varandej (varandej) wrote,
varandej
varandej

Categories:

Чеберлой и озеро Кезеной-Ам



Над показанной в прошлой части Ичкерией нависает Чеберлой - суровый горный край у границы Дагестана, скрывающий одну из главных достопримечательностей Чечни - крупнейшее на Кавказе озеро Кезеной-Ам. Сюда, как и в соседний аул-музей Хой, я ездил с "Неизвестной Россией" по её классическому чеченскому маршруту.

Тёплая лесистая Ичкерия, куда более изобильная, чем горы, но куда более защищённая, чем плоскость, и потому во все времена бывшая главным чеченским оплотом, расположилась в Веденском, Ножай-Юртском и Курчалойском районах. Центр её, однако - именно Ведено на речке Хулхулау, а от него рукой подать до самого верхнего в долине села Харачой, где мы закончили прошлую часть у памятника "чеченскому Робин Гуду" абреку Зелимхану. Густой лес здесь неожиданно раступается, или вернее остаётся внизу, а горы, прежде невысокие и пологие, надвигаются на путника, как грозовой фронт. И даже не сразу мы заметили, что одна из этих гор опоясана целой спиралью серпантина:

2.


Верховья Хулхулау кажутся взлётной полосой, а граница Чеберлоя и Ичкерии видна невооружённым глазам - два тукхума (племени) жили как бы с разных сторон гигантской ступеньки:

3.


Впереди вырастает башня, венчающая будто бы остров посреди реки, а на самом деле стрелку Хулхулау с безымянным ручьём:

4.


Башня, увы, новодельная: богатая на ярких личностей и влиятельные тейпы, достопримечательностями Ичкерия исключительно бедна. Русская крепость в Ведено, несколько новодельных зияртов (см. прошлую часть) да старейшая чеченская мечеть в Белгатое - вот, собственно, и всё. Но одно с другим связано неразрывно: по Ичкерии как центру чеченского сопротивления все войны прокатывались особенно жестоко, и кажется все до единой её башни пали ещё в Кавказскую войну.

5.


У башни дорога вдруг делает крутой поворот, и сидя на пассажирском сидении, опомниться не успеваешь, как оказываешься на высоте птичьего полёта. Головокружительностью своего серпантина перевал Харами заставляет вспомнить Тянь-Шань или Памир, однако история этой дороги впечатляет не меньше, чем виды. По горским преданиям, в 1840 году первый тракт здесь проложили мусульмане всего за одну ночь, связав владения Шамиля, когда тот отступил из Дагестана в Ичкерию. В 1871 году на смену вьючной Шамилевой дороге (Шемаланнекъ) пришла первая в этих горах колёсная Императорская дорога (Паччахьаннекъ), проложенная к визиту Александра II на замирённый Кавказ. Ну а в 2015 году дорога прошла капитальную реконструкцию, впервые как минимум с советской эпохи получив отбойники и асфальт:

6.


Отмахав несколько гигантских петель, мы остановились на краю обрыва - тогда я ещё не понял, что наш водитель Мага возит с собой коврик для намазов и мастерски подгадывает время молитв к самым красивым местам. Причём в данном случае это классическое "места надо знать": лишь чуть большая накатанность в "кармашке" у отбойника выдавала, что перелезть через него и выйти к краю обрыва стоит именно здесь. За первыми цветочками поздней горной весны раскинулась величественная панорама долины:

7.


Прямо под нами - Харачой: правее мечети отлично виден памятник абреку Зелимхану под тонким водопадом Девичья коса (впрочем, коса ли?) с характерной ложбиной. Вблизи я всё это показывал опять же в конце прошлой части:

8.


Левее - та самая башня на стрелке:

9.


Правее - склоны гор, исчёрканный грунтовыми дорогами как книга из подарочного издания, попавшая в руки ребёнку с фломастером. В левой половине кадра обратите внимание на далёкую башню - кажется, ей мы любовались с другой стороны из зияртов Кунта-хаджи Кишиева в прошлой части. Ну а за лесистым склоном на переднем плане скрыто Ведено - при кажущейся простоте расположения, оплот двух бородатых Шамилей запрятан в горы действительно надёжно:

10.


Выше - ещё одна очевидно новодельная башня, или даже пара из жилой и боевой башен. За ними же, обратите внимание, уже не горы, а плоскость с огромными сёлами и похожими на них городами вроде Шали, Новых и Старых Атаг или Дуба-Юрта. На эту плоскость и взирали горцы век за веком, пока ходили по ней степные орды, и её высокие травы на чёрной земле не могли не манить:

11.


Проехав ещё несколько километров, мы снова встали - с этой площадки не так хорош вид на долину, но куда больше впечатляет пейзаж ущелья под горой Чармоилам (2361м).

12.


Чернобородый Мага, наш погонщик туристов, вывел народ на мыс с отвесными обрывами. Группа разбрелась фотографироваться, так что по прошествии получаса мне начало казаться, что на озеро Кезеной-Ам мы уже не доедем, потому что и здесь хорошо.

13.


"Тут красиво. Я бы запретил воевать в красивых местах" - писал (цитирую по памяти) небезызвестный Аркадий Бабченко ещё в те стародавние времена, когда не был замечен в желаниях въехать в Москву на "Абрамсе". Однако даже в этих красотах в Чечне можно вспомнить кровавое прошлое. Ведь именно на Императорской дороге началась Вторая Чеченская война, когда названные братья-ваххабиты Абдаллах Шамиль абу-Идрис и Амир ибн аль-Хаттаб повели боевиков от дома Басаевых в Дышне-Ведено на Дагестан. Опустошённая Первой кампанией "независимая" Чечня была вовсе не единой, и если светский националист Аслан Масхадов надеялся постепенно наладить отношения с Россией и миром и отстроить страну в твёрдых границах, то отбитый ваххабит Шамиль Басаев увлёкся идеями Всемирного халифата, да и просто, кажется, сон и аппетит потерял от жажды крови. Повод эту жажду утолить ему подкинул аварец Багаутдин Кебедов, более известный в бородатых кругах как Багаутдин Мухаммад ад-Дагестани. Ещё в 1998 году он создал Исламскую шуру Дагестана, альтернативное теократическое правительство, и помня, как Ичкерия в 1840 году вдохнула новую жизнь в почти проигранное дело Шамиля, отправился за помощью в Грозный. И как при Шамиле I Чечня и Дагестан слились в Северо-Кавказский имамат, под началом Шамиля II образовался Конгресс народов Ичкерии и Дагестана. Лидеры его, конечно, вполне искренне верили, что Россия - "колосс на глиняных ногах", а дагестанцы спят и видят, как бы над ними установилась власть правоверных. Мнение же президента Масхадова они и спрашивать не стали - из Республики Ичкерия наружу, словно личинка Чужого, рвался Эмират Кавказ. И вот в первых числах августа 1999 года в горных Ботлихском и Цумандинском районах Дагестана началось восстание исламистов, а 7 августа им на помощь вот по этой вот дороге поднялась из долин Ичкерии ведомая братьями-ваххабитами Исламская международная миротворческая бригада. Война за Дагестан, состоявшая из двух исламистских операций - "Имам Гази-Магомед" в Ботлихском и "Имам Гамзат-бек" в Новолакском районах, - продлилась около двух месяцев, и Россия потеряла в ней 279 солдат и офицеров, а исламисты - порядка 2500 боевиков. Параллельно с этой войной, на её пике, по России прокатилась серия взрывов жилых домов, унёсшая ещё 307 жизней, и всё это совпало с выходом на политическую сцену Владимира Путина, 14 августа (через неделю после вторжения) назначенного премьер-министром.

14.


Но "война осталась в прошлом, сгинула в туман", и там, где когда-то ехали джипы вооружённых до зубов бармалеев, теперь ездят туристические автобусы. На высшей точке (2177м) Керкетского перевала (другое название Харами), недалеко от развилки дорог в Дагестан и на Кезеной-Ам, встречает новодельная мечеть донельзя вайнахской архитектуры. Ведь поначалу молельные залы новообращённых селений пристраивались к боевым башням, которые использовались как минареты. Несколько таких мечетей сохранилось в Аргунском ущелье, а вот возрождение этой традиции в 21 веке - особенность именно Чеберлоя:

15.


Здесь же - родник в портале с парой башен. Изначально же перевал украшал обелиск-пирамида, поставленный в 1871 году после визита государя, и не знаю точно когда снесённый.

16.


Кавказ после Памира и Тянь-Шаня вроде бы не так уж и высок - однако не менее величественен:

17.


Спуск с перевала Харами в разы короче, чем подъём, а впереди уже видна гладь озера Кезеной-Ам. Здесь, между прочим, мы ненадолго покинули Чечню - от перевала до дальнего (который слева) плёса дорога пересекает Дагестан.

18.


То ли в силу расположения на стыке разных народов, то ли из-за свойства здешней воды удивительно быстро менять цвет, у озера на высоте 1854 метра есть много имён: чеченские Кезеной-Ам и Эйзен-Ам, аварское Ретло, русские Большое Форелевое и попросту Голубое, ну а иносказательно - и вовсе Три Лепестка за характерную форму на карте:

19.


По известной легенде, Кезеноем или Эйзеном назывался стоявший здесь аул, где жили богатые, жадные, чёрствые люди, золото любившие больше, чем бога. И когда пришёл к ним странник, искавший кров, кезенойцы не захотели приводить в свой дом оборванца и даже спускали на него собак. В итоге странник переночевал у нищей вдовы на околице, а как только ушёл - невесть откуда поднялась вода и поглотила всё село, кроме её дома.

20.


На самом деле в этой легенде даже что-то есть: Кезеной-Ам - типичное естественное водохранилище: давным-давно мощный обвал запрудил речки Харсум (слева) и Кауха (справа). Они текут сюда с Андийского хребта, со стороны Дагестана, и именно вид на их стрелку без дорог и следов человека особенно чарующе красив:

21.


Кезеной-Ам - крупнейшее озеро Северного Кавказа, и всё же - крошечное: 3 километра в длину и несколько сотен метров в ширину. Зато глубина солидная - до 72 метров. Никаких речек из Кезеноя не вытекает, но озеро пресное, а стало быть вода из него просачивается вниз по трещинам. Думаю, сами эти трещины невооружённым глазом не разглядеть, но местные рассказывали, будто меченая учёными рыба позже обнаруживалась в Каспийском море. Последнее весьма сомнительно: рыба здесь представлена эндемичным видом форели. Более того, с треснувшим дном местные связывают и хорошо заметную белую "ватерлинию" - в последние годы Кезеной-Ам сильно мелеет, хотя учёные и утверждают, что это нормально и в прошлом его уровень колебался на 8-10 метров.

22.


Между тем, после пронизывающего холода на перевале здесь начало ощутимо припекать выглянувшее из-за туч ослепительное горное солнце. В группе коллективно возник вопрос, можно ли в озере купаться, и Мага сперва пустился в рассуждения, что здесь Чечня, где даже для купани вдали от посторонних глаз оголяться не принято. Но затем всё же нехотя признался, что купался он здесь давным-давно, и радости ему это не доставило - как и положено горному озеру, в Кезеное студёная вода. К концу лета на отмелях она может прогреваться до 15 градусов, но большую часть года нет и 10.

23.


Поэтому отдыхать на Кезеной-Ам принято, не касаясь воды. Впереди, со стороны Чечни, видна та самая природная плотина, а за ней ледяные вершины Бокового хребта, может быть даже высшая точка Чечни гора Тебулосмта (4493м).

24.


Там же, впереди - туркомплекс "Кезеной-Ам", возрождённый из обгоревших руин в 2012 году. В основе же это и вовсе советская спортивная база (1975), где, пользуясь отсутствием волны, тренировались олимпийские сборные по разным видам гребли.

25.


Туда и поехали мы мимо очередного родника с "вайнахским" порталом:

26.


На воротах "один и второй" представлены в обличии джигитов:

27.


Зрелищнее ворота смотрятся изнутри, в сочетании с графичной сосной на листе голого склона:

28.


Причудливые сосны украшают и территорию туркомплекса:

29.


Где затесался ещё и небольшой этнографический музей. Причём здешние сакли - очевидно "плоскостные" (то есть степные, а не горные), и думается, строился этот дворик как дополнение к Хою.

30.


Но почему-то так и не был достроен - внутри даже мебели и ковров нет, лишь голые стены и разбитые печи. Тем не менее, знакомые автостопщики рассказывали, как бесплатно ночевали прямо в этих домиках.

31.


Теперь же в одном из них готовятся обустроить музей Ноева Ковчега. Тут надо сказать, что Ной - он в исконном варианте Ноах или Нух, а стало быть нохчи - это его ни кто иные, как ноевцы. Прямым текстом называли себя при мне его потомками ингуши, чеченцы же просто обнаружили у труднодоступной горы Садой-Лам в 15 километрах отсюда занесённый землёй Ковчег. Первым нашёл его старик Марат Макажоев, которому на гору странной формы указал якобы солнечный луч, а подойдя ближе, он увидел, что отвесные скалы по краям этой горы похожи на грандиозные доски. С тех пор на Ковчеге работает экспедиция волонтёров, коими по умолчанию становится каждый попавшийся на глаза Макажоеву - тот же Мага рассказывал, что заехав как-то на Садой-Лам, тут же получил от старика лопату и орудовал ей три часа. Археологи на всё это смотрят, конечно, скептически, а гвозди, скреплявшие доски Ноева корабля, презрительно называют раковинами белемнитов. А вот министерство туризма, наверное, очень довольно и только ждёт момента попросить Рамзана проложить дорогу на Садой-Лам.

31а.


По соседству с хатками высится отель "Кезеной", по блестящим стёклам которого и не скажешь, что десяток лет назад он представлял собой лишь обгоревший остов.

32.


В ресторане туркомплекса нам накрыли стол с чеченской шурпой, кукурузными булочками и хингалашем - плоскими сладкими лепёшками с ярко-оранжевой тыквой.

33.


Затем открылась дверь и в зал вошёл чеченец с автоматом да поставил его под роскошный войлочный истанг. Здесь не просто ресторан, а ресторан-музей:

34.


Где представлены оружие, керамика, медная посуда и очаровательные светильники с кадра выше, в которых жгли грозненскую "белую нефть". С находками в витринах, видимо вывезенными из развалин окрестных юртов, соседствуют и вполне актуальные вещи - например, роскошный чеканный самовар на барной стойке:

35.


За отелем - десятки дощатых кабинок, где можно посидеть за шашлыками. Причём, как я понимаю, расчитаны они не столько на постояльцев, сколько на гостей одного дня - сложно поверить, но до Грозного отсюда 120 километров и два с половиной часа езды.

36.


А срубная мечеть в виде юрты лично для меня не менее интересна, чем гигантские мечети в Грозном, Аргуне и Шали.

36а.


У берега - целый стог из лодок, ещё не вышедших по весне в озёрные воды:

37.


И лодочные виды спорта тут по-прежнему актуальны:

37а.


Вот только сами берега в отступившей воде неприглядны. Да и вода не так уж и прозрачна:

38.


Лучший вид на Кезеной-Ам открывается не от туркомплекса, а от тех столиков и шезлонгов у дороги:

39.


"На Кезеное были?" - у чеченцев вопрос из базового набора для гостя, и если не были - следует долгий монолог о том, как там красиво, а если были - то такого монолога ждут от вас. Сейчас это, пожалуй, главная достопримечательность республики за пределами Грозного. Что и немудрено - в отличие от башен и замков, эту красоту не повредить ни бочкой с порохом, ни ракетой "воздух - земля".

40.


Ну а мы продолжаем путь: от Кезеной-Ам всего несколько километров до Хоя, и вот бусик "Неизвестной России" взбирается на древний обвал. С другой стороны начинаются грандиозные виды на долину Ансалты, и ковчег Марата Макажоева лежит где-то на дальнем плато. За ним видны высокие горы, с которых стекают притоки Аргуна, ну а ещё дальше, уже вне поля зрения, притаилась Нашха - маленькая труднодоступная долина, где, по преданиям, зарыт котёл с названиями 20 исходных чеченских тейпов, от которых произошли остальные 130. Тейпы (кланы), в свою очередь, группируются в тукхумы (племена), всегда бывшие скорее историко-этнографической, чем социально-политической общностью. Чеберлой, на землях которого мы находимся - это своего рода Верхняя Ичкерия: сперва выходцы из Нашхи заселили эти горы, а затем начали спускаться с перевала Харами в густые леса Хулхулау. В эпоху горских набегов Чеберлой был щитом Ичкерии, её тревожным пограничьем, принимавшим на себя первые удары аварцев или тюрок. После сплочения Кавказа против России, напротив, Чеберлой превратился в глухой тыл. Но как бы то ни было, горы здешние очень скудны, а потому во все времена лучшие люди Чеберлоя предпочитали спуститься в ичкерийские леса или на плоскость - как например отец проповедника Кунта-хаджи Кишиева, самого чтимого святого Чечни, чьи зиярты я показывал в прошлой части. Оставались в этих горах, кажется, лишь те, кто совсем уж не хотел никаких перемен - даже чеберлойский диалект чеченского считается самым архаичным по своей фонетике.

41.


Между тем, буквы "Хо" на кадре выше - это не недописанное слово: "й" к чеченским названиям привыкли добавлять уже русские, и тот же Чеберлой на самом деле скорее Чеберла. В нынешнем Хо живёт около 30 человек и стоит ещё одна мечеть в старо-вайнахском стиле:

42.


Древний Хой, а это ещё кадров 20-30, я подробно показывал здесь.

43.


Сейчас же взглянем дальше по ущелью. Вот например руины башен, известные как замок то ли Алдама Гези, то ли Адина Сурхо - героев Чеберлоя. Первый, по преданию, привёл сюда людей из Нашхи, второй - возглавил в 17 веке войну против кабардинского князя Мусоста. Известно, что князья Малой Кабарды (см. Моздок) в 17-18 веках и правда активно наступали на Восточный Кавказ, считали вайнахов своими подданными и в 1774 году даже формально привели их (вместе с собой) под Россию. Чеберлой как самый неприступный и далёкий от Кабарды чеченский уголок, скорее всего, стал очагом сопротивления и базой вайнахской "реконкисты". Ну а обоих героев сразу в один замок селят лишь потому, что он лучше всего сохранился.

44.


Ещё дальше виден Макажой, так же известный как Хархарой - исторический центр Чеберлоя, ныне крошечное и невзрачное село, скорее россыпь хуторов с парой сотен жителей. Тем удивительнее, что в 1925-44 годах это был райцентр, а в большинстве сёл, руины которых торчат теперь из бурьяна, жило по 1,5-2 тысячи человек. Всех их выгнали в депортацию, по возвращении из которой в 1958 году то ли (я слышал разные мнения) действовал негласный запрет селиться в горах, то ли просто горцы оценили преимущества жизни на равнине. Чеберлоевский район возрождали дважды - Дудаев в 1992 году и Кадыров в 2012-м. Но оба раза район остался только на бумаге - постоянное население, суммарно человек 300, тут есть только в Макажое и Хое, администрация так и не создана, а всеми вопросами по-прежнему ведает Веденский район.

45.


Погуляв по Хою, мы поехали назад без остановок, на закате осмотрев роскошную мечеть в Шали, а в сумерках - в Аргуне. В Грозном Мага привёл бусик не в кафе, а в свой дом, где накрыл нам ужин с жижиг-галнашем и чак-чаком. На следующий день наш путь лежал в Аргунское ущелье, проходящее вон за теми горами:

46.


Но об этом - в следующей части.

ЗЕМЛЯ ВАЙНАХОВ-2021
Обзор поездки и оглавлление серии.
Вайнахский мир. История и культура.
Чечня
Реалии современности.
Грозный. Общий колорит.
Грозный. История и что от неё осталось.
Грозный. Проспект Кадырова и проспект Путина.
Грозный. ПромыслА.
Окрестности Грозного. Шали, Аргун, Чечен-Аул.
Чеченские скансены. Хой и Герменчук.
Ведено и Ичкерия.
Кезеной-Ам.
Аргунское ущелье.
Шарой и Химой.
Урус-Мартан и Серноводск.
Шелковской район. Парабоч и Старогладовская.
Ингушетия
Магас и ингушская идентичность.
Назрань и окрестности.
Сунжа, Малгобек, Галашки.
Горная Ингушетия. Таргимская котловина.
Горная Ингушетия. Эгикал и Эрзи.
Горная Ингушетия. Армхи и поход на Столовую гору.
Северная Осетия - Алания (не вайнахи!)
Моздок.
Беслан.
Tags: Кавказ, деревянное, дорожное, природа, этнография
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments