varandej (varandej) wrote,
varandej
varandej

Categories:

Хибины, плато Тахтарвумчорр. Цирк и не только.



Сегодня я расскажу о том, как не надо ходить в Хибины - на примере нашего похода из показанного в двух прошлых частях рудничного Кировска по скалистому плато Тахтарвумчорр.

Впервые я узнал о Хибинах из школьной стенгазеты, которую повесил в коридоре наш турклуб - и не беда, что на плёночных фотографиях было изображено Сейдозеро в соседних Ловозёрах: в обиходе Хибинами часто называют всю россыпь нагорий российской Лапландии. На самом деле Хибины, или корректнее Хибинские тундры - лишь крупнейшее среди всех прочих Ловозёрских, Сальных, Волчьих, Заячьих и ещё бог весть каких "тундр". И всё же Хибины не по своей славе малы: от Имандры на западе до Умбозера на востоке диаметр почти круглого массива не набирает и 50 километров. За Имандрой (крупнейшим озером Кольского) высятся Мончетундры в медно-никелевом дыму, за Умбозером располагаются уже знакомые нам Ловозёрские тундры. Высота Хибин также невелика - до 1200 метров на горе Юдычвумчорр почти в середине нагорья. Однако надо понимать, что низкие горы компенсируют высокие широты - на первых сотнях метров от уровня моря здесь начинается настоящее высокогорье не хуже любого Памира. Хибины отличаются уникальным сочетанием суровости и доступности - от станций на Мурманской магистрали, от тёплых квартир в Кировске и Апатитах можно одним днём сходить к таким местам, до которых в иных горах придётся неделю карабкаться по заоблачным перевалам. Добавьте сюда необычные трапециевидные абрисы, благородную северную красоту Лапландии, полярный день летом и полярные сияния весь остальной год - и становится ясно, почему холодные Хибины по популярности не уступают Крыму, Кавказу или Алтаю. Классический атрибут хибинского туризма - "карта с мужиком", она же "карта с лыжником" или даже попросту "лыжа":

1а. по клику откроется в полном размере.


На карте хорошо видно, как с юга в Хибины вклинивается долина озёр Большого и Малого Вудъявров, на выходе из которой и расположился рудничный Кировск. Горам он открыт поболее, чем Алма-Ата. Хибины над Кировском попросту манят, и поняв, что после неудачи с "Клавдией Еланской" дорога приведёт нас в этот городок, я почувствовал, что не смогу не сходить в радиалку. Более того, замученный Олиным барахлом, я мечтал ещё и сделать это налегке, и как оказалось позже - очень и очень напрасно...

2.


Есть у Оли ещё одно свойство - она обожает МЧСников. При виде спасателя она неизменно подпрыгивает и пищит от восторга просто по факту того, что это спасатель. Поэтому, а также по причине того, что техника безопасности писана кровью, Оля уговорила меня пойти зарегистрироваться в местном МЧС. Его ни с чем не спутаешь - хотя дворы Кировска вообще богаты на суровую технику, здесь её концентрация достигает апогея:

3.


Ещё после похода на Сейдозеро я написал в ЖЖ короткую весточку с просьбой к читателями посоветовать мне интересных радиалок, и вот уже от озвученных вариантов у меня разбегались глаза. Например, от станции Хибины перевалить через Юдычвумчорр и вернуться вдоль Вудъяврйока в Кировск. Или полазать по отвалам Кировского рудника, пособирать там "лопарскую кровь" эвдеалитов, или просочиться мимо Центрального рудника в ущелье Гакмана с остатками сталинских лагерей. Однако самым заманчивым выглядела идея сходить к Академическому озеру - маленькое и лежащее в высокогорном цирке (круглой долине), расположением и красотой оно являет собой самое настоящее сердце Хибин. Вот только есть у сильных туристов одно свойство, порядком осложняющей любой их совет - чаще всего сильный турист не понимает, что кто-то в принципе может быть не настолько сильным. Идея похода на Академическое сразу показалась Оле слишком радикальной, но вид его на чужих фотографиях так и манил... Сама же Оля расвспоминалась о днях на Куэльпоре - базе спасателей в глубине Хибинского нагорья, которую туристы частенько используют в качестве приюта и отправной точки радиалок. София из музея (см. первую часть) же одолжила мне книжечку, в которой я прочёл о плато Тахтарвумчорр и старых молибденовых рудниках на его склонах.

4.


С большим трудом найдя, где у МЧСа дверь, мы прошли внутрь, и вскоре перед нами стоял рослый подтянутый спасатель с командным голосом. Я, разумеется, сходу вывалил на него весь озвученный набор радиалок, и спасатель только ответил: "По карте вы так смело водите - палец ни за что не цепляется?!". Критически нас оглядев, он сказал, что советовать ничего не может, так как пропадём мы где-нибудь, а ему потом отвечать, а про себя, видать, мысленно сделал пометку "недотёпы, что-нибудь выкинут". Единственным местом из перечисленных, куда он не отговаривал нас идти прямым текстом, оказалось плато Тахтарвумчорр, его молибденовые рудники или (не "и"!) перевал Географов. На этот маршрут мы и зарегистрировались, ну а косячить начали буквально с вечера - случайная встреча с Софией, знакомой мне по прошлогоднему визиту в Усть-Цильму, произвела и на меня, и на неё такое впечатление, что вечером мы допоздна пили чай и общались, вместо того чтобы готовиться соответственно к походу в Хибины (мы) и к поездке на Терский берег (София с другом). Уснув уже глубокой белой ночью, мы и встали с Ольгой не рано утром, и всё тот же спасатель с командным голосом окончательно убедился, что вечер не будет томным, увидев нас ближе к полудню в центре Кировска на автобусной остановке.

4а.


Автобусом мы доехали в уже знакомый нам Кукисвумчорр (25-й километр) - самый дальний и самый старый кировский район у апатитовых рудников. Оттуда мы прошли пешком через санаторий Тирвас (см. прошлую часть) да на "Камазе", ехавшем в карьер, добрались до начала маршрута. Хребет Пуачвумчорр, словно нос корабля, рассекал дорогу надвое - направо карьер, куда можно доехать любой машиной, плато Кукисвумчорр, 20 доступных на джипе километров до Куэльпора и то самое Академическое озеро в горах. Слева - Юдычвумчорр, ведущее к его подножью живописное ущелье Рамзая, ближе озеро Малый Вудъявр и над ним "пила" цирков плато Тахтарвумчорр. Плакат у развилки - последнее предупреждение для чайника, а дальше сам себе олуша.

5.


Где-то тут академик Александр Ферсман бросил первое зёрнышко индустриальной Лапландии - им была научная станция Тиетта, основанная в 1930 году и проработавшая под его началом до 1945 года. Не знаю точно, когда и как был утрачен её огромный деревянный дом, но в лесу на кадре выше скрывается памятник на его фундаменте:

6а.


Мы до последнего не знали, в какую из двух радиалок пойдём. Но над дорогой нависали скалы Тахтарвумчорра, слева образовывавшие огромный неприступный Откол. И вот поняв, что мрачная тёмная щель между Отколом и основной частью плато и есть перевал Географов, мы решили однозначно - лучше идти на Молибденку.

6.


Тахтарвумчорр тянется на север от нависающего над Кировском Вудъяврчорра, и над долиной стоит неприступной серой стеной. Название его с саамского можно перевести как "гора долины долгожданного отдыха", а иносказательно, видимо, как Последний Рывок.

7.


Ну а главное, что бросается в глаза на Тахтарвумчорре - это цирки. Полукруглые ледниковые долины, здесь их шесть штук расположены в ряд. С юга на север это Ботанический цирк ещё над Вудъяврчорре (см. прошлую часть), Первый цирк с перевалом Географов и Отколом, второй цирк Ганешина с Молибденкой, третий Центральный цирк (он же цирк Поясов), и безымянные Четвёртый и Пятый цирки. Самый зрелищный из них - цирк Поясов:

8.


Дорога, меж тем, вывела на берег Малого Вудъявра. Тропы сходятся к обустроенному, и всё же ледяному броду через речку Вудъяврйок, истоком которой можно считать порожек:

9.


За Вудъявром маячат особенно суровые горы:

10.


После брода дорога начинает ощутимо набирать высоту:

11.


12.


Местами пересекают её водопады:

13.


Обратите внимание на чёткую границу леса - здесь он не чахнет, превращаясь в стланник, а имеет хорошо заметную опушку, глядящую по склону вверх:

14.


На этой опушке в конце июня только-только наклюнулись почки:

15.


Дорога оборвалась под Вторым цирком, сменившись узкой, но хорошо натоптанной тропой. У начала её красноречиво стояла кем-то приваленная к камню треккинговая палка, но Оля сочла, что купленный днём ранее черенок от лопаты - надёжнее. По тропе мы начали набирать высоту, но в общем даже несмотря на мрачную погоду, пока что поход представлялся прогулкой.

16.


На самом деле шли мы пару часов, да в итоге не выдержали и устроили привал, под дождём закусывая бутербродами. После привала же оказалось, что мы буквально сотню метров не дошли до первой цели - старой дизельной машины с вросшими в землю колёсами, со времён американской Великой депрессии ржавеющей на молибденовых рудниках.

17.


Внешне похожая на мультяшного боевого робота с карикатурно маленькими пушечками и карикатурно большим молотком, на самом деле это всего лишь дизельный компрессор, построенный в Америке в 1908 году. На кадре выше виден логотип производителя - это сокращение от "Chicago Pneumatic Tool Company", причём эта компания по сей день существует и занимается производством компрессоров.

18.


Ещё немного отдохнув у старинной машины, мы пошли дальше в гору искать сами молибденовые рудники. Их обнаружил в 1927 году геолог Александр Лабунцов, а тут надо заметить, что Россия, в отличие от Америки, в принципе бедна молибденом. Именно молибден, а не апатиты, были первой целью изысканий в долине Вудъявра, и внизу по такому случаю появилась Тиетта, а в горах в 1929-34 годах заключённые рыли штольни. В итоге запасы молибденита оказались  довольно скудными, и здесь в приоритет вышли апатиты и нефелины с соседней горы. Но за 5 лет к подножью цирка Ганешина успели пробить автомобильную грунтовку, по которой мы пришли, затащить наверх компрессор и выкопать около 300 метров подземных ходов, в которых ещё лежат остатки труб и рельсов. Штольни (их фото есть здесь) раскрываются на узкую скальную полку, к которой мы и шли понемногу... да в итоге не справились с желанием свернуть.

19.


Дело в том, что выше по склону уходила хорошо заметная тропа, и глядя на неё, я понял, что для полноты впечатления от Хибин мне просто необходимо забраться на плато! Оля, прежде 7 раз бывавшая в Хибинах, долго уговаривала меня одуматься, но в конце концов сдалась, утешив себя мыслью, что раз тут тропа, значит как-то залезем! Тогда нам просто не пришла в голову вполне, на самом деле, очевидная мысль: таких как мы на Молибденку приходит много, и на вполне категорийном склоне народ за годы вытоптал классическую Тропу Дураков. Через полчаса подъёма стало ясно, что спускаться по сыпучкам и валунам будет гораздо страшнее, чем лезть наверх до победы.

20.


Над горами то пролетали дожди, то выходило солнце. Мы то карабкались с валуна на валун, то продирались ползком по сыпучкам, а ветер по мере приближения к вершине всё крепчал:

21.


Вот уже открылся вид на следующие цирки:

22.


И нервный подъём как-то буквально в одночасье сменился просторным и почти ровным плато. По плато гулял вольный ветер, лаская натянувшиеся нервы:

23.


Ходить по плоским вершинам Хибин оказалось не труднее, чем по булыжной мостовой или плохому асфальту:

24.


А ландшафт его не назвать даже тундрой - скорее, что-то вроде холодных полупустынь, уж не знаю, арктических или горных. Высокие широты сами как высокие горы:

25.


На плато - множество туров, скорее всего скрывающих геокешерские тайники. А в прямой видимости, на соседнем Юкспоре - апатитовые карьеры Кировска:

26.


По плато мы не спеша, петляя от края к краю. шли на юг, к перевалу Географов. Сперва я было принял за него небольшой распадок:

27.


Но при ближайшем рассмотрении стало ясно, что спуск тут годится разве что для самоубийц:

28.


Долина Вудъявра на севере упирается в Четвёртый и Пятый цирки:

29.


За долиной виднеются перевалы через Кукисвумчор - такие же мрачные щели, как и перевал Географов. На Хибинах, кажется, большинство перевалов выглядят так, а потому ходить туристы предпочитают по плато. За перевалом и глубоким провалом Умбозера синеют не Хибины, а Ловозёрские тундры, скрывающие в своём подковообразном изгибе Сейдозеро.

30.


С юга как на ладони Кировск, или вернее 25-й километр в тени рудничных копров:

31.


32.


Рудники карабкаются по ободранным склонам Юкспорра:

33.


34.


В развилке рудичных веток от станции Юкспориок виден Хибиногорский женский монастырь, основанный в 2005 году вокруг Казанской церкви (1984), в свою очередь перестроенной из барака учебно-полевой базы геоафака МГУ, видимо и давшей название перевалу Географов.

35.


Ближе к нашему подножью - санаторий Тирвас:

36.


С другой стороны плато - необозримая даль: все эти Мончетундры, Сальные тундры, Волчьи тундры гораздо ниже Хибин, да и стоят за широкой долиной:

37.


Большую часть которой занимает озеро Имандра, представляющее собой целый лабиринт плёсов. Вот южная Экостровская Имандра, а рядом с ней Апатиты (55 тыс. жителей) - предельно серый, но зажиточный город, замыкающий пятёрку крупнейших городов мирового Заполярья.

38.


На пару же Апатиты и Кировск и вовсе могли бы считаться в Заполярье третьим по величине городом после Мурманска и Норильска. Так что немудрено, что у них есть даже свой аэропорт Хибины с рейсами в столицы, на черноморские курорты и, специально для менеджеров "Апатита" и "Фосагро", в Череповец.

38а.


Плёсы Имандры:

39.


Слева за озером виднеется Кольская АЭС в так и не достигунтых мной Полярных Зорях:

40.


Близкие снежники, далёкие озёра - странные облака на синеющей Земле:

41.


В общем, мы гуляли по плато, наслаждались красотой пейзажей, тёплым солнцем и свежим ветром, и меньше всего нам хотелось думать о том, как теперь отсюда слезать.

42.


Где-то очень условно впереди нас ждал перевал Географов. Вот мы вышли к обособленной скале, где-то на дальней стороне которой по идее должен стоять крест в память о жертвах репрессий:

43.


И возможно, именно через эту скалу нам надо было идти, но я предпочёл тропу с видом на Апатиты. Которая, впрочем, очень быстро исчезла среди не курумника даже, а скользких "бараньих лбов":

44.


Над которыми высился одинокий сейд, забытый саамами и гиперборейцами:

45.


А сверху и вовсе казавшийся гигантской черепахой.

46.


Ещё одна глыба подозрительно мегалитического облика. Здесь, возможно, когда-то саамы гоняли оленьи стада в ту самую "долину долгожданного отдыха":

47.


На Хибинах к перевалам чаще спускаются, чем поднимаются, но то, что я сверху принял за перевал, при ближайшем рассмотрении оказалось совсем не таким, как ожидалось. Мы вышли на курумник, с которого в одну сторону поднимался склон, с двух вели вниз опасные, на maps.me отмеченные категорийными тропы, а с третьей и вовсе разверзалась отвесная чёрная пропасть, к краю которой я даже не смог заставить себя подойти.

48.


По тропам, аккуратно и медленно, я и хотел спускаться, но Оля буквально вцепилась в меня, чтобы я не смел этого делать! Мы присели на площадке, и вдруг меня накрыл страх: вот мы сидим на горе, видим дорогу, которой пришли, и многоэтажки Кировска, но НЕ ЗНАЕМ, КАК ДО НИХ ДОБРАТЬСЯ! "И кто потащил нас на это плато?" - вопрошал я, - "На ровном месте же нашли себе проблем!". Оля аккуратно заметила, что место тут как бы совсем не ровное, и после недолгого, но эмоционального спора выдала "гениальную" идею - а давай просто позвоним в МЧС и спросим у них, что нам делать.
В чуть более спокойном расположении я бы, конечно, догадался, что МЧС, как и скорая, по телефону не лечат, но тут таки поддался на уговоры. В трубке раздался знакомый командный голос:
-Так, ну и кто вас просил?! Вы же согласовали маршрут - идёте на Молибденку и никуда больше...
-И перевал Географов...
-Молибеднка или перевал Географов! На кой чёрт вы на Откол попёрлись?! Предупреждали же вас по-человечески. То есть вы теперь обосрались, а нам вас оттуда снимать! Что, по карте-то всё легко было? Палец не цеплялся ни за что?! Вы вообще во сколько из дома вышли?! Я вас в 12 дня на остановке видел. Так поздно никто в горы не ходит. Даже собраться нормально не могут, а всё туда же! Есть же такая поговорка: не умеешь - не берись! Если не соображаете - то и нечего вам в горах делать!
Дальше вдруг пропала связь, а позвонив ещё раз, я попал на явно немолодого, очень спокойного и рассудительного дядьку. Тот, выслушав всю ситуацию, попросил нас прислать ему координаты, и вот на почти разряженном телефоне и глючном планшете мы принялись их искать. Первая попытка прислать координаты потерпела неудачу - вскоре вновь зазвонил телефон и мы услышали командный голос:
-Так, и что это такое?! Что вы нам за ерунду сейчас прислали! Вы сейчас вообще в Ловозёрском районе. У них там свой МЧС, а нам голову морочить не надо!
-Это, видимо, не те координаты...
-Ну молодцы! В горы собрались! Даже координаты набрать не в состоянии. Короче, сидите где сидели, поедем вас снимать.

49.


Такой поворот мне уже совсем не нравился, но и правильные координаты мы сумели прислать лишь со второй попытки - на первый раз они высветились со слишком маленькой точностью. В итоге все эти звонки, перепалки и попытки определить своё местонахождение затянулись на битый час. Однако после удачной отправки координат нам перезвонил всё тот же спокойный спасатель, и не переходя к прямым советам, как-то очень аккуратно разбросал по диалогу несколько доходчивых подсказок. И вот я понял, что мы сидим над перевалом, а чёрная пропасть и есть перевал; что основной спуск в неё - со стороны Апатитов, а не Кировска, и что дальше нам надо будет держать курс на три озерца. Повторю, что вся эта картина сама сложилась у меня в голове, хотя ни одного совета в духе "идите туда-то, слезайте тут-то" спасатель нам не давал.
Вот снизу видна наша площадка, практически на углу правой скалы:

50.


Теперь я нашёл тропу практически мгновенно, и чуть спустившись в сторону Апатит, мы начали втягиваться в тёмную щель перевала.

51.


Высокие широты правда высоки - в этом перевале всего-то 620 метров над уровнем моря, но выглядит он куда суровее, чем памирский Акбайтал (тот на 4 километра выше!) или знакомые лишь по чужим фото "пятитысячники" Гималаев. В глубине мрачной пропасти - трогательная мемориальная доска:

52.


А снежник оказался достаточно слежавшимся, чтоб было по нему легко идти:

53.


Пройдя перевал, я с досадой заметил, что у Вудъяврского брода стоит "скорая помощь". Или вернее автомобиль МЧС - издалека у них весьма похожая расцветка. В какой-то момент у меня вновь зазвонил телефон:
-Так, и зачем вы сейчас ушли с маршрута?! С какой целью отклонились вправо? Вас ждут внизу мои люди, их сейчас заедают комары, поэтому нечего здесь круги нарезать!
-Мы обходим снежник.
-А пешком не судьба?!
-Там уклон большой.
-Ладно. В общем, мы вас видим. Один в зелёной куртке, другой в розовой?
-Да.
-Куда направляетесь?
-На три озера.
-Берите левее трёх озёр, там ребята вас ожидают.

54.


Ребятами оказались двое совсем молодых улыбчивых спасателей в накомарниках, ждавших нас на краю леса, у начала совсем уж безопасной и пологой тропы. Прогулке в горы, несмотря на комаров, они судя по всему были даже рады, и Оля тут же завязала с ними милую беседу. Спасатели показывали видео с Юдычвумчорра (или какой-то другой горы на "Ю"?) - есть у них традиция на День Победы залезать на самый верх да съезжать по снегу на добрый километр вниз, как с горки. У брода один натянул резиновые штаны, а другой вспрыгнул ему на плечи, мы же вновь пошли по ледяной воде босиком. Спасатель с командным голосом, на этом фото вполне добродушный, при виде нас сразу принял грозный вид, заставил написать по форме заявление о снятии с маршрута, пообещал (в шутку, конечно) доложить куда следует и выписать нам пожизненный запрет ходить в горы, а потом со словами "всё, мы поехали, а вы пешком!" жестом пригласил нас в машину.

55.


На плато же, где мы пару часов назад радовались солнцу, наползла серая промозглая туча.
-Это хорошо ещё, что вы нам позвонили, а не в Мурманск! Областное МЧС бы за вами уже вертолёт отправило. Ещё бы в такую погоду разбились из-за вас, недотёп. Где у вас вообще палатка, спальник, тёплые вещи? Вы реально не понимаете, куда пришли. Это сейчас солнышко светит, ветерок приятный, хи-хи, ха-ха, как мы круто забрались! А через час, вон как сейчас, НАКРОЕТ, и пиши пропало - либо замёрзнете там, либо слезать начнёте в тумане и убьётесь. Каждый год так люди в этих горах гибнут. Вы даже этого не знаете! А ещё на Академку собрались, возомнили себя, блин, великими альпинистами!

Этот урок я запомнил, и вполне может быть, что когда-то он меня спасёт. Внезапные перемены погоды, снегопады и туманы могут накрыть в любых горах, но только на Крайнем Севере на такие высоты не проблема забраться прогулочным шагом. И просидели бы мы на вершине ещё хоть час - весьма вероятно, что не писал бы я сейчас эти строки: туча накрыла Хибины крепко и надолго, а с вечера на много дней зарядил довольно сильный дождь. Под этим дождём я уехал с утра в Апатиты и поездом покинул Кольский полуостров.

В следующих частях... то ли уже сразу прыгнем на юг к Арарату, то ли всё-таки ещё расскажу об увиденных тем же летом городах и весях Карелии.

КОЛЬСКИЙ-2019
Роман с "Клавдией Еланской". Обзор поездки и оглавление серии.
НеФорум Арктика-2019. Ещё раз в Мурманск.
Мурманскский берег
Сайда-губа. Кладбище атомных подлодок.
Мурманск. Вокзал, причал и "Ленин".
Мурманск. Общий колорит и виды с Абрам-мыса.
Мурманск. Архитектура.
Мурманск. Вороний Камень и Каменное плато.
Мурманск. Зелёный мыс и Роста.
Морской вояж на Терский берег
"Клавдия Еланская". Судно и рыбный порт.
"Клавдия Еланская". Виды с борта.
Терский берег. Поморская деревня Чаваньга.
Терский берег. На избе и около.
Терский берег. Кузомень в песках.
Русская Лапландия
Оленегорск, Мончегорск, Апатиты.
Ловозеро.
Ловозёрские тундры. Ревда и перевал Эльморайок.
Ловозёрские тундры. Сейдозеро.
Кировск. Центр.
Кировск. Кукисвумчор.
Хибины. Цирк и не только.
Карелия, Петербург, Ленинградская область - будут отдельные оглавления.
Tags: Крайний Север, дорожное, невольничье, природа
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 58 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →