varandej (varandej) wrote,
varandej
varandej

Categories:

Лагич. Медные трубы Горного Ширвана.



Небольшое село Лагич (в местном произношении Лахидж) в полутора сотнях километрах от Баку - одно из самых туристических мест Азербайджана. Я бы сказал - азербайджанский ответ Масуле и другим подобным деревням Ирана: посреди красивых гор, в прекрасно сохранившихся старинных домах самобытной конструкции тут живут мастера-ковроделы и медники, а по выходным весь Баку едет на них посмотреть. Здесь красивейшие места Горного Ширвана - одной из исторических областей Азербайджана, о которых я рассказывал в прошлой части. Лагич стоит по соседству с показанными ранее ханской Шемахой, молоканской Ивановкой и удинским Ниджем, так что и его показать теперь будет весьма лагично.

За Шемахой Ширван, к которому относятся вообще-то и лунные пейзажи Апшерона, окончательно становится горным, а узкая дорога порой вьётся прямо по гребням хребтов:

2.


Ледяных вершин отсюда не видать, но кавказские горы и без того сказочно красивы:

3.


И на каждом углу здесь - турбаза:

4.


Поворот на Лагич - за полпути из Шемахи в Исмаиллы. От трассы ещё километров 20 нужно подняться по живописному каньону Гирдыманчая:

5.


Приметив толпу и припаркованные туристические автобусы, мы притормозили. Над рекой висит шаткий мостик с сетчатым полотном, и народ, повизгивая, ходил по нему за речку. Вот только ведёт мостик к компактной площадке на карнизе скал - это в чистом виде аттракцион, ну и завлекалка в чайхану и прилегающие к ней лавки с горными травами:

6.


Выше по каньону (хотя тогда я этого ещё не знал) веет Арменией - это в её пейзаже, как где-нибудь на Курилах или в Приморье, обычное дело вулканические столбчатые скалы, а вот в Азербайджане я больше не припомню таких мест:

7.


Впрочем, конкретно эта излучина вообще ни на что не похожа:

8.


Вдоль каньона стоит несколько деревень, но Лагич среди них ни с чем не перепутать. На высоком берегу Гирдымана, его широкого каменистого русла, наполняющегося не каждый год, плотно стоят каменные дома, из которых торчит обшитый жестью минарет центральной в селе Бадой-мечети (1791):

9.


Проезд сквозь село вроде бы не запрещён, но широкая площадь на въезде одним своим видом настоятельно советует припарковаться да продолжить путь пешком, что мы с Ольгой Лаурентин lotmir, Людмилой tarrri и Еленой без блога и не замедлили сделать. У парковки - медная схема села, вывернутая каким-то очень хитрым образом - мы приехали сюда по хорошо заметной дороге слева, однако то, что на схеме внизу (например, обрывы Гирдымана) по идее должно быть сверху, по левую руку от нас. Тем не менее устройство Лагича в целом понятно - две слободы с общей для них главной улицей, ограниченные речками Кишчай, Лулчай и с дальней стороны Джафалачай.

10.


Лагич - не город, регулярно осаждавшийся чужими армиями, а всего лишь глухое (до времён массового туризма) горное село, поэтому нет никаких точных сведений о том, когда и кем он был основан. Факт лишь в том, что живут здесь не азербайджанцы, а таты - своеобразные "таджики Закавказья", на заре исламизации перешедшие с древних языков на персидский, но в не столь далёкие века каким-то образом избежавшие тюркизации. Интересно, что таты Закавказья и таты Ирана - это два совершенно разных народа: первые говорят на диалекте персидского, а вторые - на азери, языке древней Мидии, к которому восходит ещё и талышский. Как бы то ни было, по обе стороны Аракса таты - народ-реликт, сохранивший себя либо в глухих горах, либо в старинных городах и торговых селениях. До революции таты в Азербайджане населяли в основном апшеронские сёла вокруг Баку, и оставались там суннитами. Но при Советах они практически полностью ассимилировались по языку и вере, а вот лахиджи, горные таты-шииты, вполне себе помнят язык и родство. Лагично предположить, что пришли они сюда из Лахиджана - старинного города в иранском Гиляне, хотя на самом всё могло быть и наоборот. Есть мнение, что Лагич - это столица древнего горного княжества Лайвзан, чьи жители бежали в не покорившийся арабам Гилян, а само оно полностью растворилось в Ширване. Как бы то ни было, расцвет Лагича пришёлся на 18-19-й века: если местные ковры и кожаная обувь покупали в основном жители окрестных селений, то лагичская медная посуда красотой и качеством славилась по всему Закавказью. "Звёздным часом" лахиджи стала середина 19 века - Российская империя открыла им новые рынки сбыта, и в 1875 году местные мастера даже ездили на Всемирную выставку в Вену. По населению Лагич, село Шемаханского уезда Бакинской губернии, тогда был крупнее иных городов - до 10 тысяч человек в конце 19 века. Ну а затем, как водится, ремесленников пустили по меру фабриканты, и за последующую сотню лет Лагич ужался вдесятеро. Не знаю, что представлял он собой 10-20 лет назад, но в соседстве с Ираном, где многие подобные сёла стали достопримечательностями первого ряда, Азербайджану было, где подсмотреть готовое решение. Превращение Лагича в одно из главных направлений "выходного дня" для бакинцев открыло местным мастерами второе дыхание.

11.


За Кишчаем и парой мостиков встречает Баадаван - Лагич "по-умолчанию", его центральная слободка, состоявшая из махаллей медников (Агёлю) и кожевников (Заварро). Отдельного рассказа заслуживают дома лахиджи - каменные, но с характерными прослойками деревянных реек, повышающими сейсмоустойчивость. Классический лагичский дом - двухэтажный, с мастерской и лавкой на первом этаже и жилыми комнатами на втором. Как и в гилянских домах, их интерьер слагала не столько мебель, сколько наоборот - ниши в стенах (тахча, джомохатан), в том числе длинные полки (рэф). Частью каждого дома была оваро - баня-коморка для омовений перед намазом, "душевая кабина" Средневековья. Но в целом главным показателем успеха у лахиджи считалось количество комнат в его доме, поэтому порой их счёт шёл на десятки - я читал упоминания о 70-комнатных домах, и это делалось часто в ущерб функционалу. Самый крупный, но изрядно зановоделенный дом встречает на площади, куда улица ведёт от мостика через Кишчай.

12.


Лагич не облепляет крутой склон, как Масуле, но сам его каменный пейзаж впечатляет:

13.


И с реставрацией, и без:

14.


Во многие дома вделаны таблички с ещё дореволюционными надписями вязью:

15а.


С юга, откуда мы приехали, в перспективе улицы стоит зелёная гора Ниялдаг (2084м):

15.


Лахиджи взирает на туристов, коих тут в субботу много. Возможно, он к ним ещё не привык. И может именно поэтому Лагич показался мне интереснее Масуле - та совсем уж превратилась из живой деревни в киногородок, а здесь есть какая-то подлинность.

16.


Хоть и тянутся лавки вдоль главной улицы одна за другой. Судя по их ассортименту, кожевенное производство в Лагиче умерло давно, а вот ковровое и особенно медное - живёт:

17.


Хотя тут больше антиквариата, запасы которого в лагических домах видимо скопились лет на двести. В лучшие времена тут было более 200 медных лавок, а махалля Агёлю делилась на мастеров (мискарников), развозчиков (сагрягяров) и скупщиков, соседям известных как просто "хозяева".

18.


Новоделы в медных лавках тоже есть. но в них как-то больше китча:

19.


Кое-где продают ковры:

20.


Да и просто всякую всячину:

21.


Одна из лавок впечатлила нас аутентичностью облика:

22.


Внутри оказавшейся ещё большей, чем снаружи:

23.


Среди медных кувшинов, самоваров, тележных колёс, железных инструментов обнаружилось и несколько совсем уж неожиданных вещей. Например, глобус... причём глобус Луны:

24.


Архара словно сняли с какого-нибудь доисламского святилища - подобный атрибут мне известен по всему Большому Ирану от Хоя в иранском Азербайджане до исмаилитских долин Памира.

25.


А вот мумия кошки - настоящая: такой у местных мастеров был оберег. Но так как в Баку, конечно, не может не быть любителей котиков, подозреваю, что висеть ей осталось недолго, чтобы туристов не пугать.

25а.


Едой, в основном приправами, сушёными травами и лепёшками из пастилы, тут тоже кое-где торгуют. Пастилу я даже купил, но она оказалась неприятно кислой.

26.


А вот вода в Лагиче вкусная - помимо лавок на улицах стоят ещё и источники:

27.


Многие из которых имеют свои названия и обустроены были давно. Как например родник Хаджи-Гарай (1858-79) - центральный в Баадаване:

28.


В родниках - то плита со старой надписью, то колоритная медная кружка на мощной цепи. Под Лагичем проходит ещё и старинная канализация, на улицах, конечно, никак о себе не дающая знать.

29.


Тёмный долон с блестящими стрелками реек так и манил уходить с переполненной туристами главной улицы:

30.


Горные переулочки махалли Агёлю впечатляют:

31.


Не представляю, каково ходить тут зимой, но к счастью, кое-где есть лестницы:

32.


Здесь вид Лагича чуть более разгильдяйский, к камню и дереву добавляется профлист, а стены опутаны газовыми трубами - ну, теми, которые в России уродуют пейзаж, а в любой другой стране с точки зрения русского путешественника являются признаком трепетной и неустанной заботы государства о простом человеке.

33.


Здесь немало колоритных деталей:

33а.


33б.


И в том числе "рука Фатимы", венчающая мечети Ирана, но даже в шиитском Азербайджане совсем не типичная:

34а.


Она воздета над мечетью Агёлю (она же мечеть Медников) - главной точкой притяжения туристов в этой непарадной части Лагича. В мечети, построенной накануне революции (1914) ныне действует музей, открытый накануне перестройки (1985), а особо ползеный его элемент - туристическая схема посёлка, тут заметная у белой двери:

34.


На входе в мечеть, однако, снимают обувь:

35а.


Внутри - старые ковры, предметы быта да одинокий витраж-шебеке:

35.


Всё это - с "сельской интерактивностью": меха можно покачать, а любой предмет - взять в руки. В том чиле вот эту роскошную кожаную булаву, которой лахиджи отбивались от разбойников на горных дорогах:

36.


От музея-мечети мы вновь спустились на главную улицу да пошли по ней дальше. Район лавок понемногу рассасывается, а с ним и туристические толпы. Здесь примечательны, как и в Масуле, новоделы "по мотивам" традиционного зодчества:

37.


На речке Лулчай, внешне совсем невзрачной, мы проглядели водяную мельницу, но здесь, в стороне от холёной части, я совсем не уверен, что она бы работала. У речки в пейзаж Лагича вторгается чуть осовремненный ХХ век, в том числе здоровенное школьное здание и недостроенная гостиница напротив. Не исключаю, что построили их при Советах на месте лагичского кладбища:

38.


Лежащий дальше Арекит - исторически часть Лагича, а административно - уже другое село. Дома более ветхие, а на улицах висит тишина. Слева - самый крупный в Ареките старый дом Хаджи-Ахмеддина (1882):

39.


Я всё надеялся заглянуть внутрь домов, увидеть все эти рэфы и оварро, но дома-музея в Лагиче пока что нет, а местные слишком привыкли к туристам, чтобы звать их на чай. Мне открылся лишь дворик:

40.


Зато набрели мы на баню Хаджи-Муллы Хусейна, одну из многих в Лагиче:

41.


И пока разглядывали архаичного вида замок...

41а.


...откуда-то возник едва говоривший по-русски дядька с ключами да радостно провёл нас вовнутрь. Баня оказалась ещё и натоплена, и входить в хамам в уличной одежде было как-то непривычно, фотоаппарат же там и вовсе моментально запотел.

42.


Арекитские мечети называются не по ремесленным махаллям (тем более, возможно, Арекит и населяли крестьяне), а просто Верхняя и Нижняя. Верхняя (Юхары-мечеть) торчит из-за домов, но мы к ней так и не нашли прохода:

43.


А вот Нижняя (Ашаги-мечеть) стоит на обширной площади в окружении дюжих шишиг:

44.


Внутри, как и в большинстве сельских мечетей, уютно и просто:

45.


От мечети мы побрели обратно к машине через всё село. А по переулку метрах в ста за нами шёл мужик и раскатисто выкрикивал что-то, раз на пятый ставшее похожим на "Толпа! Ганьба!". Мы лагично предположили, что даже вчетвером в эту дальнюю часть села из туристического пятака доходят редко. А может просто он имел в виду, что упустили мы в Лагиче всё ж таки немало - водяную мельницу на Лулчае, самые роскошные дома и их интерьеры да мечеть кожевников Заварро (1805) где-то над Баадаваном... Ну да впрочем ладно, тут тот случай, когда самое интересное в Лагиче - это сам Лагич.

46.


В завершение рассказа - о городках на этой дороге, через которые мы ездили к молоканам и удинами.
С Ивановкой соседствуют Исмаиллы (20 тыс. жителей) - опрятный райцентр восточно-европейского вида, образованный в 1967 году из старинного села в окружении нескольких крепостей Джеваншира. Так звали правителя Кавказской Албании из династии Михранидов, который перед лицом неизбежности долго думал, кому сдать свою страну - арабам или грекам, и в конце концов предпочёл покровительство Халифата. Он же и заархивировал Албанию, возможно понимая, что прежней она уже не будет - под его покровительством Мовсес Каганкатваци написал свою "Историю страны Алуанк". Руины Джеваншировых крепостей вроде бы можно найти по сёлам в окрестностях Исмаиллов, но туристу задачу упрощает новодельная крепость на выезде к трассе:

47.


Местами она даже кажется подлинной, только вконец зареставрированной:

48.


Но по сути это лишь ограда парка да гостиный двор:

48а.


Дальше вдоль узкой трассы смыкаются тенистые леса, с опушек которых глядят чайханы, вглубь уходящие к самым чащобами. За одной из деревень вдруг мелькнул воинский памятник. В Азербайджане они не так заметны, как в славянских стнанах или Казахстане, местами даже откровенно подзапущены, но по крайней мере с ними не борются, что по меркам постсоветского пространства уже стоит ценить. На этом лесном монументе - очень красивые лица, и вполне может быть, в изначальной задумке - лица разных народов:

49.


Маленькая предгорная Габала (13 тыс. жителей) близ удинского Ниджа, пожалуй, заслуживает отдельной остановки. Получившая в 1973 году статус города, до 1991 года она называлась Куткашен и выросла, рискну предположить, из армянского торгового предместья древней Габалы - первой столицы Кавказской Албании, от которой осталось теперь огромное городище Чухур-Габала с парой "пеньков" от крепостных башен. Она окончательно опустела в 16 веке, а вскоре и от армян тут, в прямом смысле слова, осталось одно название. В 1747 году, со смертью Надир-шаха и очередным распадом Ирана, здесь был даже провозглашён Куткашенский султанат, почти сразу ставший вассалом Шекинского ханства. К концу века хан выкупил земли у султана и включал Куткашен в своё прямое подчинение, таким образом из Ширвана перетянув его в Арран. От султаната осталась Джума-мечеть, а в 2010-х годах из Габалы стали лепить горно-климатический курорт, дополнив эту функцию брендом "музыкальной столицы Азербайджана" - в 2009-10 годах тут открылась фабрика пианино и фортепиано голландской марки "Бельтман", а к ней прилагается ещё и международный фестиваль классический музыки. Турбазы же, ещё с советских времён многочисленные, теперь разролись до огромных гостиниц и горнолыжных комплексов с канатными дорогами к горам.
С юга же, у села Султаннуха, над городом нависает Габалинская радиолокационная станция - заработавший в 1985 году советский радар-загоризонтник, следивший за пусками вражьях ракет на Ближнем Востоке и в Индийском океане. Россия использовала Габалинскую РЛС до 2012 года, затем построив более современный аналог на Северном Кавказе. В 2013 году станция была остановлена, но как видите - до сих пор не снесена:

50.


ЗАКАВКАЗЬЕ-2019 (ОГЛАВЛЕНИЕ) - будет дополняться по мере написания постов.
Tags: Азербайджан, дорожное, природа, ручная работа, этнография
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments