varandej (varandej) wrote,
varandej
varandej

Categories:

Сарыкамыш. Город русской славы на полюсе холода Турции.



Сарыкамыш - небольшой городок (25 тыс. жителей) в 60 километрах от Карса по эрзурумской дороге, у начала подъёма на Саганлугский хребет. В Турции он самый высокогорный (2180м), самый холодный и - самый русский: ведь большинство "балтийских" домиков эпохи Карсской области - на самом деле армянское наследие, как и показанные в прошлой части древние Багаран, Мрен, Дигор. За Арпачаем славяне без мундиров были исчезающе редки, а Сарыкамыш представлял собой огромную военную базу, вошедшую в историю одной из самых страшных битв Первой Мировой войны.

Полсотни километров от Карса до Сарыкамыша проще преодолеть маршруткой, но я решил сделать красиво и поехал на поезде. О том, что Турция - страна не железнодорожная, я писал уже не раз, и тем не менее прилежно осматривал все попадавшиеся станции - Эрзурум, Татван, Ван и пока не показанный Карс. Впрочем, те станции строила уже Турецкая республика в ХХ веке, и лишь здесь железная дорога - наследие царской России. Первый поезд в Карс прибыл в 1899 году из Александрополя (Гюмри), а к 1913 году линию дотянули до гарнизонов и складов Сарыкамыша. Накануне Мировой это было более чем своевременно, и не в последнюю очередь благодаря этой дороге турецкое наступление зимой 1914 года захлебнулось, а к концу 1915-го над всей Западной Арменией парил двуглавый орёл - теперь уже не сельджукский, а русский. Но его сбили выстрелом не из Константинополя или Берлина, а из Петрограда, и вот уже турки маршем шли к Баку. От Сарыкамыша до Эрзурума русские военные в 1916 году успели бросить 170-километровую узкоколейку (750мм), на укладку которой пошло полотно недостроенной линии в Шушу, и за неимение лучшего она продолжила работать и по окончании войны. Карс называют "анти-Выборгом", но по мне так тут скорее анти-Сахалин с русскими вместо японцев и армянами вместо айнов. По крайней мере Карсская железная дорога вызывает удивительное дежавю с Сахалинской - построенная чужой империей, полностью изолированная от остальной сети и работавшая по иным стандартам. С изоляцией турки покончили лишь в 1939 году, дотянув линию "стефенсонской колеи" от Анкары до Эрзурума. В 1957 году была перешита на европейский стандарт узкоколейка, а в 1962 - и линия "русской колеи" до пограничной Акъяки. Единственный поезд, который ходит здесь ныне - "Восточный экспресс" Карс-Анкара с парой купейных и десятком сидячих вагонов. И вот на нём-то, придя морозным утром на карсский вокзал, мы и решили проехаться до первой остановки.

2.


За вагонными окнами тянулась хмурая холодная степь - подобный кадр с равным успехом можно было бы снять из окна поезда Алма-Ата - Нурсултан, или Ташкент - Кунград, или даже Москва - Улан-Батор.

3.


В пустоте и холоде сиротливо стоят утлые курдские деревни, так же не сильно отличающиеся от казахских или каракалпакских деревень:

4.


Сквозь эту пустоту и тянется тихая однопутка, напоминая о своём происхождении благородной каменной кладкой мостов через Карсачай и дренажей:

5.


Мостовые фермы - на заклёпках, но всё же меня не покидает ощущение, что они уже турецкие, скорее всего - 1950-60-х годов, когда колею меняли:

5а.


Приближение станций выдают сосновые рощи, в окрестной пустоте похожие на декорации. Да и сами станции давно уже деталь пейзажа, в лучшем случае разъезды для товарняков - "Восточный экспресс" проходит их без остановок. Вот недалеко от Карса заброшенные турецкий вокзал и русский пакгауз:

6.


На самой крупной промежуточной станции Селим примечательны солидный русский дом, водонапорная башня и высокая платформа с каменной кладкой:

7.


За платформой - ещё один домик времён Карсской области. Русских вокзалов я здесь не припомню, да и вполне может быть, что их не было - случайные пассажиры тут не ездили, а военным касса - это штаб, зал ожидания - казарма.

8.


Впереди показываются первые предгорья Саганлуга:

9.


Прорезанные узкой долиной Карсчая:

10.


С курдскими деревнями соседствуют покинутые русские полустанки:

11.


"Уходит взвод в туман-туман-туман..." - в такую же мглу паровозы везли кубанских пластунов на помощь осаждённому Сарыкамышу. Суровость плато Армянского нагорья обусловлена их высотой: Ереван стоит в километре над уровнем моря, Гюмри - в полутора километрах, в Карсе средняя высота 1760м, в Эрзуруме - 1890м. Ну а Сарыкамыш расположен в 2180 метрах над уровнем моря: на постсоветском пространстве из городов выше только Хорог на Памире. Так что впереди - даже не туман, а облако:

12.


Сквозь мглу поезд прибыл в Сарыкамыш, встретивший пристанционными зданиями русской эпохи:

13.


Вполне себе нашенским кажется и маленький вокзальчик из чёрного туфа:

14.


Но на самом деле он турецкий, и строился, возможно, непосредственно в разгаре Первой Мировой или вскоре после её окончания. Куда как более помпезный русский вокзал простоял около года. Однако успел попасть в кадр поздней осенью 1914-го, когда в Сарыкамыш приезжал поднимать боевой дух православный солдат собственной персоной Николай II.

14а.


Нередкое в тюркских краях название Сарыкамыш дословно значит "жёлтый камыш", или скорее просто Камышовое - в данном случае почти полная калька с армянского названия Ехегник. Армяне, впрочем, предпочли ретироваться отсюда уже в 1860-е годы - шаткий баланс турецко-армянского "худого мира" нарушили не русско-турецкие войны, а Кавказская война. Её итогом стало "мухаджирство" - то ли изгнание, то ли исход: как русский царь мнил себя заступникам христиан Османской империи, так и турецкий султан считал себя защитником мусульман России, и десятки тысяч горцев, проиграв войну, потянулись в его пределы. В основном это были черкесы и абхазы, но они не спешили менять благодатный Западный Кавказ на мрачные плато Армянского нагорья, и потому в основном селились западнее, по долинам Тавра и Понта в Центральной Анатолии. Из Ехегника армян выжили чеченцы и осетины-мусульмане, которым вскоре пришлось вспоминать язык "белых волков" - в 1877 году Россия догнала их на чужбине. Новая граница прошла по Саганлугскому хребту, и Сарыкамыш оказался как бы в центре фрагмента гигантской окружности. В отличие от Карса, он не был крепостью - просто вокруг мухаджирского села Верхний Сарыкамыш в 1880-90-е годы выросли многочисленные военные склады, арсеналы и казармы частей быстрого реагирования в тылу у многочисленных пограничных застав и горных позиций. Фактически он даже не был единым посёлком - на несколько километров по долине был разбросан пяток гарнизонов с общим штатом порядка 2700 человек.

15а.


Железная дорога в 1913 году пришла в посёлок Орлиное Гнездо, и я теперь кусаю себе локти, что мы не догадались погулять за путями - там стоят самые красивые русские дома (примерно как на кадре №8 из Селима), один из которых вот тут виднеется поодаль за деревьями:

15.


Ну а прежде, чем пойти в посёлок, стоит рассказать о кульминации его истории - Сарыкамышской битве, что развернулась страшной морозной зимой с 1914 на 1915-й. Тут, впрочем, надо сделать небольшое отступление, задавшись Армянским вопросом. Дело в том, что война 1877 года привела в Передней Азии к почти тектоническим сдвигам - испокон веков Армения делилась на Запад и Восток, границей между которыми служила речка Ахурян (Арпачай) в глубоком чёрном каньоне. В периоды единства армянские царства лежали по обе его стороны, как и недолговечные тюркские орды, а вот для великих империй Ахурян вновь и вновь становился незыблемой границей. К западу от него сменяли друг друга Рим, Византия, Османская империя, к востоку незыблемо лежал Иран, который лишь в 1828 году потеснила Россия. По обе стороны Ахуряна империи утверждались изредка и ненадолго: например, османы в 1576-1605 годах, и изгнав их восвояси, персы (вернее, азербайджанцы Сефевиды) устроили свой геноцид армян - Великий Сургун, депортацию всего народа подальше от границ вглубь Ирана. Для Порты русско-персидская война была лишь сменой одного зловредного соседа на другого, и даже массовая репатриация армян на том берегу Ахуряна мало что значила. Западные армяне были тесно интегрированы в Османскую империю, пронизывали её экономику и культуру, и были глубоко лояльны ей. Но вот в 1877 году Россия перешла Арпачай, что явно выглядело началом объединения всей исторической Армении под скипетром белого царя. В увядавшей Османской империи султан мирился со многими территориальными потерями - но только не с этой! Вдобавок, армяне, уставшие от курдских и черкесских набегов, всё настойчивее вооружались, а потому всё отчётливее делались для Порты внутренним врагом, "инфекцией в теле государства". Первоочерёдной задачей Турции в Первую Мировую стала "Клятва-1877" - возвращение потерянных земель от Карса до Батума.

16а.


Вторжение в Закавказье возглавил сам Энвер-паша - один из "младотурецкого триумвирата", занимавший тогда должность министра обороны. Пришедшие к власти в 1908 году младотурки были в сущности типичными майдановцами - с грандиозными планами, навязчивой и очень простой идеологией и верой в собственную непогрешимость. Энвер глядел далеко, на Казань и Кашгар, ничуть не сомневаясь, что азербайджанцы, татары, туркмены, узбеки, казахи, киргизы, уйгуры радостно присягнут султану, повстречав первого же турецкого солдата у своих юрт. Действуя в логике "видеть цель и не видеть препятствия", он и начал в декабре 1914 года Сарыкамышскую операцию. Энвера называли "турецкий Наполеон", но кажется, больше его манили лавры Ганнибала - войско должно было стремительно пройти по безлюдным высокогорьям Саганлуга и растечься по долинам, отрезав от русских тылов Сарыкамыш и Ольты. Дальше оставалось блокировать Карсскую крепость - и вот перед османами прямая дорога на Тифлис, а там и до Баку рукой подать! Противником Энвера-паши был генерал Александр Мышлаевский, типично николаевская трусоватая самодовольная посредственность, сделавшая карьеру без единой масштабной войны. Ещё хуже дела обстояли у Кавказской армии с разведкой, державшейся в основном на ходивших по обе стороны границы армянских фидаях (партизанах). И в общем-то единственным, что помешало осуществлению османского плана, стала самонадеянность Энвера-паши: турецкие генералы и даже немецкие советники понимали, что гнать армию по горным кручам посреди зимы - безумие. Но генерал 3-й армии Хасан Иззет, требовавший повременить до марта, был отправлен в отставку, а немцы рассудили, что если турки хотят завалить русских трупами - то почему бы и нет? Главное чтоб завалили... Скорость броска не допускала больших обозов, и когда на пути турецких солдат встал Генерал Мороз, оказалось, что они почти беззащитны. Как 80 лет спустя азербайджанцы на склонах Муровдага, турки на склонах Саганлуга массово замерзали, теряли дорогу, и не разобравшись, крыли друга друга артиллерийским огнём сквозь метель. 22-е декабря 1914 года осталось в турецкой истории как Ночь замёрзших солдат - 10 тысяч окоченевших тел тогда остались лежать на склонах. К Сарыкамышу турки прорывались, думая определённо не про Великий Туран, а про печки в каменных казармах. В посёлке завязались тяжёлые бои с попеременным успехом, в которых русские солдаты несколько раз оставляли Орлиное Гнездо и Верхний Сарыкамыш, а туркам ненадолго удавалось перерезать железную дорогу. Мышлаевский позорно бежал в Тифлис и подготовился приказ об отступлении - но был отсранён от командования раньше, чем успел его подписать.

16.


В тех боях проявилось много выдающихся имён. Например, Николай Букретов - генерал кубанских пластунов (казачьего "спецназа") и впоследствии атаман Кубанской народной республики (см. Краснодар), здесь он оказался проездом, но возглавил начальный этап обороны. Или Николай Юденич, именно в тех боях получивший главную роль Кавказского "театра военных действий", которую позже блестяще сыграл на фортах Эрзурума. Штурм Сарыкамыша вели несколько дивизий под командованием лично Энвера-паши, сумевшего полностью окружить город. Но в тяжелейшие дни 27-31 декабря Сарыкамыш выстоял, и это предопределило ход войны: хотя попытка преследования отступающих турок была пресечена Генералом Морозом, теперь уже не османы рванулись к Каспию, а русские - к Средиземному морю. При Сарыкамыше той страшной зимой погибло около ста тысяч человек, но больше турок, чем все русские потери (20-25 тыс. бойцов), погубил 20-градусный мороз. На склонах Саганлуга полегла целая армия, и звучная строчка Цоя "покажи мне того, кто выжил один из полка" воплотилась в суровую реальность: так, из 9-го корпуса (35 тыс. человек) вернулись домой всего 80 солдат и 106 офицеров, из 10-го корпуса в живых осталось 8% состава, из 11-го - треть. Энвер-паша, бросивший десятки тысяч человек на верную гибель, поначалу храбрился, пытался поднять боевой дух солдат, и в том числе восхвалял армян за их преданность османскому делу - немало людей с фамилиями на "-ян" замёрзли на тех склонах. Но затем "турецкий Наполеон" понял, что с него за военную катастрофу вот-вот спросят, и быстроенько превратился в "турецкого Гитлера": единственной причиной поражения было объявлено армянское предательство, и именно Сарыкамыш стал спусковым крючком для геноцида армян, унёсшего ещё сотни тысяч, а то и миллионы жизней. Позже всё перемешалась: Российская империя отбросила османов на 200 километров от старых границ, дошла до Вана и Муша, а потом лопнула, как воздушный шар, и вот уже "проигравших" встречали в Баку. Младотурок сменили отколовшиеся от них кемалисты, и осуждённый на родине за военные преступления Энвер-паша бежал в Туркестан в надежде сделать его новым плацдармом пантюркизма. На юге нынешнего Таджикистана, в бекстве Бальджуан, он возглавил отряд басмачей, разбитый в 1922 году красным командиром Акопом Мелькуняном - и как нетрудно догадаться, от человека с такой фамилией Энвер-паша не мог уйти живым. Однако снова стать Ехегником Сарыкамышу было не суждено, и потеряв большую часть империи, Карс турки всё-таки вернули. Сарыкамыш остался типичным ЗАТО, и многие путешественники, проносясь мимо него по трассе, примечали за колючей проволокой очевидно русские постройки. Открываться город-герой начал лишь в 2010-е годы, когда Генерал Мороз вышел на покой и стал владельцем горнолыжного курорта:

17а.


Начинавшегося, кажется, с такой вот турбазы минутах в десяти ходьбы от вокзала. Здесь, скорее всего, ещё не горнолыжники останавливались, а походники - популярным у турок патриотическом ритуалом стали зимние треккинги на Саганлуг с общей идеей "понять, что пережили деды".

17.


С военной и туристической сущностями соседствует промышленная - скала над турбазой стёсана карьером:

18.


Не знаю точно, в какие он был вырыт времена, но вполне может быть - ещё под Россией для строительства казарм и железной дороги:

19.


А может быть уже и в Турции - попадаются у обрыва очень красивые камни:

19а.


Обрыв мы обошли по серпантинистой грунтовке, чтобы увидеть главный русский памятник Сарыкамыша - Домик Екатерины:

20.


Не очень понимаю, при чём здесь Екатерина - возможно после триумфальных войн в Северном Причерноморье она просто стала для турок собирательным образом грозной России. На самом деле это был Охотничий дворец, построенный на случай визита Николая II. Правда, не совсем ясно, когда: я видел даты 1901-02 или даже 1895-97, но в Романовы увлеклись подобной архитектурой лишь в 1910-х. Сарыкамыш государь-император, как уже говорилось, посещал осенью 1914 года, но останавливался ли в этом дворце - доподлинно не известно.

21.


В Турции долго держалось негласное табу на упоминание присутствия в этих краях иных народов, поэтому доставшуюся архитектуру Российской империи тут иносказательно называют "балтийской". Бревенчатая вилла с каменной сердцевиной в духе "северного модерна" - как бы не единственное здание Карсской области, где это определение уместно. А может быть - отсюда и пошло.

22.


С 1920-х годов дворец служил казармой, а покинут был в 2009 году. Уж не знаю, сами ле военные отсюда вывезли всё, что могли, вплоть до оконных рам и печек (а ведь были, поди, красивые "голландки!") или воры постарались, но постсоветскому глазу такое состояние знакомо до боли.

23.


В какой-то момент мы услышали шаги, и навстречу нам вышел скучающий и очень добрый сторож.

23а.


Он провёл нас в свой вагончик и напоил чаем, что было очень своевременно - ветер с Саганлугских гор и правда нёс пронизывающий холод. В Карсе с утра был небольшой минус, и мы одевались тепло, но Сарыкамыш оказался гораздо суровее.

24.


Рядом с дворцом - флигелёк в том же стиле:

25.


А вот будка смотрителя появилась недавно - в 2020-м должна была начаться реставрация дворца под элитную гостиницу "Екатерина".

26.


И хочется верить, что турецкие подрядчики не привезли из России идею, что если поджечь памятник деревянного зодчества в конце реставрации - можно будет выбить на его восстановление в несколько раз расширенную смету.

27.


Мечты о тепле... В контексте истории это граффити кажется предсмертной галлюцинацией коченеющего в снегах османского офицера:

27а.


Лес над дворцом, где так и не случалось пострелять ворон Николаю II, упирается в армейские заборы:

28.


А дренажные трубы прикидываются пушками:

29.


Под ногами блестит уголь, который видимо возят по этой дороге отапливать казармы:

29а.


На краю обрыва, над карьером, на фоне Орлиного Гнезда, встречает небольшое кладбище:

30.


Но это не братская могила, а некрополь ветеранов - памятник поставлен в 1968 году, а даты смерти на могилах сильно позже 1914 года. Больше всего впечатляет форма надгробий, словно привезённых сюда со степных кладбищ где-то в предгорьях Алтая.

31.


С кладбища открываются отличные виды пологих склонов Саганлуга. Хорошо заметна тёмная долина, по которой уходит дорога на Эрзурум. Где-то там, на въезде, стоит ещё один воинский памятник (1957), до которого мы не дошли (фото есть здесь):

32.


Ближе достраивался горнолыжный центр патриотичного облика, ещё не знавший о грядущем карантине:

33.


Стройке служат подсобками старые военные склады, причём ближний, заброшенный ряд - явно ещё из российской эпохи:

34.


Какие-то ещё укрепления. Всё это Верхний Сарыкамыш - старейшая часть посёлка, тот самый Ехегник, в 1860-е годы превратившийся в село кавказских горцев. К 1910-м годам он измельчал до пары сотен жителей, но не без их поддержки в декабре 1914 года турки смогли занять село.

35.


Вид в сторону Карса. Долина Карсчая отделяет от Орлиного гнезда холм Воронье гнездо. Долина и стала основным рубежом Сарыкамышской битвы:

36.


И с этой стороны её - собственно Сарыкамыш, выдержавший натиск. За оврагом, на соседней сопке, стоит переделанная в мечеть русская церковь. А перед ней традиционно гарцующий памятник Кязиму Карабекиру - турецкому генералу, что в 1920 году отвоевал эти земли у Первой Армянской республики.

37.


Туда мы и направились, сначала неудачно спустившись напрямик - внизу все тропы упираются в заборы воинских частей и частных домов, так что единственный путь - обратно дворца Екатерины.

38.


Дворец стоит у подножья Джибильтепе, по-нашему говоря Лысой горы (2631м), дальний склон которой, как я понимаю, и будет курортом. Со стороны посёлка же гора буквально облеплена казармами царской эпохи:

39.


В глубине - какие-то более солидные здания. Вот, быть может, штаб той обороны:

40.


Масштабы военного городка по сей день впечатляют, но ходить откровенно страшновато - на главной улице совсем немного точек, где можно безнаказанно достать фотоаппарат:

41.


Вот у этого дома, бывшего какой-нибудь канцелярией или почтой, рядом с нами вдруг притормозил толстый джип, и двое турок в чёрных очках жестом велели подойти. Что ж, знакомая реакция: "ходят неизвестные, проводят фотосъёмку". Иностранными языками безопасники не владели, поэтому немного пообщавшись со мной через переводчик, они позвонили какой-то девушке, на хорошем английском взявшейся расспрашивать меня о цели визита. Я рассказывал о русской архитектуре, о том, что в этом районе хотел посмотреть бывшую церковь, кажется о том, что пишу путеводитель и о том, где найти мой блог. В общем, в итоге нас посадили в джип...

42.


...и отвезли на площадь с памятником Карабекиру и администрацией. Да высадили со словами, что вот тут церковь, а вон там автовокзал.

43.


Церковь Михаила Архангела при 156-м Елисаветпольском пехотном полку была построена в начале ХХ века по типовому, как у хрущёвок, проекту - точно такую же я показывал в Олту и в Карсе ещё покажу. В Сарыкамышских боях она не получила сколько-нибудь серьёзных повреждений, и царские агитаторы, конечно, продвигали этот факт как иллюстрацию девиза "С нами Бог!".

44а.


Индивидуальность облика же полковым церквям придали уже турки, обкорнав купола и обустроив внутри мечети:

44.


Церкви ориентированы на восток, а мечети - на Мекку, которая здесь почти строго на юге. Поэтому у поменявших веру полковых храмов необычный "поперечный" план:

45.


В мечети шёл долгий пятничный намаз, и в переполненный зал мы лишь заглянули на секунду. Берцы у входа весьма красноречиво намекают на род деятельности прихожан:

46.


Мечеть отмечает "гражданский" центр Сарыкамыша, и вокруг неё жизнь бьёт ключом. За опрятными фасадами - обшарпанность и бедность. Чеченцы и осетины в Турецкой республике частью отуречились, частью разъехались по городам, а в нынешнем Сарыкамыше основное население - курды.

47.


Крутая улица спускается на нынешнюю главную площадь, где набирают пассажиров маршрутки в Карс:

48.


Но и безопасники на джипе, и наши соседи маршрутке, узнав, что мы из России, в один голос советовали нам съездить в Каракурт. Под устрашающим паучьим названием скрывается ещё один гарнизонный городок на Араксе, километрах в 20 южнее за горой. Как и упомянутое в прошлой части Ченгели (Эгегнамори), он был одной из тех загадочных грузинских колоний на Араксе, и видимо грузины когда-то построили там Георгиевскую церковь, руины которой осетины-мусульмане в 1860-х переделали в мечеть, а русские в 1889 - в казачий храм 1-го Кубанского полка. Как я понимаю, примерно ту же роль, что Сарыкамыш играл для гарнизонов Саганлуга, Каракурт выполнял для застав Агрыдагского хребта за Араксом, но так и не отметился в великих боях. Судя по фотографиям в турконете, там всё примерно то же самое, но в запустении и без режимных строгостей. И я пренеберёг поездкой в Каракурт, рассудив, что мы не увидим ничего нового. А теперь вот об этом жалею - ниже по Араксу строится ГЭС, которая затопит большую часть Каракурта.

48а.


Памятника русским воинам, тут конечно же, не увидеть. Это у нас могли увековечить шведов под Полтавой или турок под Севастополем, и даже немецкие кладбища Великой Отечественной берегут. На мой взгляд, поставить памятник достойному врагу (если, конечно, это не военный преступник) - признак силы, а не слабости. Но большая часть мира думает, увы, иначе.

49.


В следующих 4 частях покажу, наконец, Карс.

ЗАКАВКАЗЬЕ-2019
БОЛЬШОЕ ОГЛАВЛЕНИЕ. Азербайджан, Армения, Нагорный Карабах, Турция.
О Турции в общем
Южная Грузия, Западная Армения и Восточная Анатолия. История Второй Сибири.
Транспорт Турции.
Среда, колорит и детали.
Люди и реалии Турции.
Тайк (ил Эрзурум)
Юсуфейли, Ишхан, Тортум.
Ошки и дорога в Эрзурум.
Олту (Олтиси).
Карин (ил Эрзурум)
Эрзурум. От конгресса до крепости.
Эрзурум. Старый город.
Эрзурум. Табии.
Дорогами Анатолии. От вокзала и окраин Эрзурума через Агры до озера Ван.
Васпуракан и Туруберан (илы Ван и Битлис)
Ахлат.
Западная Армения. Какой она была?
Ахтамар.
Татван и Ванская переправа.
Ван. Наследие Урарту.
Ван. Ванская скала.
Ван. Старый и Новый город.
Ил Агры
Баязет. Догубаязит.
Баязет. Дворец Исхак-паши.
Сурмалы (ил Ыгдыр)
Ыгдыр и земля Сурмалы.
Подножье Арарата.
Карсская область (ил Карс).
Карс. Цитадель и старый город.
Карс. Анти-Выборг.
Карс. Балтийский стиль.
Карс. Вокзал и крепость.
Сарыкамыш.
Килитташ (Багаран) и попытка Мрена.
Ани. Ближняя часть.
Ани. Дальняя часть.
Дорога домой.
Tags: "Зона заражения", Турция, деревянное, дорожное, транспорт
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Однако

    Поездка на Кавказ только завтра начнётся, а уже весело. Смотрю, осетино-ингушские страсти кипят похлеще армяно-азербайджанских. Так что если что…

  • И за Сибирь, и за Кавказ...

    По просьбам трудящихся, отвечу на регулярно задаваемые вопросы "Куда дальше поедешь?" и "О чём дальше будешь писать?". (фото из…

  • Дорога домой из Закавказья

    По наезженной дороге навстречу им шел пешеход. Время от времени он ложился и катился лежачим, а потом опять шел ногами. -Что ты, прокаженный,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 31 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal

  • Однако

    Поездка на Кавказ только завтра начнётся, а уже весело. Смотрю, осетино-ингушские страсти кипят похлеще армяно-азербайджанских. Так что если что…

  • И за Сибирь, и за Кавказ...

    По просьбам трудящихся, отвечу на регулярно задаваемые вопросы "Куда дальше поедешь?" и "О чём дальше будешь писать?". (фото из…

  • Дорога домой из Закавказья

    По наезженной дороге навстречу им шел пешеход. Время от времени он ложился и катился лежачим, а потом опять шел ногами. -Что ты, прокаженный,…