?

Log in

No account? Create an account

В поисках Беловодья

Another break in the Wall

Про "Любовь в 7-м вагоне"
varandej
Сейчас читаю последнюю книгу Ольги Славниковой.
Хочется сказать очень много, но как-то с одной стороны, неловко - ведь я все еще не более чем финалист "Дебюта". Это у нее было право говорить про мою "Сорокскую крепость" все, что она сочтет нужным, а есть ли обратное право у меня? Мне сложно назвать Ольгу Александровну своим наставником, так как я вообще не считаю, что наставник в творческом пути у меня был. Я даже не знаю, какое слово здесь было бы уместнее. Но из нынешней литературной элиты она - тот писатель, с которым я ощущаю наибольшую духовную связь.

И в то же время, вынужден признаться (хотя и страшно), что предыдущие ее книги в целом проходили мимо меня.
Мне она как писатель всегда нравилась больше, чем любой из традиционных ее "конкурентов", авторов того же статуса и формата.
Но сам формат... Мне казалось, что в современном отечественном мейнстриме просто нет и не может быть такого, что бы проняло меня так же, как классика или лучшие произведения западной современности. Последние произведения отечественной прозы, которые меня действительно проняли, относились к концу 1990-х.

Но, все же, ощущение "как-то иначе" от романов Славниковой оставалось. В них было то, чего не было у очень многих: складывается ощущение, что 99% авторов пишут "чтоб было", то есть по принципу "писатель должен что-то писать". Многие произведения, даже лауретов "Букера" и "Большой Книги", производят на меня впечатления формальности, своеобразного "налога на статус".
В произведениях Славниковой я уже тогда чувствовал что-то большее. Ей было больно, она искала ответы. Уверен, она знала этот метафизический окрик "Встань и дерись!". И все же это проходило мимо меня.

А эти рассказы я вдруг воспринял как-то совсем иначе. Каждый - в точку. В каждом я увидел что-то такое, что вижу и своими глазами. В каждом пережил что-то такое, что мне случалось пережить и самому. Я увидел в них именно то, что называл "формулой классики": вечность в оболочке эпохи. Написанные о вечном, но так, как можно было написать только здесь и только сейчас.

Почему эти рассказы подействовали на меня настолько иначе?
Думаю, именно потому, что это рассказы. Объективно или субъективно - я не знаю. С одной стороны, это наиболее понятная лично мне форма: крупный рассказ или малая повесть (1-3 а.л.). С другой, есть ощущение, что Славникова год за годом совершенствовала МЕТОД, как бы "примеряя" на него разные формы. И сам этот метод, "метафора метафор", в рассказе оказывается эффективнее, чем в романе. Может быть, и то, и другое.

Тем не менее, я увидел здесь все, чего ждал от русской литературы 2000-х годов. Из русской литературы самых последних лет это лучшее, что я знаю.

Может быть, напишу потом свои соображения немного подробнее, с попыткой разобраться в том, что именно "все, чего ждал" я увидел. В любом случае - спасибо Вам, Ольга Александровна.

promo varandej июль 22, 10:45 27
Buy for 500 tokens
Писать о враждующих странах нелегко: одну похвалишь - в другой наживёшь врагов. Поэтому раз уж сказал "А" - говори и другое "А": в мае посетив Азербайджан, в сентябре я собираюсь в Армению. Чтобы в итоге видеть целую картину обеих стран, да ещё и Карабах раздора. И только…

Небольшая инвентаризация
varandej
Написание предыдущего поста и диалог в комментах сподвиг меня на небольшую инвентаризацию.
А именно: каких авторов второй половины ХХ века в России я люблю и уважаю. Временные рамки - с 1960-х годов до 1990-х, нынепишущие не рассматриваются (а из нынеживущих - только те, чей творческий расцвет завершился до 2000 года).

В непесенной поэзии действительно нравится мне только один поэт: Иосиф Бродский.
У всех остальных поэтов той и следующей волн мне чего-то не хватало. Не знаю, чего. От многих оставалось ощущение "писать стихи, чтобы считали поэтом".
Кроме того, мне нравятся многие безымянные "авторы одного стихотворения".

В песенной поэзии: Александр Галич, Владимир Высоцкий, Булат Окуджава. Впрочем, стоило ли относить Галича к "песенникам", я не знаю. Мне у него очень нравится "Поэма о Сталине".
Далее в песенной поэзии: Виктор Цой, Илья Кормильцев, Янка Дягилева, Егор Летов, Александр Башлачев, Юра Хой.
В то же время, я равнодушен к Гребенщикову, Шевчуку, Макаревичу, Кинчеву, Самойловым - так что не такой уж я и заскорузлый рокер.

В прозе "центральных" жанров: Александр Солженицын, Варлам Шаламов, Венечка Ерофеев, ранний Виктор Пелевин (начала 1990-х, нынешний псевдо-Пелевин - гламурный маразматик), Илья Кормильцев (проза).
В прозе "периферических" жанров: братья Стругацкие, Иван Ефремов, Святослав Логинов.

Отдельные любимые произведения: миниатюры Солженицына, "Колымские рассказы" Шаламова, "Москва - Петушки" Ерофеева, "Затворник и Шестипалый" Пелевина, "Град Обреченный" и "За миллиард лет до конца света" Стругацких, "Таис Афинская" Евфремова, "Многорукий бог Далайна" Логинова, "Кукумария в собственном соку" и "Никто из Ниоткуда" Кормильцева, панк-поэма "Кащей Бессмертный" Юры Хоя.