varandej (varandej) wrote,
varandej
varandej

Воркутинское кольцо



Воркута окружена целой системой пригородов - в основном посёлков при шахтах с общим населением 113 тысяч человек (в лучшее время было 178 тысяч).. Большая их часть образует кольцо окружностью около 50 километров, проходящее через саму Воркуту. Против часовой стрелки расположены Октябрьский,  Северный,  Юршор,  Промышленный,  Воргашор,  Комсомольский... Точнее, располагались: ныне живы по сути лишь два из них - Северный и Воргашор, поэтому кольцо разомкнулось. Как уже говорилось, из 13 воркутинских шахт осталось всего пять, а опустевшие посёлки стали городами-призраками среди голой тундры.
Некогда из Воркуты, стоящей на юго-востоке Кольца, от площади Металлистов маршрутки ходили по всему кольцу - "по северу" (то есть против часовой стрелки) и "по западу" (то есть по часовой). Сейчас регулярно, раз в 20-30 минут, маршрутки бегают в Северный и Воргашор, а между ними автобус ходит от силы раз в два часа.

Я не советую читать этот пост слабонервным и впечатлительным, и прошу не лить слёзы о том, как всё это страшно. Страшно, грустно, невыносимо - да, но я и сам это знаю.

...От площади Металлистов автобус идёт по бульвару Пищевиков и далее через пригородную промзону. Автопарк - как новенькие импортные маршрутки, так и несусветный автохлам типа РАФиков. Первый от Воркуты посёлок (3,5 километра от Тимана) - Октябрьский, ныне почти полностью заброшен. В лучшее время (1959) здесь жило 11 тысяч человек, к 1989 году осталось 3 тысячи, ныне не более двухсот, шахта "Октябрьская" закрылась в 2003 году. Из городов-призраков он самый обширный, но я его заснять не успел.
Еще 4 километрами дальше располагается Северный, в котором живёт целых 13 тысяч человек и действует шахта "Северная" - самая современная в "Воркутаугле". Вторая шахта Аяч-Яга была закрыта уже в 2009 году.



Но в целом Северный по меркам Воркутинского кольца стабилен и даже благополучен. Помимо шахты, здесь есть ещё и огромная ТЭЦ. Из её труб валит не угольная копоть, а пар, застилающий небо.



В лучшее время здесь жило 18 тысяч человек, то есть посёлок в общем-то легко отделался, потеряв "всего" треть населения - показатель лучше, чем в Воркуте. Однако его старая часть, застроенная в основном малоэтажками, полностью расселена и заброшена.



Вид этого места странный и пугающий - здесь живое и мёртвое тесно переплетены:



Например, вот эта кулинария заброшена, сквозь окна можно увидеть остатки мебели:



А стоящий по соседству ледовый каток действует, за дверью слышна музыка и детские голоса:



Местный Дом Культуры довольно необычной планировки также действует, хотя со всех сторон окружен мёртвыми домами:



Один из домов в глубине заброшенного квартала отремонтировала и переделала под Дом Молитвы община евангелистов:



Православные же срубили деревянную церковь Игоря Черниговского на самой границе живого и мёртвого. Вот такая вот Дорога к Храму:



А вот это здание, также явно общественное - всё-таки брошено:



Почти везде есть натоптанные тропы и даже расчищенные улицы, среди руин совсем не безлюдно. Вот пустой дом почти утонул в сугробе - а перед ним дорога явно регулярно расчищалась при помощи техники.



Центральная площадь Северного - здесь уже легко забыть о заброшенных кварталах. Обыкновенный рабочий посёлок как где-нибудь в Тульской области. И еще здесь - о чудо! - достаточно много детей.



И в принципе Северный обитаем на 3/4, а застроен в основном вот такими пятиэтажками:



Я решил не заморачиваться с ожиданием автобуса через всё кольцо и с попытками автостопа, и просто взял на площади такси до Воргашора. Цену водитель заломил немаленькую - 250 рублей, зато договорились по дороге сделать несколько остановок. Водитель нерусской внешности был угрюм и немногословен, но в общем к моим изысканиям отнёсся понимающе.



ТЭЦ-2 на окраине Северного существенно крупнее, чем ТЭЦ-1 в городе:



Назначение вот этих столбиков я не совсем понял - кажется, это вентеляционная система теплотрассы. Ведь здесь уже вечная мерзлота, поэтому подземной трубе необходим особый режим. Впрочем, чаще в мерзлотных городах все коммуникации проходят по поверхности.



В трёх километрах от Северного, прямо посреди тундры расположилось Литовское кладбище:



Точнее, оно не только литовское, но самый запоминающийся его элемент - скульптура какого-то князя (мне подумалось - Гедемин) с надписью на литовском языке: "Мать-Литва плачет о тебе". Не секрет, что Воркутлаг прошли десятки тысяч людей с территорий, занятых в 1939 году - в первую очередь литовцев и западенцев, к которым с 1941 стали добавляться и немцы. В поезде я ехал с человеком по имени Эдгар - это был чистокровный литовец, чьи предки попали в Воркуту по этапу, а освободившись, остались там жить. Сам же Эдгар родился в Вильнюсе, там закончил школу, ещё до распада СССР уехал в Воркуту, в 1990-е попробовал вернуться на родину, но понял лишь то, что его родина здесь, за Полярным кругом. Благоразумно сохранив двойное гражданство (и тем самым свободный доступ в Евросоюз), теперь он ведёт бизнес в Воркуте. Таких историй в этом городе сотни, если не тысячи... Но сколько людей так и остались лежать в мёрзлой земли под снегом и ягелем?



Я не знаю, настоящее это кладбище или символическое. Мне оно напомнило литовскую Гору Крестов в миниатюре... правда, последнюю я видел лишь на фотографиях.



Много здесь и православных крестов, вперемешку с католическими. На большом кресте слева можно различить герб Украины, а внизу надпись: "Мы помним каждого - украинца, россиянина, белоруса. Мы молимся за каждую христианскую душу. Подобное не должно повториться". В общем-то, я сразу узнал стилистику памятников Западной Украины.



Через несколько километров из снегов вырастает опустевший посёлок Юршор, чьё название переводится как "Оленья тропа". Шахта закрылась в 1998 году. Пейзаж напоминает чистый постапокалипсис. Примерно так, наверное, выглядит ядерная зима.



Безмолвная тундра, вдалеке силуэт пока ещё живой шахты (кажется, "Комсомольская"):



Сквозь тундру продирается небольшой поезд с углём - рельсов не видно, и кажется, что он идёт прямо по снегам. На всём воркутинском кольце автодорога дублируется действующей железной дорогой, правда без пассажирского движения.



Впереди вырисовывается посёлок Промышленный, а точнее то, что от него осталось после ядерного взрыва закрытия обеих шахт.



Шахт здесь было две - "Промышленная" и "Центральная". Первую закрыли в 1995 году (вообще подавляющее большинство шахт позакрывались еще в 1990-е, Аяч-Яга и Октябрьская тут исключения), вторая же в 1998 году была разрушена взрывом. Погибло 27 человек, а восстанавливать шахту уже не стали.



Водитель сказал мне, что у него там родной брат остался. Мне до сих пор не по себе, когда я это вспоминаю.



Недавние катастрофы в Кузбассе ("Ульяновская" и "Распадская") унесли каждая в разы больше жизней, но там были совсем другие причины - нарушения техники безопасности в погоне за прибылью. Кузбасские шахты погубила именно их перспективность и прибыльность. Здесь же всё было наоборот.



Мёртвый посёлок посреди голой тундры - можно ли представить себе более мрачный пейзаж?



Юршор и Промышленный официально "закрыты", то есть упразднены. Ликвидирована шахта, отключены все коммуникации, жители практически насильно выселены, деревянные постройки разобраны на топлиов. Впрочем, шахты закрылись ещё в 1990-е, а посёлки - лишь в последние годы. Самым тяжёлым было закрытие посёлка Хальмер-Ю в 1996 году - он располагался в 60 километрах от Воркуты. И дело даже не в том, что расселение было больше похоже на депортацию, когда двери квартир выламывались ОМОНом (не оставлять же людей посреди тундры без ЖКХ и общественного транспорта в город), а в том, что многие из них оказались фактически на улице - вместо квартир предоставляли комнаты в общагах, недостроенные дома (которые из-за бюрократии они не могли достроить сами) и т.д. Ныне Хальмер-Ю (он же "полигон Пембой") так и стоит пустой за 40 километров до ближайшего жилья и используется как мишень для испытаний крылатых ракет.
Промышленный в 2007 году был закрыт официально, и при его расселении порядку было куда больше. А вот Юршор опустел в основном стихийно, и большинство его жителей так и не получили право на компенсацию.



Заметили ли Вы, что здесь нигде нет заброшенных шахт и даже терриконов? При закрытии шахту не бросают, а демонтируют, терриконы сваливают обратно под землю, местность рекультивируют, а то, что можно продать - продают. Впрочем, я не знаю, окупает ли продажа металлолома ликвидацию шахты. Как бы то ни было, местонахождение многих шахт теперь вряд ли опознают и жители.



Дорога среди мёртвых посёлков расчищена, хотя три дня назад её полностью замела пурга. Чистят её вот такие штуковины - дело долгое и тяжёлое. Бесконечная и безнадёжная борьба с пургой, которая всё равно через неделю-другую вновь заметёт дорогу.



А вот и Воргашор впереди показался - название переводится как "Медвежья тропа". Шахта "Воргашорская" считается крупнейшей в Европейской России, а сам Воргашор с населением 19 тыс. человек крупнее многих городов. В лучшее время здесь жило и вовсе 26 тысяч - но опять же, Воргашор легко отделался, потеряв меньше четверти первоначального населения.



Очередная арка трубопровода - таких на кольце десяток:



На въезде в посёлок - небольшая церковь, переделанная из одноэтажного дома:



Таксист высадил меня на этой площади, откуда и ходят маршрутки до Воркуты. И не только туда - не все посёлки стоят на кольце, например к Северному примыкает Цементозаводский, а в 6 километрах от Воргашора есть посёлок Заполярный - поэтому иногда бывают и радиальные рейсы.



Воргашор же является собой очень странное зрелище. Здесь граница между жизнью и смертью - прямая линия, рассекающая посёлок пополам. Левее - жилые пятиэтажки, гаражи, магазины, детские площадки; правее - мёртвый город сталинских малоэтажек с забитыми окнами.



Типично воргашорский пейзаж - автомобиль, припаркованный у мёртвого дома. Его хозяин живёт (или в гости зашёл) по другую сторону черты:



Помимо церкви, в заброшенной части города находится и Дом Культуры в отличном состоянии:



Вот здесь кажется, что эта часть города абсолютно мертва:



А в соседнем проёме - окрашенное общественное здание (кажется, школа):



За моей спиной же - пятиэтажки. Впрочем, и они пустеют. Как уже говорилось, "глазниц" в воркутинских домах нет, зато почти в каждом есть "бельма". Ведь квартира без стёкол становится естественным холодильником, который отнимает бесценное тепло у соседних квартир и влетает в копеечку коммунальщикам. Негласное правило - если дом опустел более, чем наполовину, жильцов переселяют в другой (то есть в покинутые ранее кем-то квартиры), а здание отключают от коммуникаций. Вот этой пятиэтажке осталось недолго:



Улица в мёртвой части Воргашора - как и в Северном, здесь расчищены дороги, протоптаны тропы, ходят люди.



На руины глядит свежепокрашенный Ленин. Вид у него явно озадаченный и даже растерянный:



А рядом - совершенно живой посёлок: людный, с множеством машин, даже уютный:



Здесь уже не верится, что всего в паре сотен метров находится целый мёртвый город:



Главное площадь с покрашенными домами с мрачноватой стелой "Уголь". Обратите внимание - один дом законсервирован даже здесь, но внешне поддерживает в адекватном виде:



И опять же заброшенный Дворец Спорта "Воргашорец":



Вдалеке видна действующая шахта "Комсомольская" - работает она вполне исправно, но посёлок при ней также почти вымер:



Но знаете, что скажу? На фотографиях это выглядит гораздо страшнее и мрачнее, чем на местности. Почему - удивитесь вы? Всё просто - люди. Наверное, Вы уже подумали, что здесь живут спившиеся упыри, озверевшие от нищеты бомжи и наркоманы, постепенно забывающие членораздельную речь, что здесь страшно ходить, так как люди-звери рыщут стаями в поисках пропитания. Да и правда, все мы знаем, что в таких местах остаётся лишь быдло, даже не способное уехать. НО ЭТО НЕ ТАК!!! По моим ощущениям, людей, потерявших лицо здесь в разы меньше, чем в среднерусских райцентрах. Я почти не видел пьяных, и даже те, кто с виду гопник гопником, ко мне относились исключительно доброжелательно. Скромно, но красиво одетых женщин с тонкими чертами лица здесь на два порядка больше, чем краснорылых баб-алкоголичек - собственно, последних я и не припомню. Удивительно, но я среди этих руин чувствовал себя намного спокойнее и безопаснее, чем в центре оживленного и богатого Сыктывкара.

И чёрт возьми, я не знаю, чему поражаться больше - ужасу жизни в умирающих посёлках или тому, что люди в этом ужасе в основном сохранили лицо. Как ни парадоксально, но именно здесь отчётливее видно, что вся эта разруха и произвол не вечны, а у российского народа ещё остались силы построить достойную жизнь.
На этом и закончу рассказ о путешествии по Республике Коми.

КОМИ-2011
"Упекли пророка в Республику Коми...". Обзор поездки.
Южная Коми.
Печорская магистраль. Коноши - Микунь.
Усть-Вымь. Древняя столица Малой Перми.
Сыткывкар. От вокзала до Стефановской площади.
Сыктывкар. Старый город и Кируль.
Ыб и Выльгорт. Окрестности Сыткывкара.
Средняя Коми.
Печорская магистраль. Микунь - Ираель.
Ухта. Нефтяная столица Коми.
Троицко-Печорск. Ворота Северного Урала.
Ижма. Столица.
Ижма. Мохча, Бакур, Сизябск. Дорога к чуму.
Ижма в Сыктывкаре.
Северная Коми.
Печорская магистраль. Инта - Воркута.
Инта.
Воркута. Городской портрет.
Воркута. Архитектура. Дома и улицы.
Воркута. Рудник.
Воркутинское кольцо.
Tags: "Зона заражения", "К студёным морям", Крайний Север, Урал, Югория, дорожное, индустриальный гигант, невольничье, шахтёрское
Subscribe
promo varandej june 5, 10:19 29
Buy for 500 tokens
Между знойным и горячим Закавказьем, - весенним Азербайджаном (+Иран) и осенней Арменией (+Грузия и Турция), - самое время съездить на Север, охладиться там физически и морально. Через десять дней я отбываю в Мурманск, чтобы обойти Кольский полуостров на теплоходе "Клавдия Еланская",…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 92 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →