и основатель Музея польской деревни в Вершине. Без неё я бы сюда не попал - как уже говорилось, в Вершину не ходит общественный транспорт, и именно она нашла мне оказию.

2.


На кадре №2 она на фоне "Польского дома" в центре села. Как уже говорилось, её дом совсем в другом месте, и сам по себе интересен как довольно характерный образец "польской сибирской избы":

3.


3а.


Там она и встретила нас, и моё знакомство с Вершиной началось с обеда в доме Янашек. Там же были её дочь Инга и пожилая тётя Франя (Франчишка Павловна) - если я не ошибаюсь, именно она начала собирать сохранившуюся в Вершине польскую старину, что затем и легло в основу музея. Мне показали фотографии и книги, в основном на польском языке - как оказалось, в Польше Вершина достаточно известна, в туристической литературе там о ней пишут регулярно, для поляка это не менее известное место Сибири, чем Иркутск, Тобольск или Камчатка.
С разрешения Галины Степановны, сделал несколько фотографий в её доме. На стенах - простенькие, но явно католические иконы и портреты предков:

4.


И целый стол разных реликвий - рискну предположить, что подарков (спросить сам забыл):

5.


Вообще, в Вершине у меня было около трёх часов, из которых примерно полтора заняла экскурсия, которую провела мне сама Галина Степановна. В селе два основных культурных центра - Польский дом с музеем и костёл. К Польскому дому мы и направились. Ещё в Нашате сфотографировал одну из изб - и как заметила Галина Степановна, "изба очень старая, может быть ещё буряты строили". Нашата меньше, но старше. В современной Вершине живёт одна бурятская семья, также перешедшая на польский язык.

6.


Речка Ида замёрзла и занесена глубоким снегом, так что и не ясно, где кончается русло и начинается берег. Над Вершиной господствует гора-пирамида, которую здесь называют Мирумир - от советского лозунга, некогда красовавшегося на склоне. Возможно, именна эта вершина и дала Вершине название:

7.


Вообще, пейзаж тут очень сибирский, со всех сторон высокие таёжные сопки:

8.


...Культурное общество "Висла" в Вершине основала в 2002 году учительница польского языка, выпускница Гданьского университета Людмила Вижентас, и изначально это были просто встречи людей, неравнодушных к родной культуре - совместно отмечали традиционные польские праздники (такие как "Огниво"), пели народные песни (из чего образовался ансамбль песни и танца "Яжомбэк"). Польский дом изначально создавался как клуб, но к 2003 году, когда он обзавёлся отдельным зданием, о Вершине уже знали в Варшаве, и историческая родина начала всё активнее поддерживать свой сибирский филиал. Польский дом ныне занимает обычную "дачную" избу позднесоветской постройки, и внешне ничем особым не примечателен:

9.


Здесь проводятся встречи и выставки, летом ночуют гости, несколько лет назад появилась библиотека польской литературы. В прихожей - выставка детских рисунков, в библиотеке - портрет Пилсудского:

10.


Основное помещение Польского дома. Деревянный резной герб - подарок, который в июне 2004 года передала Вершине Люцина Дера, сотрудник культурного центра в Шембарке (Померанское воеводство). Этот орёл стал символом Польского дома, да и всей Вершины:

11.


В этом зале бывали и польские делегации, в том числе Мария Качиньская (позднее погибшая под Смоленском) - Галина Степановна запомнила её как очень добрую и чуткую женщину.
На стенах - три мемориальных стенда: "Труженики тыла", "Вы всегда в нашей памяти", и главный - вот этот:

12.


По словам Галины Степановны, гости из Польши, в основном простые туристы, летом здесь бывают почти ежедневно, по одиночке и группами, а вот русский путешественник в Вершине - гость нечастый. Посетовала, что туристы - люди тоже не всегда добросовестные, иногда норовят что-нибудь отсюда прихватить на сувенир.
Во дворе Польского дома - Музей истории Польского сибирского села. Это уже проект самой Галины Степановны, открытый в 2010 году, когда отмечалось 100-летие Вершины, и тут ей помогало Польское консульство (в первую очередь материально) и Тальцы (с их опытом музеефикации изб):

13.


Музей здесь работает без расписания, зимой желающие его посетить находятся не каждый месяц - поэтому к музейной ограде мы пробирались по колено в снегу. Для музея сюда перевезли действительно интересный памятник - избу Зелинских, первый (!) дом Вершины.

14.


Попав в Сибирь, поляки создали интереснейший синтез польской и местной архитектурных традиций - не слишком отличающиеся от русских изб снаружи, польские избы имели совершенно другой интерьер. Кроме того, если русский сибиряк обычно имел капитальную избу в деревнне и промысловое зимовье, поляки даже в тайге принялись устраивать хутора. Музей польской деревни - ни что иное, как реконструированный таёжный хутор с домом, зимней кухней, баней-полуземлянкой и колодцем. Правда, обычно таёжный хутор был обнесён высоченным забором, на тракт выходил калиткой, а парадными воротами был обращен в тайгу, и к ним вела малозаметная тропа. Хутор был не временным (как зимовьё), а постоянным жилищем, и за высокими заборами нередко укрывались контрабандисты, разбойники или просто беглые.

15.

Отличалась от русской и конструкция бани - как правило, польская баня стояла рядом с домом, была заглублена на полметра в землю с дренажем к ближайшему оврагу, к ней примыкала летняя кухня под навесом. В музее под навесом стоит повозка - ну так и зима на дворе!

16.


Входим в избу - маленькие сени со всяким хозяйственным скарбом:

17.


И просторная комната - вот тут-то самое интересное:

18.


Ничего общего с русской избой! Нет столь привычных полатей, печь небольшая, без лежанки и стоит в центре комнаты, а не у стены. Много явно городских атрибутов - польская изба выглядит гораздо "цивилизованнее", но более чем уверен, что в условия сибирской зимый русская изба, выверенная веками, была комфортнее:

19.


На стене - баян и скрипка, пробитая саблей: историю её никто не знает, но сделали её явно за тысячи километров отсюда. На другой стене - очень красивая и трогательная картина, тоже вряд ли написанная здесь:

20.


За печью - кровать и люлька:

21.


Причём кровать сделана аж в 1905 году, то есть старше самого села. Вряд ли её приволокли из Польши - скорее, купили где-то здесь, может быть в Черемхове, через которое в те времена сюда добирались (сейчас это гораздо сложнее, так как Черемхово за Ангарой, а паромные переправы вышли из моды). Обратите внимание и на кружевную наволочку - хотя такие по сей день популярны во многих квартирах, считается, что в Сибирь их занесли именно польские поселенцы:

22.


По снежной целине мы покинули избу и направились к костёлу. Видите здание из двух половин вон там? Это сельская школа, из-за которой выглядывает костёльный шпиль. Забор на переднем плане же принадлежит местному совхозу - если я не ошибаюсь, занимающемуся овощеводством:

23.


Школа поближе. Именно она была бастионом польской культуры в Восточной Сибири, когда был закрыт костёл и ещё не было Польского дома. Её выпускники ныне могут сдать вступительные экзамены в консульстве в Иркутске, куда приезжает специальная комиссия из Польши... и говорят, сейчас 5 вершининцев учатся в университетах Варшавы.

24.


Со школьного двора можно пройти на задний двор костёла Святого Станислава, освящённого в 1915 году:

25.


Мы зашли в дом при костёле... Я не знаю, есть ли здесь ксёндз, но сто лет назад его не было - богослужения проводил священник из Иркутска, приезжавший несколько раз в год. Возможно, и сейчас костёл действует в режиме часовни - но в доме было тепло, нас встретила женщина с дочкой, и дочка открыла мне храм.

26.


Вот он - костёл в Вершине. Деревянный и подлинный. Говорят, даже не единственный в Сибири - ещё есть костёл в селе Белосток Томской области. Так и стоит тут, среди искрящихся снегов и трескучих морозов. Рассказывают, что при Советах его использовали как подсобку, а рядом построили клуб... но клуб сгнил, а костёл продолжает стоять.

27.


Рядом мемориальная доска, поставленная несколько лет назад без согласования с администрацией и консульством - просто этой историей прониклись побывавшие тут в качестве туристов польские бизнесмены, и сделали селу такой вот подарок. Надпись переводится так - "Мать поляков Польша не забудет своих сынов и дочерей, где бы они ни жили, работали, страдали, погибали. Памяти расстрелянных НКВД 19 февраля 1938 года тридцати жителей Веришы, реабилитированных в 1957 году. Пусть покоятся в мире! Честь их памяти!". 30 мужчин (точнее, 29) в селе из 130 семей (на тот момент) - это очень много. Ещё примерно столько же Вершина потеряла в 1941-45, а кое-кто из вершининцев не вернулся с войны потому, что остался жить в Польской Народной Республике.

28


Маленький и уютный зал костёла:

29.


Спаситель с отбитыми руками... Я почему-то забыл спросить о его происхождении Галину Степановну, но до чего же яркий образ! Это распятие вполне может с годами стать католической святыней:

30.


Ещё детали:

31.


32.


Лестница ведёт к звоннице, которая снаружи не видна - колокол просто висит на втором этаже, и звон его слышен сквозь доски:

33.


Перед костёлом - главная площадь села. Из-за храма выглядывает здание сельской администрации, чуть поодаль небольшой свежеоткрытый сельский клуб - видимо, для внутреннего пользования, в отличие от Польского дома:

34.


Но самое главное после костёла здание тут - вот этот домик напротив. Магазин - и этим всё сказано! Жаль, что я не сфотографировал его зал, где из трёх стен две заняты продуктами, а на третьей - простенькая одёжка, посуда, предметы быта и даже игрушки... в общем, этакий мини-супермаркет. У магазинного крыльца мы разошлись с Галиной Степановной, договорившись через час встретиться здесь же и ехать в Иркутск. В итоге она припоздала, а я пришёл раньше времени, и сидел там грелся, слушая, как продавщица с кем-то говорит по мобильнику на польском языке:

35.


Типичный пейзаж Вершины - в отличие от старожильческих сёл, здесь прозрачные изгороди вместо высоких заборов, но и избушки стоят не фасадом на красную линию, а слегка в глубине двора. Архитектура та же - но планировка чуть-чуть иная:

36.


37.


Наличники очень красивые - но вполне в общесибирской традиции:

38.


39.


39а.


40.


Дальше по улице обнаружилась внушительная конюшня, которую я сфотографировал с горы чего-то, укутанного снегом:

41.


Непривычно косматые сибирские лошади:

42.


А само здание конюшни - явно ровесник села:

43.


Я влез на холмик за ним - Мирумир зимой малодоступна. Но и с холма прекрасна видна долины Иды, вытянутые параллельно друг другу Вершина и Нашата:

44.


45.


С другой стороны - островерхий костёл над ломанной линией крыш, и белый снег ничем не хуже красной черепицы:

46.


Это поразительно - Вершина по-прежнему Wierszyna. Люди между собой говорят здесь по-польски, основные фамилии - Митцка, Фигура, Поспех, Навак, Митренга, Рачек... уже знакомые Янашеки, Вижентасы и Зелинские. Немного отличаются и лица, и общее настроение - хотя жители Вершины мне показались очень доброжалательными, нет этой традиционной русской открытости, европейская привычка держать дистанцию осталась и за сто лет... ну то есть как осталась: скажем так - примерно на уровне русского небольшого города, но не русского села. И всё же, как показалось мне, "сибирские поляки" - это тоже настоящие сибиряки. Нет ощущения, что люди здесь борются за выживание с чужбиной - они обжили эту долину и сделали её своей родиной.

47.


Вершина довольно зажиточна, по крайней мере зажиточнее окрестных русских сёл. Основное хозяйство - подсобное, овощи отсюда везут грузовиками. Тем не менее, встретить зимой человека в санях - обычное дело:

48.


Но всё-таки я завидую польским туристам: проехав по России 5000 километров, забравшись в самую что ни на есть сибирскую глушь - повстречать там своих.

В следующих нескольких частях буду показывать сам Иркутск, о котором можно рассказывать бесконечно.

ВОСТОЧНАЯ СИБИРЬ-2012
"К вечеру потеплело до -35". Вступление.
Колывань. "По Большому Сибирскому тракту..."
Среднее Приангарье
Братский и Илимский остроги.
Братск. Город и ГЭС.
Братск. Ангарская деревня.
Речь Посполитая в Сибири.
Костёлы и штетлы.
Путь к Вершине.
Вершина. Wierszyna.
Иркутск и окрестности.
Первое знакомство. Глазковка, мост и два вокзала.
Иркутский острог.
Улица Маркса и окрестности.
Улочками старых окраин.
Предместье Рабочее.
Тальцы в -43 градуса.
Листвянка. Первая встреча с Байкалом.
Бурятия.
Петровск-Забайкальский.
Tags: "Встречь Солнцу", "Другая сторона", Сибирь, деревянное, дорожное, этнография
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 58 comments