varandej (varandej) wrote,
varandej
varandej

Category:

Талин, Аруч и Даштадем. Обыденность чудес.



В прошлой части о Шемахе я рассказывал про типичный Азербайджан, а теперь поговорим о типичной Армении. Здесь выбрать город-образец оказалось сложно по прямо противоположной причине: маленькая и мононациональная страна удивительно однородна, и десяток городков со всех её долин для этого поста бы одинаково сгодились.

Так что расскажу сегодня про Талин (дежурная шутка, что он здесь не только с одной "н", но и даже одной "л") - крошечный городок (5,2 тыс. жителей) с видом на Арарат в 70 километрах от Еревана по дороге на Гюмри. Вернее, о самом Талине будет около трети поста, а ещё по столько же - о соседних сёлах Аруч и Даштадем, где храм VII века или стела тех времён - обыденность.

Заочно Армения представлялась мне этаким Христианским Тибетом - суровой высокогорной страной холодных каменных плато, по которым расставлены древние и очень подлинные монастыри. Это оказалось весьма близко к истине, вот только в сентябре-октябре здесь довольно знойно, и Араратская долина вокруг Еревана более всего напоминает Степной Крым. Снега Арарата в дымке еле видны, да и находится он уже в Турции, а сам пейзаж здесь довольно уныл... пока не покажется в степи лаконичный храм из розового туфа, разрушенная крепость или одинокая стела с хачкаром:

2.


Если по Азербайджану большая часть моего путешествия прошла на машине, то в Армении основным способом перемещения стал автостоп. По сравнению со своим транспортом он здесь даёт проигрыш в скорости процентов на 10-20, зато оставляет куда больше свободы.  Нам редко приходилось ждать машину дольше 10 минут, и по словам подвозивших нас местных, на узких, разбитых, порой ещё и серпантинистых дорогах у них просто включается суеверие: "сам разобьюсь - значит, Бог наказал, но пассажирам-то ничего не грозит, раз они в моих грехах не виновны!".

3.


Так, в очередной жаркий сентябрьский день мы покинули Ереван на маршрутке и с парой-тройкой пересадок прибыли в Аруч - большое село (1 тыс. жителей) в Арагацотнской области в 50 километрах от столицы. Водитель высадил нас на перекрёстке у зиккуратов из сена, напротив двери сельского магазина. Туда я зашёл купить себе водички, а заодно заснял типичное армянское сельпо:

4.


На улице неподалёку народ что-то собирал прямо с машины. По осени Закавказье, как и всякий юг, изобильно, но если Средняя Азия запомнилась мне фруктами, то в Армении и Грузии особенно великолепны овощи.

5.


На сельской улице - то ли мегалит, то ли просто фонтан. Питьевые фонтанчики с чистой горной водой - в Армении столь привычная деталь, что нередко стоят даже в сёлах.

6.


Во дворе школы, облицованной, как и большинство советских зданий Армении, розовым туфом, спокойно валяется выщербленный временем хачкар:

7.


Сельская улица привела нас к огромному храму посреди то ли руин, то ли кладбища:

8.


Это Аручаванк, или церковь Сурб-Григор Лусаворич (Святого Григория Просветителя), построенная в 651-66 годах при резиденции армянского царя Григора Мамиконяна. Вернее, это сам он считал себя царём, но в те времена Арменией правили лишь остиканы и куропалаты - первым словом называл своих наместников Арабский халифат, а вторым - Византия. И так как за Армению, чей "золотой век" тогда как раз подходил к концу, арабы и греки боролись друг с другом, фактически у армян была изрядная доля автономности. Остикан Григор Мамиконян правил в 661-82 годах, и в общем ничем особенным не запомнился.

8а.


Пройдя за ограду, мы увидели открытую дверь - храмы в Армении вообще почти всегда открыты, ибо внутри у них лишь камни и свечи, нечего красть и нечего осквернять. В огромном (35 на 17 метров) зале нас встретила лишь тишина, и вместо фресок в давно обвалившемся куполе - открытое, яркое небо:

9.


От фресок, впрочем, тоже кое-что уцелело. Как и весь храм - с 7 века:

10.


А по всему залу - бесчисленные хачкары и элементы резного декора:

11.


Обратите внимание на ступенчатое основание - так строили храмы ещё в языческой Армении. В первые века после крещения армян в 303 году христиане либо возводили свои церкви на старых фундаментах, либо просто позаимствовали этот приём.

12.


За собором - руины дворца Григора Мамиконяна. Армянскому наследию повезло: древняя цивилизация сочетается здесь с уникальным даже в мировом масштабе мастерством строителей и каменщиков, которых даже Тамерлан охотно приглашал в Самарканд на великие стройки. Но если храмы в Армении стоят тысячелетиями, то гражданские постройки, потерявшие хозяина, неизбежно растаскивались на строительный камень.

13.


Дворец состоял из пары зданий, которые дополняла церковь Катогике 7 века - видимо, Аручаванк строился как всенародный собор задуманного Григором Мамиконяном города, а это был домовой храм при дворце.

14.


Рядом - руины часовни 12 века, посвящение которой теперь неизвестно:

15.


Неподалёку, между школой и глубоким каменным оврагом...

16.


...ещё и руины крепости, также 11-12 веков. Это был уже "серебряный век" Армении, когда в тесном союзе с более молодой Грузией она вернула себе независимость и цельность. Столицей её тогда был Ани над Ахуряном, ныне в Турции у самой границы. До него отсюда полсотни километров, и эта крепость, видимо, стерегла дальние подступы к столице:

17.


Аруч стоит в 3 километрах от трассы, но их было не жаль пройти пешком. Вот какой-то одинокий хачкар под навесом, ставший чем-то вроде наших поклонных крестов:

18.


Вот - курган с каменной стелой, не знаю точно, от каких оставшийся кочевников:

19.


А вот, практически у трассы, построенный в 13 веке иджеванатун - армянский аналог караван-сарая:

20.


При сходстве функций - постоялый двор, способный вместить в том числе целый караван с вьючным скотом, - от иранских и туркестанских караван-сараев армянские иджеванатуны отличаются планировкой. Там обычно это двор с коморками по периметру, а здесь - три параллельных галереи под одной крышей:

21.


Вот только крыша провалилась... Мы расположились в теньке перекусить, любуясь через левый проём на далёкую вершину Арарата:

22.


Рядом - современный постоялый двор, с виду новенький, но при ближайшем рассмотрении заброшенный и заросший бурьяном, так что на крыльце я спугнул змею:

23.


От трассы всё это отделяет распадок с отвесными каменными стенами, видимо по весне ненадолго становящийся речкой. Здесь хорошо видно, что слой почвы в этой долине тонок, а вся жизнь проходит прямо на камнях:

24.


Хотя когда-то давно Армения была одной из самых развитых стран мира, построить сверхдержаву армянам не удалось. Зато это неизменно удавалось их соседям, боровшимся за мировое господство - Персии (Парфии) и Риму, Аравии и Византии, Турции и Ирану, да ещё и России до кучи. Вот только в древности Армения ещё была сильна и целостна, и выгодно играла на таком соседстве. Не стой по ту сторону армянских земель персов или арабов, Византия бы просто завоевала Армению "в лоб", но вместо этого армяне были нередким гостем даже на константинопольском троне. Однако бесконечные противостояния расшатывали страну, словно дерево, и к концу Средневековья на какие-то самостоятельные политические игры у армян уже не оставалось сил. С 16 века Закавказье охватили жесточайшие персо-турецкие, или скорее османо-сефевидские войны - тюрки-огузы оседлали Византию и Персию и верхом на них, используя их гигантские ресурсы, дрались между собой. Армения оказалась разорвана пополам их границей, неоднократно прогибавшейся под ударами одной из держав, но неизменно возвращавшейся куда-то в район Аракса и Ахуряна. Своим собратьям огузы умели давать отпор гораздо лучше, чем европейцы, и в те времена, когда турки топили в Средиземном море итальянские флоты и осаждали Вену, на востоке у них раз за разом выходило что-то наподобие "мясорубок" Первой Мировой. В одной из войн в начале 17 века у персидского шаха не выдержали нервы, и он просто пустил в ход тактику "выжженной земли", уведя всё население Закавказья вглубь Ирана. Так началось "исфаханское пленение" армян - тюрки и курды из здешних степей вскоре снова видели Арарат, в то время как армян шах домой не пускал, да и самим им не очень-то хотелось. От тех же войн многие армяне успели уехать в Крым и Европу, в основном в Речь Посполитую, и теперь между армянскими общинами вырос новый торговый путь. Немногие, конечно, возвращались в Закавказье, в первую очередь набожные люди к своим святыням - именно в конце 17 века в Армении наступил расцвет монастырей. Но в общем к концу 18 века, пока Иран валялся в очередной смуте, на территории Восточной Армении лежали в основном тюркские ханства, где армянские купцы и духовенство составляли не более 20% населения. Такой и досталась России эта земля после двух войн с Персией в 1805-29 годах. К тому времени Россия уже присоединила Крым и Восточную Польшу, обогатившись армянскими общинами, а армяне Турции и Персии видели в северной державе своего освободителя. В Азербайджане вообще считается, что армянскую напасть на честных тюрок напустила именно Россия, и как ни странно, это почти правда. Армения - это своеобразный прото-Израиль 19 века, "земля обетованная", о которую к началу возвращения не помнили даже старики, но легенды о счастливой жизни передавали из поколения в поколение. Из Персии сюда ехали потомки изгнанников, из Турции - просто те, кто решил, что христианину лучше жить под христианским царём. Маленький Талин, до которого мы допрыгнули из Аруча 20 километров очередной попуткой, основали в 1830 году переселенцы из западно-армянских Карса, Баязета и Алашкерта, к которым в 1910-х годах добавились беженцы из Вана и Муша:

25.


Однако на северной окраине городка, у транзитной дороги к каким-то приграничным деревням, раскинулось обширное кладбище, а посреди него стоит ещё один совершенно обыденный храм 7 века. Древний Талин был вотчиной Камсараканов - второго по богатству нахарарского (княжьего) рода после Багратионов, возводившего свою родословную к древним Каренам - одному из 7 великих домов Парфии. Именно Камсараканской вотчиной была крепость Ани, позже ставшая стольным "городом 1001 церкви", ну а Талин служил крепостью на дальних к ней подступах и пал в 772 году, когда Камсараканы возглавили войну армян с арабами. Впрочем, талинский собор Катогике пережил и эту войну, и ещё десятки последующих - оружия, способного разрушить армянские храмы, вплоть до ХХ века не было. Однако сквозь всю скорбную историю армян красной нитью тянется другая беда - землетрясения, среди которых Спитак-1988 был далеко не самым трагическим. Землетрясением 1840 года старый собор и был повреждён, и понимая, что восстановить его не получится, да и не нужен он небольшому селу, переселенцы просто построили из его обломков другой храм Сурб-Аствацацин (Святой Богородицы) по соседству:

26.


На стенах Малого храма выцарапаны кресты:

26а.


И циферблат солнечных часов у оконца:

27а.


За распахнутой дверью - ничего, кроме каменных стен. Возможно, в "золотой век" Великой Армении у здешних храмов и было пышное убранство, но регулярные войны и набеги кочевников приучили к лаконичности - разрушить церкви чужаки не могли, а вот разграбить - запросто.

27.


Вокруг Малого храма - множество стел, скорее всего тоже эпохи Камсараканов:

28.


На заднем плане белеет Арагац (4090м) - высшая точка Армении, да и вся эта область называется Арагацотн, то есть Арагацево подножье. Большой храм, судя по близлежащей лебёдке, при Советах собирались реставрировать, но так и не успели.

29.


И хорошо, что не успели - в виде открытых синему небу руин он впечатляет больше:

30.


Кое-где сохранился декор:

30а.


31а.


Почти бесцветные фрески в апсиде:

31.


И надписи этим странным армянским алфавитом, похожим на вязь, слегка адаптированную под взгляд европейца. Одно из самых сильных свойств армянских храмов - в том, что они говорят. Бесчисленные хачкары, кресты, надписи, циферблаты - каждый храм словно пытается донести до зашедшего человека свою долгую-долгую историю. И эти камни хочется слушать...

32.


Талин - даже по армянским меркам городок крошечный, да и статус города он получил лишь в 1964 году. Это, впрочем, для Армении как раз вполне типично - вплоть до середины 19 века она оставалась страной деревень, или скорее переселенческим колоний наподобие Немецкого Поволжья. Большинство из них с ханских времён носили тюркские названия, и те же Талин и Аруч тут были скорее исключениями. В Армянской ССР сложилась узнаваемая с первого взгляда архитектурная традиция, главным символом которой сделался местный розовый туф. Но у армянских городков одно самобытное лицо на всех, а по отдельности друг перед другом они как ни в одной из постсоветских стран безлики:

33.


И в центре любого городка обязательно будет площадь с туфовым Домом культуры, где-то сталинским, где-то позднесоветским. В Талине - ещё и с отличными барельефми, на которых видны народные армянские танцы и даже, что необычно для Советского Союза, силуэты церквей:

34.


Вокруг - пятиэтажки и частный сектор, но и эти, и другие - в розовом туфе, на запущенных улицах, с гирляндами белья и печками-буржуйками из окон:

35.


Во дворе у главной площади - церковь Сурб-Геворк неясного возраста, да ещё и состоящая из двух зданий. На кадре ниже явный новодел, а вот на кадре выше, может быть, и типичная армянская сельская церковь 19 века:

36.


С другой стороны - чахлый скверик с детской площадкой, на котором стенд с флагами Армении и Франции повествует о том, что разбит он на деньги последней. Спюрк, то есть диаспора - одна из главных, наряду с местными олигархами и Россией, сила влияния в Армении, и с точки зрения армянского обывателя - самая симпатичная. Уезжать со своих камней армяне начали ещё в Средние века, а массово рассеялись по свету в 1910-х, после турецкого геноцида и русской гражданской войны. Армения теперь по числу армян лишь на втором месте с небольшим отставанием от России, но если за границей вопрос "А бывают ли бедные армяне?" звучит совсем не риторически, то сама Армения даёт на него резкий и чёткий ответ. На рубеже 1980-90-х на небольшую страну в одночасье обрушились землетрясение (накрывшее её главный промышленный район), война (скорее армянами, в общем-то, и раскачанная) и распад Советского Союза, без дотаций, заказов и рынков которой от здешней экономики не осталось почти ничего. Войну армяне выиграли, но не учли одного - Азербайджан с его нефтью и транзитными путями для большинства стран мира окажется куда более ценным союзником. Как результат, победа в Карабахе закрыла Армении путь на Запад, куда в Перестройку армяне рвались ничуть не меньше грузин. Россия же, в политтехнологии и мягкую силу не научившаяся и за 30 постсоветских лет, просто не нашла себе в Закавказье другого союзника. Поэтому теперь Армения - российский протекторат, армяне почти тотально владеют русским и имеют в России родню, однако российские компании, заходя сюда, о развитии территории думают ещё меньше, чем на родине. В принципе я бы не назвал нынешнюю Армению страной нищеты, по моим впечатлениям, средний армянин позажиточнее среднего грузина или например молдаванина. Но по общей запущенности, неустроенности, забытости и бездорожью я бы среди всех постсоветских стран сравнил Армению разве что с Киргизией.

37.


Между тем, на главной площади Талина обнаружилась набиравшая пассажиров маршрутка, и я поинтересовался у сидевших рядом мужиков, не едет ли она в Даштадем. В принципе, до него всего 5 километров, так что и на такси я бы не разорился, но маршрутка шла как раз в ту сторону, а гостеприимный водитель и ещё отказался брать с нас деньги. Пообщавшись с водителем о том, кто где служил и у кого где брат живёт, мы покинули маршрутку рядом с указателем и, пройдя сотню метров по переулку, оказались перед одиноким старым деревом у могучей крепостной стены:

38.


...На своей нынешней земле армяне хоть и живут не первую тысячу лет, а всё-таки не были первыми. Их язык, возможно принесённый переселенцами с доантичных Балкан, распространился среди народов многонациональной Урарту, став со временем их общим языком. Кто же ходил по Армянскому нагорью, когда оно ещё не стало армянским, наука не знает, или даже не хочет знать, чтобы не ворошить лишний раз злые кавказские распри. Но по некоторым гипотезам коренными жителями Закавказья выходят то ли иранские кочевники, предки нынешних курдов, то ли и вовсе тюрки, позже каким-то образом попавшие отсюда на свою общепринятую родину - Алтай. Но кто бы ни был первым, а к середине нашей эры традиционные гегемоны Передней Азии окончательно измотали друг друга столичными интригами и войной. Последнюю тысячу лет историю этого края писали тюрки, а точнее огузы - западно-тюркская ветвь, включающая нынешних азербайджанцев, турок и туркмен. Их ареал - это земли, покорённые в 11 веке пришедшими из Хорезма сельджуками, и именно на руинах Сельджукидской империи позже возникали кочевничьи орды Ак-Коюнлу и Кара-Коюнлу, союз шиитов-кызылбашей во главе Сефевидского Ирана и как апофеоз - Османская империя. И вот через всю эту чехарду народов прошёл Даштадем - крепость на косогоре, основанная ещё чуть ли не Урарту две с лишним тысячи лет назад. В 7 веке её отстроили Камсараканы на дальних подступах к Ани и на ближних к Талину. В 12 веке курды Шедадиды, прежде правившие Двином и Гянджей и к тому времени порядком впитавшие армянские культуру, здесь укрепляли свой Анийский эмират. В 13 веке Ани вернули христиане - род Закарянов, который, как и Багратионов, теперь считают "своим" и армяне, и грузины. Дальше ещё 500 лет крепость, разрушенную видимо монголами, уже никто не укреплял, а в 19 веке о ней вспомнили азербайджанцы Каджары, которым надо было срочно защитить подступы уже не к руинам Ани, а к живому Еревану, с крахом Сефевидов превратившемуся в столицу мощного тюркского ханства. Каждые последующие хозяева при строительстве использовали обломки предыдущих крепостей, и я не знаю точно, от кого остались вот эти фигуры волков, вмурованные в ворота:

39.


Внешнюю стену построил в 1812 году ереванский хан Гусейн-Кули Каджар - причём это были не те Каджары, что правили в те же годы Ираном, а совершенно параллельная ветвь, отделившаяся в 15 веке. Если Шемаханское ханство из прошлой части приняло русский протекторат почти добровольно, предпочтя его протекторату соседних ханств, то Ираванское ханство к началу 19 века держалось уверенно и потому отчаянно сопротивлялось русской экспансии. Потеряв свои северные периферии после русско-персидской войны 1805-11 годов, Гусейн-Кули-хан взялся укреплять новые границы и воздвиг относительно современную для тех времён крепость. Разумеется, от России, которая тогда была на пике своей мощи, эти укрепления не спасли: в 1828 году под властью северного царя оказались и Даштадем, и сам Ереван, а в их окрестности потянулись из Персии и Турции армянские переселенцы.

40.


В новой географии Закавказья Даштадем потерял всякое стратегическое значение, и немного послужив русским гарнизоном, сделался просто частью пейзажа. Стены его, однако, растащить на строительный камень переселенцы так и не смогли, а потому дома свои армяне строили по обе стороны стен. Лишь в 2005-06 годах Даштадем был расселён, но до полноценной реставрации дело пока так и не дошло, а среди аутентичных живописных руин экспедициями со всеми мира неспешно ведутся раскопки.

41.


Другая стена глядит на пастбища, пересечённые хитрыми узорами пастушьих оград:

42.


На заднем плане кадра выше - гора Артени, доминанта талинского пейзажа. Она слегка похожа на Арарат, и от неё рукой подать до Турции, поэтому каждый год 24 апреля, в День памяти геноцида армян, на обращённом к соседям склоне жгут шины, чёрным дымом посылая сигнал - "мы помним!". При 40-кратной разнице в числе и 100-кратной в экономической мощи, многие армяне однако искренне верят, что однажды одолеют турок.

42а.


С другой же стороны - необозримая даль:

43.


Посреди ханских стен высится компактная средневековая цитадель, к которой приложили руку и Камсараканы, и Закаряны, и Шеддадиды:

44.


Стену вокруг донжона и встроенный в неё маленький храм Святого Саркиса построили, например, в 14 веке Закаряны:

45.


Сам донжон особенно внушителен вблизи:

46.


А на стенах его - автографы как армянского каменщика Ованнеса:

47.


Так и курдского правителя Султана ибн Махмуда ибн Шавури Шеддадида, вытесанный в 1174 году, когда видимо последний анийский эмир закончил строительство этой башни. Как и последнего ираванского хана, она его не спасла...

47а.


Когда же мы уже собрались уходить, прямо в ворота внешних стен вдруг въехала пара машин, а из них вылезла компания молодых, но явно интеллигентных людей, и по сосредоточенному поведению их мы вскоре поняли, что это совсем не туристы. Во главе с седеющими начальником, это оказались реставраторы из Еревана, приехавшие в Даштадем делать какие-то обмеры. Перекинувшись парой слов, они пригласили нас зайти с ними в башню, открыв обычно запертую дверь. Под донжоном, ещё в урартийском фундаменте, скрыта огромная цистерна, куда накануне осад свозили воду окрестных ключей.

48.


Цистерна и занимает большую часть донжона:

49.


А с его стен далеко видать - хоть на северные хребты, сходящиеся к Арагацу:

50.


Хоть на бескрайний простор Араратской долины, спускающийся к Ахуряну и Араксу:

51.


Реставраторы - всё очень армянские типажи:

52.


Парой километров дальше, на фоне пристанционного села Арагацаван (5,7 тыс. жителей, до 1950 года называлось Алагез) и курдских сёл на армянских руинах уже в Турции, отлично видна маленькая церковь Сурб-Ншан (Знаменская) времён Камсараканов с пристроенной Закарянами в 13 веке звонницей:

53.


Но мы туда уже не пошли - что мы, храмов 7 века что ли не видели?!

54.


К другим красотам Араратской долины вернёмся позже, а в следующей части до кучи покажу ещё и Олту - маленький городок в Турции.

ОГЛАВЛЕНИЕ (будет обновляться по мере расширения).
Tags: Армения, дорожное, замки-крепости, этнография
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 29 comments