varandej (varandej) wrote,
varandej
varandej

Хива. Часть 4: улица Палаван-Махмуда



В старой Хиве есть такая необычная для восточных городов вещь, как главная улица, носящуя тут имя Палван-Махмуда. Она весьма коротка, меньше полкилометра, и пересекает компактную, но набитую достопримечательностями Ичан-Калу поперёк, связуя двое показанных в позапрошлой части ворот и оба показанных в прошлой части ханских дворца. Вдоль неё, конечно же, немало интересного, в том числе фантастическая Джума-мечеть, а современная ипостась - Хива туристическая.

Как уже говорилось в позапрошлой части (о походе вдоль Ичан-Калинских стен), западные Ата-Дарваза у туристической стоянки и восточные Палван-Дарваза у базара - главные ворота Ичан-Калы "для туристов" и "для своих" соответственно. Начнём у западных Отчих врат (Ата-Дарваза), где обитает и билетная касса - в саму Ичан-Калу вход бесплатный, а билет даёт право на посещение её многочисленных музеев, открытых в явно избыточных для нынешнего города медресе. На заглавном кадре - вид прямо из ворот, справа чёткая перспектива минаретов Кальта-Минар (29м), Джума-мечети (41м) и медресе Шаликарабая (1835-45, 24м) - последний уже за Богатырскими вратами (Палван-Дарваза), и потому показан всё в то йже в позапрошлой части. Слева - торговый купол Палван-Кари и глухая стена старейшего ханского дворца Куня-Арк, показанного в прошлой части. А вот вид в обратную сторону, на ворота Ата-Дарваза, снесённые в 1920-е годы для доступа на эту улицу автомобилей и воссозданные в 1970-х, когда улица стала туристко-пешеходной:

2.


Но прежде, чем идти дальше, расскажу, в честь кого эта улица названа, так как с пахлаваном (так в персидской традиции называли богатырей) Махмудом мы встретимся в Ичан-Кале ещё не раз. Он родился в 1247 году в кишлаке между Старым Ургенчем и Хивой в семье скорняка, на жизнь зарабатывал шитьём шуб и шапок, но прославился как самый сильный борец своей эпохи - по одному преданию, он проиграл за свою жизнь всего один раз, поддавшись молодому индийцу, которому за поражение грозила смертная казнь; по другому преданию, однажды чтобы не пропустить его поединок два воюющих султана заключили на один день перемирие. Ко всему прочему он был ещё и поэтом (под именем Пирьяр-Вали), "хорезмским Хайамом", и оставил порядка 400 рубаи - характерных для тогдашнего Востока четверостиший. Порой действительно довольно интересных (перевод с фарси А. Наумова; отсюда):
Я видел спящих на земной постели
И тех, кто спит в земле, чьи ложа опустели.
А сколько есть других во тьме небытия!
Тех, что придут еще, тех, что давно истлели

или
Мы с верой шли сквозь мир – и все же в малой мере
Мир плоти в мир души преобразить сумели.
Все семь десятков лет я думаю о том!
В испуге мы пришли, уйдем в недоуменье

Пахлавана Махмуда так любили, что когда он умер в Хиве в 1326 году, его признали "своим" вездесущие среднеазиатские суфии, самое влиятельное в этих полуязыческих краях течение ислама (подробнее о них я рассказывал в Бухаре), и он стал местным пиром - святым-покровителем. В следующей части мы ещё увидим его мавзолей, ну а пока пройдём по улице его имени. Имя это она получила явно в наше время, и сложно представить, что когда-то она могла быть Советской или Коммунистической...

3.


У начала улицы - не влезающий в кадр ансамбль медресе Мухаммеда Амина, да простят меня хивинцы - очень характерный для умирающих государств пример гигантомании. В Хивинском ханстве начала 19 века у власти легетимизировалась династия Кунгратов, фактически правившая уже полвека через марионеточных Токайтимуридов. Первые Кунграты навели в обнищавшем Хорезме элементарный порядок (до того здесь даже своей валюты не было!) и взялись развивать торговлю - ведь теоретически Хива могла быть отличным посредником между Россией с одной стороны и Персией и Индией с другой. Хан Мухаммед-Амин в 1851 года начал строить крупнейшее в Средней Азии медресе с высочайшим в мире минаретом, и учебное здание к 1854 году даже успел закончить.

4.


Оно действительно пугающе огромно - 75 на 60 метров по периметру (а "на глаз" так раза в два побольше) и два этажа высотой. Внутри 125 худжр (келий), вмещавших до 260 студентов, причём худжры второго этажа имели лоджии на внешних стенах, что отличало это медресе от других. Помимо собственно учебного заведения, тут находился и Высший мусульманский двор Хорезма, то есть духовное управление мусульман.

5.


Майолики айвана - как мы убедимся к концу поста, они в Хиве почти типовые:

6.


Ныне в медресе обитает гостиница "Orient Strar", то есть "Звезда Востока". Во двор её, впрочем, вход совершенно свободный, эта табличка - на двери в помещения:

6а.


"Пень" минарета - это Кальта-Минар, в переводе Короткий Минарет... ну как короткий, 29 метров - третий по высоте в городе, но в основании почти 15 метров, от чего своими пропорциями больше всего похож на градирню ТЭЦ. Сколько в нём должно было быть на самом деле - никто не знает, но учитывая, что самый высокий в мире исторический минарет Кутб-Минар в Дели имеет высоту 73 метра, а основание от кальтаминарского отличается на дюймы, здесь должно было быть метров 75-80, и остаётся только пожалеть, что проект так и не был закончен. Старые минареты, ограниченные досягаемостью голоса муэдзина, в основном ниже христианских колоколен (зато новые, оснащённые звукоусиливающей аппаратурой, бывают выше иных небоскрёбов), и минарет Мухаммеда Амина имел шансы прибилизиться к высочайшим башням православного мира. Но и так штуковина очень запоминающаяся, и вдобавок это единственный в Средней Азии минарет со сплошным декором стен:

7.


По легенде, узнав о планах хивинского хана его злейший враг и соперник бухарский эмир тут же захотел себе такой же, и тайком начал переманивать зодчего, в итоге согласившегося приехать в Бухару по окончании хивинской стройки. Затем известие об этом дошло до хана, и хан тайно распорядился по окончании строительства казнить зодчего. Наконец, об этом прослышал сам зодчий, и не будь дураком сбежал, бросив дело в 40%-й готовности. На самом деле всё было трагичнее: в 1855 году и сам Мухаммед Амин, и большая часть хивинской знати погибли в походе на восставших туркмен-йомудов, набеги которых были одним из препятствий к торговому возрождению Хорезма. Ханство оказалось фактически обезглавлено, и оправиться от этой потери уже не смогло, а вскоре (в 1873 году) в хивинские пределы пожаловали войска Белого царя.

8.


С другой стороны от Кальта-Минара торцом к улице - медресе Матнияза-диванбеги (1873). Последнее слово - среднеазиатский титул визиря или казначея, что указывает на фундатора.

9.


Внутри - пафосный ресторан с донельзя УзССРовским интерьером:

10.


А на дальнем от улицы углу медресе - старейшее здание Хивы (городище афригидского замка, над которым построен бастион Ак-Шейх-бобо, не в счёт) - мавзолей Саида Алауддина, построеный в 1303 году. Алауддин был местным суфием, наставником Палван-Махмуда, и в мавзолее скрывается очень красивое надгробие с "нестареющей" средневековой облицовкой... увы, я его умудрился так и не застать открытым, но фото есть здесь. Обратите внимание так же на микромавзолей в стене дома по соседству:

11.


Но вернёмся на улицу Палван-Махмуда. Если фасад медресе Мухаммеда Амина глядит на глухую стену дворца Куня-Арк, то медресе Матнияза противолежит довольно занятная постройка торгового дома Палван-Кари (1905):

12.


Последний, несмотря на имя Палван (Богатырь), был местным купцом, ездил в Оренбург, Астрахань и Нижний Новгород, а редкие в этих краях русско-европейские товары вроде парфюмерии или швейных машинок сбывал в родной Хиве. Магазин его состоял из двух зданий - типично среднеазиатского торгового купола:

13.


И собственно магазина в русском стиле - экзотическую для этих мест архитектуру к тому времени вовсю осавиали и бухарские купцы, в первую очередь евреи, но в Хиве, которая была беднее и удалённее, в итоге в пределах Ичан-Калы построили всего два таких здания - этот торговый дом и русскую школу, которую покажу в следующей части. Здесь - столь мной любимый пример "восточной стилизации под Запад", вдвойне интересный от того, что стилизован очень неумело:

14.


Кадр выше снят от ворот Куня-Арка, перед которым раскинулась широкая площадь - уж не знаю, расчитили её в советское время (это вероятнее) или хан на ней со своих ворот обращался к народу да устраивал показательные казни. Как бы то ни было, ныне получился абсолютно европейский ансамбль с 4 фасадами по краям. На западе - дворец, на юге - торговый дом, на севере мечеть Хасан-Мурада кушбеги (титул начальника стражи) конца 18 века и похожий на шахматную ладью микроминарет Мурад-Тура (1888, 9 метров). Мечеть, кстати, к площади стоит как раз-таки не фасадом:

15.


Близ мечети - целая выставка печей трёх типов, из которых я могу опознать лишь классический тандыр (самые дальние), а ближние так и вовсе скорее всего какие-то ремесленные - может быть, на этом месте были мастерские?

16.


Ну а стоящее напротив дворцовых ворот медресе Мухаммед Рахим-хана II (1871-76), заложенное ещё при независимом ханстве, а законченное уже по протекторатом России - в Хиве второе по величине (76 келий), но самое эталонное по архитектуре (обратите внимание на передний двор на кадре выше) и бывшее в ханские времена главным - учили здесь "по расширенной программе" с филосфией, науками и искусствами.

17.


Майолики айвана:

18.


Вот ещё типично хивинская деталь - площадки и купола, обязательно в зелёную шашечку, на угловых башнях-гульдастах. На заднем плане - минарет Ислам-ходжи (1907), высочайший в Хиве и всём Узбекистане. С него мы любовались городом в первой части, а ближе подойдём в следующей.

18а.


Снова возвращаеся на главну улицу, от которой медресе Мухаммед-Рахима отделено сквером. В тени вальяжно разлеглась верблюдица Маша породы "нар" - это гибрид двугорбого верблюда с одногорбым. В отличие от Южного Казахстана, где верблюдЫ натурально на каждом шагу, в Узбекистане я их видел только в туристических местах Бухары и Хивы.

19.


Взгляд назад - улица Палван-Махмуда представляет собой здесь сплошной сувенирный базар:

20.


И вперёд - там минарет Джума-мечети и айван медресе Кази-калян (1905), то есть Великого судьи - помимо богословия в нём преподавали юриспруденцию, а курировал его казий - старший судья при хане:

21.


В нём, если я не ошибаюсь, обитает музей хорезмской музыки (тут см. первую часть), а в стоящем наискось медресе Матпанбая (1905) - довольно наивный и неинформативный "музей Авесты", то есть зороастризма. Снаружи коробка коробкой, а вот двор весьма живописен:

22.


А самодельные Ормузд и Ахриман да картина с апокалиптическим очищением мира потоком расплавленного металла - впечатляют:

23.


Теперь взглянем на эту часть города с минарета Ислам-хаджи. Медресе вдоль северной стороны улицы Палван-Махмуда образуют целый городок в два ряда - на "красной линии" за минаретом медресе Великого судьи, чайхана и задворки медресе Кутлу-Мурад-инака, а вторым рядом - Мухаммеда-Рахима II, Арабхана (1838, в честь хана Араб-Мухаммеда, построившего в 1616 году его прошлое здание) и парочка - поближе ещё одно медресе Мухаммеда-Амина (1786, но другого - первого правителя-Кунграта, формально ещё не хана, а "инака" - наместника), подальше Дост-Аляма (1882, учились юристы и адвокаты, а ныне столярная лавка-мастерская). Ещё правее мавзолей Трёх Святых 16 века и дворец Таш-Хаули из прошлой части... но согласитесь, взгляд на этом кадре притягивают не они, а огромный параллелепипед, какой-то советский ни то гастроном, ни то дом быта у подножья минарета Джума-мечети (1788). На самом деле это и есть Джума-мечеть, её главный вход - с улицы Палван-Махмуда, и снаружи ни за что не догадаться, что это одно из интереснейших мест Средней Азии:

24.


Джума-мечеть (то есть Пятничная) - это мусульманский аналог кафедрального собора. В Самарканде таковая самая высокая (Биби-ханум), в Бухаре - самая большая по двору (Пои-Калян), ну а в Хиве - это самое большое в Средней Азии крытое помещение (55 на 46 метров). Точно не знаю, каких лет её стены и крыша (скорее всего, 18 век), но известна мечеть уже более тысячи лет, и все эти века внутри неё разрастается лес из резных деревянных колонн - ныне их 212, и у каждой своя история и неповторимый вид:

25.


Например, колонну на переднем плане, по легенде, привёз из Индии тот самый Палван-Махмуд - выдержав множество поединков, он показал себя непобедимым, и в награду от индийского султана попросил освободить всех пленных хорезмийцев, вместе с которыми и этой колонной в придачу вернулся домой. Говорят, её ещё и не хотели ставить, углядев в орнаментах изображения слонов:

26.


А 25 колонн вывезены из более древних построек, в том числе 4 принадлежали Джума-мечети древнего города Кят - столицы Афригидов (самая долгая династия Средней Азии, правившая фактически распавшимся на Двенадцать тысяч замков Хорезмом в 305-995 годах), где стоял их замок аль-Фир - всё это уже в 11 веке смыла Амударья, и возможно с эвакуации Джума-мечети Кята и началась Джума-мечеть Хивы. Толстые, как ноги слона, древние колонны не спутаешь ни с чем - в эпоху Хивинского ханства уже и деревьев-то таких не оставалось...

27.


Два "дворика" мечети, через которые в зал попадал свет, ныне превращены в атриумы с клумбами, похожими больше на грядки:

28.


Кафедра проповедника довольно далекот от михраба. Обратите внимание, что основания многих колонн - не резной камень, а спрессованный за века до состояния цемента войлок:

29.


Это просто потрясающе, вот и всё, что можно сказать:

30.


31.


Вот ещё одна колонна инндийского вида. Ещё пишут, что подобным образом были устроены аравийские мечети "второго" поколения ("первое" - это просто выложенный на земле каменный контур), но тут не уверен, так как с арабским зодчеством почти не знаком.

32.


Джума-Минар с поясами израцзов и далёкий уже Кальта-Минар:

33.


Впереди последний участок улицы, узкая щель между огромным медресе Кутлу-Мурад-инака (слева) и куда более скромного медресе Абдуллахана (1855) - последний был преемником того самого Мухаммеда-Амина, собрал свой поход к туркменам мстить за отца, да погиб сам в том же 1855 году. Медресе в память о сыне воздвигла его мать:

34.


Детали медресе Кутлу-Мурад-инака, похожие на кирпичные орнаменты домонгольской Бухары - на самом деле это рубеж 18-19 веков, и подробнее я расскажу его историю чуть позже.

34а.


Фасад медресе Абдуллы-хана на фоне минарета Ислам-ходжи. Здесь сувенирный базар Ичан-Калы вот-вот сомкнётся с Большим базаром за её пределами:

35.


Тёмный фасад медресе Кутлу-Мурада (1804-12). Последний приходился братом тогдашнему хану Мухаммеду-Рахиму I, и построил крупнейшее на тот момент (86 келий) и первое в Хиве двухэтажное медресе, для чего пригласил мастеров из Хазараспа - ныне это небольшой райцентр на Амударье, а в те времена один из главных городов Хивинского ханства, его "ворота" в сторону Бухары.

36.


В своём медресе Кутлу-Мурад и завещал себя похоронить - да вот незадача, умер он (не знаю точно, при каких обстоятельствах) за крепостной стеной. В позапрошлой части я уже писал о строжайшем запрете проносить покойников через крепостные стены, и правивший к тому времени Аллакули-хан для своего дядюшки предпринял хитрый манёвр: велел снести стену у Палван-Дарвазы, объявил своим указом, что медресе Кутлу-Мурад-инака более не принадлежит Внутреннему городу Хивы, а после похорон вновь принял квартал под городскую опеку.

37.


Сама же эта спеоцоперация, видимо, дала толчок к реконструкции города - вскоре рядом начал строиться дворец Таш-хаули, а разбор стены продолжился, и на её месте в 1838-42 годах вырос Ансамбль Аллакули-хана: новые ворота Палван-Дарвазы, медресе, крытый рынок (его купол с тарелками на стене) и гигантский караван-сарай, этакий Центральный дом купца, один на всю Хиву (слева краешек его советской уже металлической крыши). Медресе Кутлу-мурада и Аллакули-хана образовали единственный в Хиве кош (симметричный ансамбль двух айванов), который впрочем нарушает старейшее сохранившееся в Хиве медресе Ходжабердыбая (1688). Здесь оно на переднем плане, рассечённое в 1834 году надвое проходом к медресе Аллакули, за что его прозвали Хурджум - это вьючная сумка из двух несвязанных половин, свисающих на разные бока. С Хурджума снят и кадр выше.

38.


Декор айвана Аллакулиханова медресе - говорю же. они в Хиве почти типовые, хотя и очень красивые. Здесь даже можно заподозрить Абдуллу по прозвищу Джинн, отделывавшего ханские дворцы.

39.


Медресе содержалось на деньги от прилегавших торговых построек, и в нём находилась библиотека Хивы, куда ходили за книгами студенты всех её медресе. Ныне все три медресе - царство народных ремёсел:

40.


Улочка между ними продолжается между дворцом Таш-хаули (слева), крытым рынком и караван-сараем (справа). Вроде бы, с этой стороны входы в ханские тронный зал (Ишратхану) и судилище (Арзахану), куда я так и не попал:

41.


Конец улицы Палван-Махмуда, последнее здание - Белая мечеть (1657), за которой скрывает ещё и баня Ануш-хана те же лет - легенду об их основании с элементом транссексуальности я уже рассказывал во второй части, равно как и про медресе Шаликарабая и Большой базар по ту сторону ворот на заднем плане.

42.


Напоследок - люди. Старинную атмосферу создаёт полная пешеходность и яркие платья узбечек - как уже не раз говорилось, в Узбекистане очень популярен внутренний туризм, и гостей из Ташкента, Нукуса или Андижана тут поболее, чем иностранцев. Последних тоже, как видите на заднем плане, очень немало, а эйфория одинакова на всех:

43.


Каракалпачка, торговка курутом:

44.


А стражники не дремлют, хотя и попали в кадр случайно:

45.


В следующей части погуляем по ичан-калинским закоулкам по обе стороны главной улицы.

ХОРЕЗМ-2015
Обзор поездки и оглавление серии.
Ташкент и окрестности - см. оглавление.
Бухара, Навои и окрестности - см. оглавление.
Чильпык и общий колорит Хорезма.
Элик-Кала
Топрак-Кала и Гульдурсун.
Аяз-Кала и ночь в юрте.
Хорезмская область.
Ургенч. Город и троллейбус.
Хива. Виды сверху, ремёсла, детали.
Хива. Дворцы Ичан-Калы.
Хива. Вдоль стен Ичан-Калы.
Хива. Ичан-Кала, улица Пахлаван-Махмуда.
Хива. Ичан-Кала, закоулки и медресе.
Хива. Дишан-Кала, или Внешний город.
Хива. Дворцы окраин.
Каракалпакия.
Нукус. Столица Каракалпакии.
Миздакхан. У мировых часов.
Муйнак. У засохшего моря...

По ссылкам ниже, помимо оглавления и глоссария - другие мои походы вдоль крепостных стен и линий обороны.
Tags: Узбекистан, деревянное, дорожное
Subscribe

Featured Posts from This Journal

promo varandej august 10, 02:01 28
Buy for 500 tokens
Между тем, пока я заканчивал свой космический цикл постами о Байконуре, считанные дни остались до вылета на малую родину Солнца. Планы, по сравнению с озвученными чуть раньше, слегка поменялись из-за традиционно августовской напряжёнки с билетами. 1. Почти всю вторую половину августа я буду…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 28 comments