varandej (varandej) wrote,
varandej
varandej

Category:

Карс. Часть 3: балтийский стиль и его разоблачение



На своём ветреном плато Карс стоит вот уже 1500 лет, из которых лишь 41 год провёл в составе России. В Турции отношение к той эпохе парадоксально: сама мысль о том, что у окраин страны был другой хозяин - почти неприлична, но как же интересно поглядеть, что он после себя там оставил! О колорите и русских традициях Карса я рассказывал в первой части, а вот для архитектуры турки подобрали странный эвфемизм - "балтийский стиль", но под таким названим любят её как бы не больше, чем собственную. От показанного в прошлой части подножья средневековой цитадель пройдём в "губернские" кварталы, построенные уже под Россией за старой крепостной стеной. Вот только и с ними всё совсем не так-то просто...


"Когда-то в Карсе жили обеспеченные люди, которые устраивали приемы, длившиеся целые дни, давали балы в своих особняках, отдаленно напоминавших Ка о годах его детства. Сила этих людей зиждилась на том, что Карс находился на торговом пути в Тебриз, на Кавказ, в Грузию и в Тифлис, а также на том, что город был важным рубежом для двух великих империй, Османской и Российской, рухнувших в последнее столетие; чтобы охранять это место среди гор, империи поставили здесь большие армии. В османские времена в этих краях жили люди самых разных национальностей: армяне, тысячу лет назад воздвигшие церкви, часть которых и сейчас стоит во всем своем великолепии; персы, бежавшие от монгольского нашествия и иранских армий; греки, потомки подданных Понтийского царства и Византии; грузины, курды и черкесы из множества племен. После того как в 1878 году крепость, построенная пятьсот лет назад, сдалась русским войскам, часть мусульман была изгнана, однако город оставался богатым и многоликим. В русский период, когда особняки пашей, бани и османские здания, стоявшие в квартале Кале-Ичи, рядом с крепостью, начали ветшать, царские архитекторы возвели в южной долине речки Карс новый город, в котором было пять параллельных проспектов, пересекавших другие улицы под идеально прямым углом, – явление, невиданное ни в одном другом восточном городе. Этот быстро богатевший город, куда приезжал царь Александр III, чтобы встретиться со своей тайной возлюбленной и поохотиться, давал возможность русским двигаться на юг, к Средиземному морю, и захватить торговые пути, так что не удивительно, что на его строительство не пожалели средств. Именно этот Карс, печальный город, улицы которого были вымощены крупной брусчаткой и усажены в республиканский период дикими маслинами и каштанами, очаровал Ка двадцать лет назад." - так выглядела его история с точки зрения турок, вернее - интеллигента Орхана Памука, пересказавшего её в своём романе "Снег".

2а.


Из России всё это, однако, видится несколько иначе. На занятых в 1877 году землях Западной Армении, тут же включённых в пёстрое Кавказское наместничество, была учреждена Карсская область, в состав которой не был передан ни один "старый" уезд. От соседней Эриванской губернии она отличалась буквально всем, начиная с этнического состава и заканчивая системой сословий: например, "задеган", в который включили и русское дворянство. Армяне составляли здесь лишь четверть населения, а длинный список народов Российской империи пополнили в весьма ощутимом количестве турки и курды. Менее очевидно, что почти так же в 1828 году выглядела и Восточная Армения, откуда иранский шах ещё в 17 веке выселил всех армян вглубь страны. Однако не зря Грибоедов погиб в Тегеране: автор "Горя от ума" был в первую очередь выдающимся дипломатом, и понимал, что Россия не сможет развивать Закавказье без глубокого переформатирования региона. Эриваньская губерния стала "прото-Израилем" для иранских армян, массовая репатриация которых полностью изменила её облик. В Карсской области 1880-х годов возможностей такого переформатирования было ещё больше: в Османской империи жило два с лишним миллиона армян, русская деревня переживала демографический взрыв, и даже здешних турок вполне можно было бы включить в число "закавкаских татар" и раздать им русские фамилии. Но для реальной интеграции Карса сделано не было по сути ничего, кроме разве что прокладки железной дороги, и 40 лет в составе России так и остались классической, в безоценочном смысле этого слова, оккупацией.

2б.


Серьёзно изменился из всей области разве что сам губернский Карс, где к началу ХХ века половину населения составляли армяне, треть - славяне (17% - великороссы, 9% - малороссы, 5% - поляки), по 3,5% - греки и турки, по 2,5% - азербайджанцы и литовцы, и ещё 2% - евреи. Впрочем, все эти проценты смотрятся совсем иначе, если учесть, что население Карса к 1897 году едва перевалило за 20 тыс. человек - в армянских землях он уступал не только Эривани, но и уездному Александрополю (Гюмри), так что 70 эстонцев, проживающих в городе, уже хватало, чтобы замыкать десятку его национальных общин. Ещё больше впечатляет этнический состав, если добавить к нему гендерный: среди пятисот литовцев Карса женщин было всего две, среди тысячи поляков - десяток, из двух тысяч малороссов - четверть сотни, а из трёх тысяч великороссов - около 700. Что характерно, в глубинке Карсской области такой диспропорции не было: там "великороссов" представляли молокане и духоборы, сектанты из Черноземья, в 1840-х годах переселённые в Закавказье и к концу века основавшие за бывшей границей десятки сёл. Но лучшие молоканские купцы ехали в Баку, а здешние переселенцы были прирождёнными пахарями, в город приезжавшими разве что на базар. Иными словами, славянское население Краса представляли почти исключительно солдаты, офицеры, казаки... Ещё - чиновники, инженеры, врачи, но в нашем случае главное - архитекторы! Вот так выглядел упомянутый в "Снеге" Кале-Ичи, османский Старый город у подножья Цитадели:

2в.


А так - тот район, что вскоре вырос рядом: легко ли поверить, что две фотографии сделаны в одном городе? В турецких путеводителях упорно пишут, будто губернский Карс строилась "по голландскому проекту" - почему-то во многих сопредельных странах (мне такое даже в Донецке рассказывали!) у жителей не укладывается в голове, что Россия с 18 века была страной городов по регулярным планам. Из "5 проспектов", упомянутых Памуком, сохранили хоть что-нибудь русское три - ныне это улицы Ататюрка, Гази-Ахмета и Гейдара Алиева. Последняя ещё в дни моей поездки называлась Армейской (Орду), а в старые добрые времена - Губернской: судя по всему, как в Средней Азии, в народе это название пережило свою официальную отмену на несколько десятилетий.

2.


За пределами этих трёх улиц Карс - типичный город Восточной Анатолии, этой холодной и неустроенной "Второй Сибири":

3.


С безликими новостройками на месте лачуг-"гиджеконду":

4.


Да и сами "русские" улицы не блещут цельностью среды:

5.


Как и прохожие на них - очевидно не наши: даже платки турчанки повязывают не так, как татарки или таджички.

6.


Атмосферой и укладом Карс - типичный турецкий город, от Эрзурума, Вана или Догубаязита отличающийся не сильнее, чем сами они друг от друга.

7.


Однако очень правильно мы сделали, что не поехали в Карс сразу же от границы, а сперва, прыгнув из Батуми в зелёный Артвин, проделали двухнедельный путь по чужбине. Это непередаваемое чувство - встретить "своих", даже если эти "свои" - лишь дома из холодного камня:

8.


С кованными балкончиками, с прохладными арочками, с завитушками фронтонов и наличников...

9.


...и датами постройки на них:

10.


Увы, каменные цифры на фронтах - едва ли не единственный источник информации об этих домах. Не знаю, какова была судьба Карсского архива, но турки, когда сумели наконец разжать кулак, обнаружили, что их краеведение тут бессильно. О большинстве этих домиков общедоступной информации просто нет:

11.


Но в общем списки памятников архитектуры по любому старому российскому городу до обидного однообразны, и назвав любой из этих домов "русско-азиатским банком", "мелочной лавкой Акопяна", "особняком Поподополу с магазином" или "аптекой Фишера", вряд ли сильно промахнёшься.

12.


12а.


А где же, спросите вы, Иванов или Заходько? Нет их. Карс слегка похож на города Русского Туркестана вроде Самарканда или Термеза, но дело в том, что штукатурка ярких цветов лежит на этих домах тонким слоем. Под ней скрывается чёрный туф:

13.


И без штукатурки Старый Карс воспринимается уже совершенно иначе:

14.


14а.


Изначально, подозреваю, эвфемизмом "русского стиля" в Турции был "петербургский стиль", но то в 1920-30-е годы, когда отношения двух стран под красными флагами складывались хорошо. Послевоенная ссора, когда Сталин предъявил Турции территориальные претензии, и такой эвфемизм сделала слишком уж явным, а потому "петербургская" архитектура сделалась "балтийской". В Турции это общепринятое название карсских домов, недавно ещё дополненное легендой, будто бы проектировали их те самые эстонцы - надо полагать, все 70 человек как одна артель.

15.


Но обмануть таким названием можно разве что самих турок, не горящих желанием посетить Ереван и Гюмри. По факту это не балтийский, не петербургский и даже вовсе не русский, а самый что ни на есть восточно-армянский стиль:

16.


Сложившийся к концу 19 века в армянских городах Российской империи и стремительно распространившийся сюда.

17.


С той разницей, что в Карсе дома исключительно чёрные - старые залежи красного туфа к тому времени были исчерпаны, а новые в Армении открыли только в советские времена.

17а.


Ещё больше армянскость проглядывает в резных галереях и лоджиях:

18.


Местами действительно красивых:

19.


Основанный примерно в 3 веке как крепость Каруц, на протяжении полутора с лишним тысяч лет Карс был в первую очередь армянским городом, а русское, турецкое, персидское, византийское и даже грузинское владычество ложилось на него тонким, как та штукатурка, слоем. 30 лет, в 929-1061 годах, Карс был столицей всего Армянского царства, которому дом Багратуни добыл независимость от арабов. 101 год, 963-1064 годах, в его составе существовало Ванандское, или Карсское царство - Ашот III Милостивый, перебравшись отсюда в Ани, оставил в Карсе брата Мушега, вскоре признав его вассальным царём. Дальше, пока за город воевали василевсы и каганы, эмиры и беи, атабеки и князья, шахи, султаны и наконец императоры, благополучие Карса определяли пароны, как армяне называли своих самых богатых и щедрых купцов, а разрушенное войнами латали армянские каменщики. Из Карса родом был известнейший армянский поэт начала ХХ века, жертва сталинских репрессий Егише Чаренц и художник Ованнес Зардарян. Невзрачные руины Чаренцева дома вроде бы ещё зарастают бурьяном где-то на карсских улицах, а вот Зардаряна местным назвать сложно - он родился в 1918 году и навсегда покинул Карс младенцем. Туркам, курдам и азербайджанцам же явно было комфортнее думать, что они живут теперь в домах ушедших русских, а не уничтоженных армян.

20.


В Кале-Ичи я показывал руины нескольких армянских церквей. Самой крупной в городе, однако, была Чёрная церковь Сурб-Григор, построенная уже в русских кварталах и в одно время с ними. Сейчас она то ли снесена, то ли уделана до неузнаваемости:

20а.


Впрочем, от центра Чёрный храм стоял чуть в стороне, а настоящей доминантой Русского Карса служила Греческая церковь, венчавшая показанные в начале поста панорамы. Вот она же на фоне цитадели:

21а.


На самом деле это был православный Преображенский собор (1887-1902). Единственный в Карсской области он принадлежал не военному ведомству, а гражданские прихожане тут и правда были больше греки и грузины, чем русские, молившиеся в гарнизонных церквях. Может быть, греческой церковью этот храм называли турки, со слов которых прозвище и ушло в подписи к старым фото. Уже в 1930-х годах церковь приспособили под Народный дом, соорудив рядом часовую башню:

21б.


В 1957 же и вовсе снесли, воздвигнув на том же месте здоровенную Центральную мечеть - пусть и предельно банального "стамбульского" вида, но хотя бы из чёрного туфа, а не из железобетона и пластика. Церковь явно напоминала туркам о территориальных претензиях Сталина, а потому и мечеть получилась похожей на танк:

21.


Вид старых, построенных еще русскими каменных зданий, благодаря которым Карс представлялся Ка особенным, не похожим на другие городом, пусть ненадолго, но успокоил его. Одним из элегантных русских зданий в петербургском стиле был и двухэтажный отель «Кар-палас» ["Снежный палац"] с узкими высокими окнами. Чтобы попасть внутрь, нужно было пройти через арку, ведущую во двор. 

22.


О прежних хозяевах отеля «Кар-палас», где остановился Ка, я впоследствии слышал много историй: среди них был и университетский профессор, большой ценитель всего европейского, которого царское правительство вместо Сибири отправило сюда, в более легкую ссылку, и армянин, торговавший крупным рогатым скотом; позже здесь расположился греческий сиротский приют… Кто бы ни был первым хозяином этого здания, возведенного сто десять лет назад, отопление в нем изначально было устроено по тому же принципу, что и в других домах Карса того времени: в стены были встроены печи, четыре стороны которых выходили в четыре разные комнаты и могли обогревать их одновременно. В республиканский период турки так и не научились пользоваться ни одной из этих печей, и первый хозяин-турок, который переделал дом под отель, перед входной дверью во двор разместил огромную печь из латуни, а в комнаты позже провел паровое отопление
.


23.


Управление безопасности Карса находилось в длинном трехэтажном здании, вытянувшемся вдоль проспекта Фаик-бея, где стояло немало старинных каменных домов, которые когда-то принадлежали богатым русским и армянам, а затем в большинстве своем были отданы под государственные учреждения. Пока они ждали заместителя начальника службы безопасности, Сердар-бей показал Ка высокий потолок с лепниной и сообщил, что при русских, в 1877–1918 годах, здесь был особняк на сорок комнат одного богатого армянина, а потом русская больница.

24.


Ка и Сердар-бей проходили в холодные, как лед, крохотные комнаты, где на земляном полу, порой прикрытом автомобильными ковриками, копошились дети (казалось, в каждом новом доме их больше, чем в предыдущем), играющие сломанными пластмассовыми игрушками (машинками и однорукими куклами), бутылками и пустыми коробками из-под лекарств и чая; хозяева усаживали гостей на покривившиеся стулья или старые диваны перед печками, в которых постоянно перемешивали угли, чтобы стало теплее, перед электрическими обогревателями, работавшими на ворованном электричестве, и перед неизменно включенными, хотя и без звука, телевизорами и рассказывали о нескончаемых бедах Карса, о его нищете, о его безработных и о девушках-самоубийцах.

25.


После нескончаемых войн, произвола, массовой резни и восстаний, когда город оказывался в руках то армянской, то русской, то даже на какое-то время английской армий, после того как на короткий период Карс стал независимым государством, в октябре 1920 года в него вошла турецкая армия под командованием Казыма Карабекира, статую которого впоследствии установили на привокзальной площади. Турки, сорок три года спустя вновь взявшие Карс и поселившиеся в нем, не стали менять царский план города и культуру, которую принесли в город цари, также постарались усвоить, поскольку она соответствовала республиканскому энтузиазму европеизации, а пять русских проспектов переименовали в честь пятерых известных в истории Карса полководцев, поскольку не знали никого более великого, чем военные.

26.


Между тем, что в Карсе давно уже не бывало длинных суровых зим, и тем, что город ветшал и становился все более бедным и несчастным, словно бы существовала некая связь. Вспомнив прекрасные зимы прошлых лет, бывший мэр рассказал о полуголых напудренных актрисах, приезжавших из Анкары и игравших в греческих пьесах, и об одном революционном спектакле, поставленном в конце сороковых в Народном доме молодыми людьми, среди которых был и он сам. «В этом произведении рассказывалось о пробуждении одной нашей девушки, носившей черный чаршаф, и о том, как она в конце концов снимает его с головы и сжигает», – сказал он. Поскольку в конце сороковых годов во всем Карсе они никак не могли, как ни старались, найти необходимый для пьесы черный чаршаф, пришлось позвонить в Эрзурум и привезти его оттуда. «А сейчас девушки в чаршафах и платках заполонили улицы Карса, – добавил Музаффер-бей. – Они кончают жизнь самоубийством, потому что из-за этого символа политического ислама на голове не могут попасть на занятия».

27.


Выше, как вы уже поняли, снова цитаты Орхана Памука, от которого о русском городе на краю Турции узнал и остальной мир. В "Снеге", опубликованном в 2002 году, описан Карс рубежа 1980-90-х, и я так и не смог с уверенностью распознать в нынешнем городе ни "Снежный дворец", ни управление безопасности. Возможно, Памук даже выдумал их как некие собирательные образы, а вот тоскливая атмосфера прозябания на краю хоть и уходит в прошлое, теснимая туристическим бумом, но в закоулках и двориках пока что вполне узнаётся.

28.


Таким запоминается Русский Карс в целом, но, прорываясь сквозь крайний дефицит информации, попробую рассказать и про его отдельные дома. Самый известный из них стоит за пределами трёх главных улиц, под горой у берега Карсачая, заросшего, впрочем, лачугами с другой стороны. На турецких ресурсах роскошное здание (1894-96) называют "домом Челтикова", якобы переехавшего в Карс с семьей из Москвы, но вот беда - единственный известный рунету Челтиков был азербайджанцем, попавшим пару лет назад в криминальные сводки за бытовое убийство. Здесь под кривой транскрипцией могут "скрываться" Жёлтиков, Салтыков или Челтикян. Позже, как пишут в турконете, дом был продан правительству, устроившему здесь Оперный театр. Как вы понимаете, Опера до революции - удел самых крутых городов, каковыми в Закавказье были разве что Тифлис да Баку, так что логически могу предположить, что в доходнике Челтикова размещался Народный дом или клуб офицеров:

29.


Тем более и по возвращении Карса в родную турецкую гавань здесь ещё несколько десятилетий располагалась консерватория. Ну а на волне туристического бума в ней открылся весьма пафосный отель "Челтиков":

29а.


Несколько солидных зданий стоят на проспекте Ататюрка у его перекрёстка с улицей Карадаг:

30.


В том числе - городская администрация с ажурным балконом:

31.


Первые полтора этажа были построены в 1883 году, судя по вывескам - как обыкновенный магазин. Верхний этаж надстроили в 1903-м, возможно - уже тогда для городской думы. Обратите внимание на огромный вазон у входа - такие попадаются по всему центру Карса тут и там, и кажется, тоже остались от русской эпохи.

31а.


С другой стороны квартала - не менее красивое здание с ажурным балконом, во всех описаниях называемое "русским консульством". Таковое действовало в Карсе в 1862-77 и 1922-38 годах, но эта постройка явно из разделяющего их периода. Может быть - турецкое консульство, инвертировавшееся после смены страны:

32.


Как бы то ни было, его балкон великолепен:

32а.


На улице Гази-Ахмет Мухтара примечательна школа имени Исмет-паши (1882-88), "посвящение" получившая уже при Турецкой республике, когда здесь открылся интернат для сирот Первой Мировой войны. Видимо, не без участия Исмета Инёню, впоследствии - президента, не допустившего появление новых таких интернатов в 1940-е годы.

33.


Первоначально это было реальное училище или мужская гимназия. По учебными заведениям, как и по большинству других невоенных отраслей, Карс был последним крупным городом Кавказского наместничества.

33а.


Ну а главной в нём была та самая улица, которую я застал как Орду, но глянув на карту, с удивлением обнаружил, что после Второй Карабахской войны она стала улицей Гейдара Алиева. Что ж, пожалуй это даже уместно - из народов бывшего СССР больше всего в Карсской области теперь представлены азербайджанцы, частью потомки местных шиитских племён (карапапахи), частью - беженцы из Первой Армении и Советского Закавказья. И вот теперь до конца поста мы будем идти по улице Алиева, зарождающейся в излучине Карсачая напротив чёрной Карсской цитадели и фортов за каньоном. Обратите внимание на полосатый минарет - если я правильно понял, это мечеть Юсуфпаша, заметная и на дореволюционных панорамах. Не знаю точно, под Россией она была построена или пережила штурм 1877 года (скорее второе), но с разрушением огромных мечетей Кале-Ичи осталась в Карсе за главную.

34.


Улица Алиева начинается крутым подъёмом, на который смотрит один из красивейших в городе русских домов. Сейчас тут поликлиника, а на турецких сайтах пишут, что изначально это было медицинское ведомство Карсской области (1907).

35.


У следующего перекрёстка улица выводит на плоскую вершину холма, где расположился Сад Ататюрка - главная площадь старого города с одноэтажным домом губернатора (1883).

36.


В 1921 году в нём был подписан Карсский договор, следом за Александропольским и Московским договорами поставивший точку на новой границе. Об этом напоминает бронзовый Ататюрк (1931) на постаменте от какого-нибудь Александра II:

37.


О домах на другой стороне площади я не нашёл ничего вразумительного, но сами они весьма симпатичны:

37а.


И скорее всего тоже принадлежали каким-нибудь ведомствам вроде казначейства или МПС:

38.


38а.


Там же, где Сад Ататюрка заканчивается и бывшая Губернская вновь идёт под уклон, высится самое монументальное русское здание Турции - правление Карсской области:

39.


Как я понимаю, по тому же назначению здание использовалось в иле Карс:

39а.


До 1983 года, когда здесь разместилась налоговая:

40.


К административному корпусу с роскошным ажурным крыльцом прилагается гостиничный корпус - судя по его масштабу, управление этой окраиной империи держалось на командировочных. Напротив - бывшая женская гимназия, ну а всё вместе - самый "русский" уголок Карса:

41.


На спуске улица Алиева пересекает знакомый нам по первой части проспект Фаикбея - в современном Карсе главная улица перпендикулярна трём историческим проспектам, отсекая "самый центр" с южной стороны. Но застроена она типичной для Турции стеной разноцветных безликих многоэтажек. По ней отклонимся от бывшей Губернской на нынешнюю улицу Гази-Ахмед Мухтар-паши, где с 2001 года располагается музей этого военачальника:

42.


Старое здание с сейсмоустойчивой кладкой из чередующих камней и деревянных балок стоит наискось к сети губернских улиц, подобно допетровским палатам в старых русских городах. Построенный в начале 19 века, судя по удалённости от цитадели, этот дом был загородным особняком, а судя по полному отсутствию сведений о первоначальных хозяевах - построил его какой-нибудь купец-армянин:

42а.


С 2001 года здесь музей, как и всюду в Карсе - с бесплатным входом:

43а.


Тут стоит вспомнить Артвинский, Эрзурумский, Ванский, Баязетский дома - в Турции музейные образцы рядовой застройки превратились в целый жанр. Показательно, что в Карсе таковым стал не куда как более уникальный для страны русский дом, а идеологически-правильный памятник османской эпохи:

43.


И два зала на втором этаже повествуют о том, как турки потеряли и вернули этот город. Ахмед Мухтар-паша был известным османским военачальником, и в 1877, на старости лет, командовал Кавказским фронтом. Этот дом служил тогда его штабом, и несмотря на итог войны, именно после неё, за оборону Эрзурумских фортов, Ахмед Мухтар стал Гази-, то есть Победоносцем. Но так сложилось, что именно эта война с Россией, для Турции не первая и не последняя, осталась в сознании турок самой трагической. Может, дело было в том, что Азов и Очаков, Измаил и Кафа, Бендеры и Анапа, Варна и Батум были непокорными колониями, а Западная Армения - частью метрополии, где тысячу лет назад начиналась тюркское господство над Малой Азией. А может - в том, что вот уже полвека султана опекали англичане, знавшие толк в информационных войнах, построениях идентичностей и всяком прочему "незабудемнепростим!". Не к Крыму или Балканам, а именно к Карсу в умиравшей Османской империи было отноешение как в Азербайджане к Нагорному Карабаху, и в Первую Мировую Турция вступал с "Клятвой-1877". Ну а дальше Аллах услышал мусульман и ниспослал безумие врагам, когда те стояли не в Карсе уже, а за Ваном...

44.


Более того, Карс был тут ещё и в авангарде - уже в марте 1917 года власть в городе взял Совет солдатских депутатов, начавший аресты и безнаказанные расправы над офицерам. К осени самообезглавившаяся армия разбежалась, дизертируя целыми эшелонами, и после Октября Карс перешёл под контроль "белого" Закавказского сейма. Но оборонять огромную Карсскую крепость было некому - армянские ополченцы и сохранившие верность Отечеству русские солдаты понимали, что с регулярной армией хоть и трижды издыхавшей Османской империи им не совладать. Самой боеспособной единицей оставался авиаотряд Карсской крепости, с её падением успевший перелететь сначала в Батум, а потом и вовсе на Кубань к Деникину. В феврале 1918 года османская армия торжественно вступила в Карс, устроив кровавую резню не только армян, но и русских. Корректнее говоря - православных: молокане в своих многочисленных селениях подверглись разве что грабежам. К ноябрю 1918 года, проиграв Первую Мировую, отсюда ушла уже и Османская империя... но не турки - местные гарнизоны просто демобилизовались из султановой армии, и под знакомое "нас там нет" провозгласили нечто с забористым названием Юго-Западная Кавказская Демократическая республика. Декларативно она простиралась от Аджарии до Нахичевани, хотя твёрдо контролировала лишь Карсскую область - над  одними территориями сохранили контроль Грузия и Армения, на других возникли точно такие же условные Араксская и Нахичеваньская республики:

45.


И хотя жили здесь разные народы, парламент (Шура) состоял исключительно из мусульман-младотурок во главе с Нури-пашой, братом небезызвестного Энвера-паши, а в регионах власть осуществляли мусульманские советы. Занявшие Закавказье британские войска мирились с новым соседом, пока в апреле 1919 года ЮЗКДР не попыталась отобрать у Грузии Ахалцихе. После этого англичане заняли Карсскую республику силой, и передали большую часть её территорий Армении. Но армяне, героически победившие турок годом ранее (см. Сардарапат), теперь грезили Севрским договором, фактически возрождавшим Великую Армению от моря до моря, и более охотно выясняли, кто же будет править ей. В мае 1920 года в Карсе случилось коммунистическое восстание, при подавлении которого уже армяне добили славянскую общину, ну а летом 1920 растерявшая союзников и развалившая тылы Армянская республика ввязалась в войну с Турцией. И неприступный Карс, который мог бы сковать противника на месяцы, сдался без боя, а вскоре с другой стороны и Красная Армия подошла... Для армян Карс, Ани и Арарат тоже стали самой болезненной из территориальных потерь... но азербайджанцы в Карабахе ждали реванша без малого 30 лет, турки в Карсе - 43 года, а армяне - уже больше ста лет...

46а.


Не знаю точно, где сто лет назад был сделан кадр выше с памятником русским солдатам - может быть, в каком-нибудь гарнизоне на окраине. Мы же возвращаемся на бывшую Губернскую и пересекаем проспект Фаик-бея. За ним - скверик с вазонами и львами, где достигает пика концентрация этих загадочных "малых форм":

46.


Улица выводит на бескрайнюю площадь у здания администрации ила Карс, которое изначально (по разным источникам) было то ли банком, то ли больницей:

47.


На площади по характерной гарцующей позе безошибочно опознаётся генерал Кязым Карабекир, в 1920 году отвоевавший эти земли у Армении. По двуглавым орлам, с переходом России на серп-и-молот вновь ставшим для турок символом сельджуков, я предположил, что памятник поставили этак в 1950-е годы. Но нет - на одной из табличек под ликующими кавказцами - дата "2003":

48.


Чуть поодаль от него прежде стоял памятник русским воинам (1910), разрушенный турецкие армией в 1918 году в первые дни возвращения в город. Теперь его грубоватая копия венчает Холм Чести в Гюмри:

49а.


На месте русского монумента теперь тюркская "аллея славы", где не забыли даже про хана Батыя:

49.


А за ней - мечеть Фетхие-джами, переделанная аж в 1985 году из церкви Александра Невского 154-го Дербентского пехотного полка (1908). Всего таких церквей, построенных в начале ХХ века по одному проекту, в Карсской области уцелело три - ещё в Олту, где она заброшена, и в Сарыкамыше, где тоже переделана в мечеть. Там, однако, мы не смогли протиснуться внутрь из-за намаза, а вот в Карсе бывшая церковь встретила просторным пустым залом, за вычетом люстр похожим скорее на манеж, чем на храм. О России в интерьере не напоминает ничего... кроме планировки: церковь вытянута с запада на восток, михраб же ориентирован на Мекку, то есть - строго на юг.

50.


За церковью тянутся казармы, в основном по сей день занятые военными. И именно это, а вовсе не армянские купеческие домики - настоящий Русский Карс.

51.


Что же до моих любимых рассуждений про альтернативную историю, то здесь... здесь они, пожалуй что, слишком сложны. Не вернись турки в Карс, он безусловно стал бы частью Армянской ССР, вот только сама Армения выглядела бы совершенно иначе. Центром её стал бы, скорее всего, не Ереван, а Александрополь, при Советах точно так же переименованный в Ленинакан, а с распадом Союза - в какой-нибудь Нор-Ани. Нахичевань, скорее всего, осталась бы азербайджанской автономией - но опять же в составе АрмССР, а значит мы сейчас могли бы полюбоваться хачкарами Джульфы, а вот тюркские мавзолеи могли и не достоять до Перестройки. Сложнее рассуждать о судьбе Нагорного Карабаха, но учитывая, что судьбу его решили те же советско-турецкие договоры - вполне мог остаться армянским и он. Для постсоветской России это бы вряд ли было к лучшему: крепко стоящая на ногах, не испытывающая угрозы Армения была бы, скорее всего, страной абсолютно прозападной, с музеем оккупации и президентом из Глендейла, да вдобавок ключевым звеном транзита из Ирана в Европу. Словом, иным было бы всё Закавказье, ну а Карс... думается, был бы он почти таким же: только пятиэтажки стояли бы вместо плотной турецкой застройки, ДК из розового туфа - вместо Центральной мечети на месте снесённого православного собора, в соборе Сурб-Аракцелоц шли бы армянские службы, а в Александро-Невской церкви русская старушка скучала бы в свечной лавке без прихожан. Зато достопримечательностью Армении №1 был бы Ани, а разрушенную землетрясением Текорскую базилику советские реставраторы бережно сложили бы из руин...

52.


В следующей части - про вокзал и пожалуй главную достопримечательность Карса: его крепость.

ЗАКАВКАЗЬЕ-2019. Азербайджан, Армения, Нагорный Карабах, Турция.
Tags: Турция, деревянное, дорожное
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Однако

    Поездка на Кавказ только завтра начнётся, а уже весело. Смотрю, осетино-ингушские страсти кипят похлеще армяно-азербайджанских. Так что если что…

  • И за Сибирь, и за Кавказ...

    По просьбам трудящихся, отвечу на регулярно задаваемые вопросы "Куда дальше поедешь?" и "О чём дальше будешь писать?". (фото из…

  • Дорога домой из Закавказья

    По наезженной дороге навстречу им шел пешеход. Время от времени он ложился и катился лежачим, а потом опять шел ногами. -Что ты, прокаженный,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 57 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Recent Posts from This Journal

  • Однако

    Поездка на Кавказ только завтра начнётся, а уже весело. Смотрю, осетино-ингушские страсти кипят похлеще армяно-азербайджанских. Так что если что…

  • И за Сибирь, и за Кавказ...

    По просьбам трудящихся, отвечу на регулярно задаваемые вопросы "Куда дальше поедешь?" и "О чём дальше будешь писать?". (фото из…

  • Дорога домой из Закавказья

    По наезженной дороге навстречу им шел пешеход. Время от времени он ложился и катился лежачим, а потом опять шел ногами. -Что ты, прокаженный,…