varandej (varandej) wrote,
varandej
varandej

Новый Уренгой, наследник Мангазеи



Новый Уренгой, которого мы достигли (заодно познакомившись с жизнью украинцев на Севере) в прошлой части - наряду с Ноябрьском крупнейший (115 тыс. жителей) и фактически главный город Ямало-Ненецкого округа, "газовая столица России". В каком-то смысле это преемник средневековой Мангазеи - расположенный не так уж от неё далеко, он играет ту же самую роль источника главной статьи экспорта (только во времена Мангазеи то были меха, а ныне - углеводороды), столь же богатый, сколь и неуютный город временщиков, дрязг и лёгких денег.

upd: в пост добавлено несколько фотографий из летней поездки того же 2016 года.

Рассказ о Новом Уренгое можно начать в самой восточной точке моего весеннего путешествия: километрах в 15 от города по дороге на Коротчаево и стало быть "на землю", за похожим на пограничный блок-постом, у оживлённой трассы стоит такая вот стела-вышка:

2.


"Первая скважина" - это на самом деле целый жанр памятников в нефтегазовых регионах, не так давно я уже показывал скважину Р-1 в Берёзово, где был в 1958 году найден первый в Западной Сибири газ. К середине 1960-х геологоразведка на Югорском Севере уже шла полным ходом, было ясно, что нащупан гигантский нефтегазовый район, и кульминация её наступила в 1966 году, когда экспедиция Владимира Полупанова открыла крупнейшее в мире Уренгойского месторождение объёмом до 16 триллионов кубометров газа. С тех пор оно отодвинулось то ли на второе (по англовики), то ли на третье (по нашей вики) место - в 1991 был открыт грандиозный Северный Парс в Персидском заливе, а в 2006 Галкыныш, или Южный Иолотань в Туркмении, но Уренгойское месторождение остаётся в числе сверхгигантов и по-прежнему с большим отрывом крупнейшее в России. Вычерпать его за эти годы успели чуть более чем на треть, ну а памятник, рискну предположить, свеженький, к 50-летнему юбилею - по крайней мере информации о нём в сети до странного мало. Под вышкой - какие-то жутковатые големы (я бы на месте газовиков на такой памятник оскорбился), а собственно скважина - слева:

3.


И не очень-то отличается внешне от действующих скважин, раскиданных по окрестным снегам (или пескам, если летом):

4.


Месторождение получило название от ПГТ Уренгой на реке Пур, бывшего конечным пунктом 501-й Стройки - до него к 1953 году дотянули насыпь (а место, где заканчивались рельсы, я показывал в прошлой части). Но был он хотя и ближайшим к месторождению, а всё же на изрядном расстоянии, поэтому в 1973 году рядом началось строительство посёлка Новый Уренгой, к 1980 году получившего статус города. Восстановленный же в 1966-71 годах участок Трансполярной магистрали от Надымской пристани к Уренгойскому месторождению в 1978 году был присоединён к подошедшей с юга магистрали, поэтому хотя внешне железная дорога совсем такая же, как и в прошлой части, восточнее Нового Уренгоя можно видеть и пассажирские поезда, ещё лет 10-15 назад ходившие лишь до Коротчаева.

5.


НУр (так сокращённо называют Новый Уренгой местные) вытянут вдоль железной дороги, и на западной его окраине - показанная в прошлой части грузовая станция Ягельная, принадлажащя Ямальской железнодорожной компании, а на восточной - собственно, станция Новый Уренгой так же в распоряжении ЯЖДК, но ничем не отличающая с виду от обычных РЖДшных станций. Газовая столица встречает огромным вокзалом "с иголочки", открытым в 2015 году:

6.


До того в Новом Уренгое был, наверное, худший вокзал всей России - им служила тесная одноэтажная будка, по воспоминания бывавших здесь прежде людей вечно забитая, как консервная банка, вахтовиками с их пьяным ором, хохотом и запахом перегара. Её я сфотографировал лишь в следующий, летний, приезд:

7.


Зимой же я заснял противоположный сюжет, пожалуй главный в Новом Уренгое - прибытие вахты:

8.


Я не знаю точно, из каких мест сюда приехали эти вахтовики, но не раз ездил в гружёных ими поездах. Кто едет на вахту, а кто с вахты - всегда видно просто по глазам: у одних впереди полярная ночь, пурга и морозы, жизнь в тесных балках да голодные белые медведи за оградой, а у других впереди тёплый дом и подарки детишкам... На месторождениях действует строжайший сухой закон, а на предмет алкоголя досматривают строже, чем на взрывчатку в аэропортах, с рентгенами и раздеваниями, и потому первое, что стремятся сделать многие вахтовики, вырвавшись с вахты в вагон, идущий в сторону дома - это напиться. Правда, они спьяну редко бывают агрессивны - ведь пьют они на радостях, а не от горя. Но тем не менее в нефтегазовых городах лучше быть на чеку: пьяные люди с большими деньгами притягивают обманщиков, воров и грабителей, и как меня в далёком 2009-м предупреждали, когда я впервые собирался в Югру: "Будешь брать пиво - никогда не проси открыть: подбросят тебе клафелин, да и то в лучшем случае". Упомянутый в конце прошлой части "милиционер с майдана" был очень не рад, что работа ему нашлось не в тихом Надыме, а в разгульном НУренгое. Говорят, пару лет назад город даже включили в погранзону, надеясь таким образом отсечь неблагонадёжных посторонних, но это не помогло, и вскоре режим погранзоны сняли (о нём и напоминает тот блокпост по коротчаевской дороге), а в городе расквартировали собственную роту ОМОНа. Впрочем, субъективно мне Новый Уренгой каким-то особо опасным не показался - преступность здесь узкоспециализирована и заезжих туристов типа меня не касается.

9.


Вокзал со стороны путей. Синий состав под маневровым тепловозом принадлежит ЯЖДК - она владеет всей линией до самого Коротчаево. До недавнего времени действовала ещё и пущенная в 1986 году ветка на Ямбург - вахтовый город в 200 километрах севернее Нового Уренгоя у второго по величине в России Ямбургского месторождения, но с прошлого кажется года она законсервирована и едва ли не ожидает разборки. Так что состав, видимо, двинет в сторону Надыма - в посёлках у дороги мне говорили, что он появляется там поздней ночью.

10.


На привокзальной площади - тепловоз ТЭ3, выпускавшийся в 1953-73 годах, и конкретна эта машина 1960 года постройки прибыла в Новый Уренгой первой. Если нишу танков-памятников тут занимают старые грузовики и вездеходы геологов и первостроителей, то нишу паровозов-памятников - соответственно, старые "ласточки". Ведь линия Надым-Коротчаево заработала в начале 1970-х, в те же годы сюда тянули магистраль с юга через Тобольск и Сургут, словом - паровоз в этих краях уже неуместен. А ТЭ3 стоят ещё как минимум в Сургуте и (там муляж) Нижневартовске, и более того, депо Коротчаево - последнее действующее "гнездо" этих красивых и старых машин, которых впрочем и там остался дай бог десяток.

11.


С другой стороны площади памятник "Пионерам освоения Уренгоя" (2013), а за ним, задворками к перрону, одно из нескольких зданий "Газпромдобычи-Уренгой" - крупнейшего в мире (уже не знаю, по каким критериям) газопромыслового управления.

12.


Западную горловину станции пересекает эстакада какой-то хитроумной развязки:

13.


За которой стоит самое известное уренгойское здание - суровый северный ТЦ "Вертолёт" с настоящим Ми-8 на крыше:

14.


А за "Вертолётом" - ещё один офис "Газпромдобычи-Уренгой" со стелой и музеем в здании, похожем на восьмиконечную персидскую звезду:

15.


Здесь совсем близко подходит высокий бережок речки Тамчара-Яха, и за излучиной, у правого края кадра, где стоят ведомственные гостиницы "Русь" и "Строитель", находится место, с которого начиналось в 1973 году сооружение посёлка:

16.


Впрочем, нынешний центр Нового Уренгоя в итоге сложился южнее вокзала и состоит из 4 номерных микрорайонов, которые параллельно железной дороги пересекает Ленинградский проспект. Действительно ленинградский - одной из достопримечательностей НУра считаются "дома-корабли". При этом внутри они, видимо, не совсем такие, как на исторической родине - в Питере мне не раз доводилось слышать, что в "кораблях" очень холодно. Ленинградский проспект - на заглавном кадре, а это одна из перпендикулярных улиц:

17.


Типично уренгойский двор в 3-м (юго-восточном) микрорайоне - просторный, многоэтажный, забитый недешёвыми машинами, а летом превращающийся в замусоренный пустырь с мелким летучим песком. Вид его снят из окна квартиры, где я остановился: гостиницы в Новом Уренгое очень дорогие, ведь туристы сюда не ездят, вахтёров селят по балкам, а специалистам и начальникам командировку оплачивает скорее всего привыкшая сорить деньгами даже в самый кризис (ибо нефтегазовая) компания. Но на "букинге" каким-то чудом нашлись номера за 1000 рублей, я недолго думая подобный забронировал, и по приезде обнаружил, что это несколько квартир и комнат по всему городу. Диспетчер по телефону меня определила в одну из них.

18.


Это оказалась двухместная комната в большой квартире с евроремонтом, где уже 16-й год одиноко жил азербайджанец Арыс. В прошлых частях я уже писал, что в городах (не тундрах!) Югры и Ямала коренными можно считать 5 народов - русских, украинцев, татар, башкир и азербайджанцев: ехавших на Север из "нефтяной колыбели" Баку, с месторождений Волго-Урала да из старой Галиции, где нефть добывала ещё Австро-Венгрия. Русские в здешних городах в среднем около 60% населения, и с церковью обязательно соседствует мечеть. За западенцами сюда потянулись и украинцы других областей, а за интеллигентными и в основном русскоязычными азербайжанцами-буровиками - весь прочий люд с Кавказа и Средней Азии: тот же Арыс нефтяником никогда не был... но родившись на сказочном древнем Востоке, он оказался одним из "латентных северян", которые раз попав на Север понимают, что их место только лишь там: в Баку у него осталась семья, он посылает домой денег, но ездит туда в гости. С Арысом мы под вечер немного поговорили за жизнь, я расспрашивал его про Азербайджан, про русско-турецкий конфликт, и он сетовал: "мы с турками один народ, а с Россией ссориться не хотим". Спрашивал я его и про иранских азербайджанцев, но Арыс ответил, что те - люди совсем другие, они с ними не общаются. В целом же неславянских лиц, всяческих кавказских коммерсантов да среднеазиатских гастрбайтеров в Новом Уренгое очень много, и это так же добавляет напряжённости.

19.


А вот подъезд у "гостиницы", грязноватый и неуютный. На стенах множество мобильных номеров, и я смутно догадываюсь, какие услуги предложат, если по ним позвонить. На дверях тут, в отличие от Надыма, кодовые замки, но велосипед не убирают - для местных воров он явно мелковат:

20.


На стыке четырёх микрорайонов - Городская площадь с ДК "Октябрь" и культурно-спортивным комплексом "Газодобытчик" (2000):

21.


И внушительным ледовым городком:

22.


Летом на месте ледовых фигур лишь асфальтовый пустырь, зато вот у "Октября" скульптуры на семейную тему... хотя в целом в отличие от многих других городов Югры и Ямала памятников и уличных скульптур в Уренгое немного:

23.


На другой стороне 4 микрорайонов, подпирая город с юга, раскинулось Молодёжное озеро, возможно пруд на речке Варенга-Яха. По сравнению с Янтарным озером Надыма - конечно, лужа, а одно из его народных прозвищ и вовсе Чёртово озеро - в нём очень часто тонут люди. Но страшных легенд о срубленном при строительстве священном дереве ненцев тут как-то нет - причины такой славы сугубо материалистичны и думаю вполне ясны.

24.


И как Мангазеей управляли двое воевод, так и в Новом Уренгое находится целых два газпоромысловых управления - если в районе вокзала офисы "Газпромдобычи-Уренгой", то за Молодёжным озером гигантское здание "Газпромдобычи-Ямбург", несморя на архаичность облика законченное в 2006 году. Звучное названием Ямбург (не путать с бывшим тёзкой, который ныне Кингисепп) возникло на берегу Обской губы ещё в 19 веке как видоизменённое русским моряками ненецкое то ли Ямпур ("Серая топь"), то ли Юмбор ("Морошковые кочки"), ну а второе по величине в России и 3-5-е в мире Ямбургское месторождение было открыто в 1969 году. В Ямбурге уже голая ветреная тундра, а температура например зимой-2006 опускалась ниже 60 градусов - как-то в поезде мне встретился заставший это вахтовик, и по его словам (а он говорил, что там было аж -78 - возможно, глюк термометра из-за ветра) на таком морозе полиэтиленовые пакеты твердели и рассыпались от прикосновения. Поэтому постоянных жителей в Ямбурге нет, это чисто вахтовый город со строжайшим (как и всюду у "Газпрома") пропускным режимом: рассказывают, несколько лет назад собственные подчинённые не пустили в Ямбург начальника охраны, забывшего обновить пропуск. Говорят, жильё вахтовиков в Ямбурге напоминает хорошие отели, а с гастролями туда приезжают даже звёзды западной эстрады, но газопромысловое управление рациональнее держать всё-таки в более доступном месте.

25.


Напротив свежепостроенный спорткомплекс "Газпромдобычи-Ямбург":

26.


С восточной стороны к владением "Газпромдобычи-Ямбург" примыкает больница, а за ней на крайней перед промзоной улице столь характерный для северов вездеход-памятник - здесь они что "тридцатьчетвёрки" на "большой земле". В данном случае это МАЗ-543, более всего известный как платформа для тяжёлых РСЗО типа "Ураганов" или "Смерчей", но в эпоху осовения Уренгоя такие здесь использовались в качестве вездеходов и тягачей. Фотографировать его, конечно, надо было зимой, так памятник совсем зарос, но зимой я забыл к нему подойти.

27.


Западнее 4 исходных микрорайонов вдоль улиц Сибирской и Таёжной тянется ещё несколько "новых" микрорайонов, уже не номерных, а именных - Энтузиастов, Оптимистов и прочих. Впрочем, до недавнего времени энтузиастам и оптимистам приходилось жить в мрачных "бамовских" бараках, и лишь в "нулевые" годы на их месте стали расти свеженькие цветастые дома. Последние бараки остались в микрорайон Созидателей, и мне говорили, что многие из них давно расселены, и живут в них теперь нелегально выходцы с далёкого Юга.

28.


Сибирская улица продолжает Ленинградский проспект. Напротив полуразуршенного микрорайона Созидателей - пустынный микрорайон Энтузиастов, который сменяет микрорайон Оптимистов со скромным для большого и богатого города Богоявленским собором:

29.


В таких домах и дворах, тем не менее, оптимистом быть несложно:

30.


Напротив района Оптимистов - похожий на него район Полярный, а дальше по той же стороне - Тундровый, где в квартале от церкви стоит Соборная мечеть:

31.


Дома Тундрового, вопреки названию, ещё цветастее и новее:

32.


Ещё тут есть микрорайоны Донской, Дорожников и Армавирский, Крымский и Солнечный - последние 3 по сути представляют собой один микрорайон, причём не самый крупный. Замыкает всё это великолепие новенький и даже весьма симпатичный торговый центр "Солнечный" - при всём своём богатстве нефтегазовые города очень бедны приличной архитектурой и застраиваются в основном чем-то таким, как на заднем плане:

33.


В Новом Уренгое хорошо с общепитом - если в большинстве подобных городов он редок и в основном или плох, или дорог, то в здешних торговых центрах есть нормальные фудкорты с фастфудницами известных сетей типа "KFC" или "Сбарро" (правда, ни в одном кафе я не нашёл вай-фая). Но Север всё равно Север, и какой-нибудь ненец в синей малице, завалившись сюда прямо из тундры, вполне может широким жестом выложить несколько сотен тысяч рублей вот за этот снегоход:

34.


Дальше от Солнечного на несколько километров тянется промзона, и её сектора обозначены уже третьем способом - буквами от Ж до А. В промзонах северных городов - не столько промышленность, сколько всякие склады да автобазы, а за промзоной - аэропорт и станция Ягельная, где мы закончили прошлую часть. В прямой видимости "Солнечного" зачем-то стоит ракета:

35.


А вот ещё одно свойство северных городов: необычайно трепетрое отношение к пешеходу. Когда ты идёшь по краю тротуара, а водители замедляют ход и присматриваются, не созиволите ли вы перейти дорогу, становится даже неловко - прежде я такое видел разве что в Финляндии. Причём в "злом" Уренгое с эти даже лучше, чем в "добром" Надыме: мне было сложно фотографировать что-то через улицу, потому что улица тут же полностью вставала, и чтобы показать водителям, что зря, мне приходилось демонстративно становиться к проезжей части спиной. Почему так - местные толком сами не в курсе, но слышал, что из-за скользких дорог, где не притормозить - себе ж дороже. Ещё при всех недостатках НУРа, я даже не припомню, есть ли в нём "Газели" - курсируют по городу в основном автобусы, связуя основные конечные - аэропорт, вокзал и Северный район. Суровые уренгойские остановки, защищённые от ветров - город ещё не за полярным кругом, но заметно холоднее того же Надыма.

36.


Более новая конструкция остановок, а за ней главный долгострой Уренгоя:

37.


Расположенный уже в Северном районе: Новый Уренгой, зажатый между речек и болот, состоит из двух частей разного размера, но какая из них главнее - ещё вопрос. Мимо "Вертолёта" от центра до Северного микрорайон около 4 километров через две речки - уже знакомую Тамчара-Яху и Седе-Яху, в которую первая впадает чуть дальше. Впрочем, в месте наибольшего сближения районов их разделяет меньше километра. Обратите внимание, как закопчён на мостике снег:

38.


Совсем иначе всё это выглядит летом - междуречье служит уренгойской зоной отдыха, и так как под здешними лесами и тундрами скрыта натуральная Сахара, пляжам здешних речек позавидует большинство морей.

39.


И несмотря на грозное предупреждение, суровые северяне исправно прыгают с моста - ведь "лето выпало на воскресение", а значит надо брать от него всё! На самом деле летом тут бывает довольно жарко, и стоять жара может и месяц, и два.

40.


Седе-Яха, если я не ошибаюсь, в переводе значит Река Идолов... но как уже говорилось, в окрестностях Уренгоя ненцев не встретить. Сквозь грязные снега Алые Паруса держат курс на Север:

41.


А микрорайоны здесь тоже именные, и напротив "Звёздного" улица Подшибякина разделяет Мирный (севернее) и Дружба (южнее). Половину Дружбы занимает одноимённый парк с фонтаном "Парус" (2005), зимой играющим цветными огоньками:

42.


Самое примечательное здание близ сквера - школа искусств со сторны Мирного:

43.


А на речке стоит ещё один храм - деревянная церковь Серафима Саровского, срубленная в 1997 году на месте ещё более ранней, видимо времён Перестройки, сгоревшей церкви Георгия Победоносца. Её фотографий в природе видимо не сохранилось, а нынешняя церковь для архитектурно-унылых Ямала и Югры очень хороша:

44.


За церковью - микрорайон Восточный, и как ни странно, но официальный центр Нового Уренгоя именно Северная часть, где находятся администрация, нефтегазовый институт и многое другое. Вот например ЗАГС:

45.


Равзлекательный комплекс "Полярная сова", оправдывающий своё название, в Юбилейном микрорайоне:

46.


Или площадь Памяти в примыкающем к Восточному Студенческом микрорайоне - на заднем плане собственно нефтегазовый вуз, а на переднем три стелы трёх войн - Великой Отечественной, Афганской и Чеченской... не исключаю, что лет через 5-10 монумент пополнится и четвёртым столпом.

47.


48.


У местных, впрочем, площадь лишена мрачного ореола - это любимое место для прогулок, и даже зимой немало народа, будь то парочки или мамы с колсяками, кучкуется у манящего Вечного огня. Газ для него, не исключаю, поступает прямиком из какой-нибудь скважины, а пламя в отражениях троится, как полярное Солнце морозным днём:

49.


Рядом как ни в чём не бывало припаркованы танки:

50.


Напротив из земли торчит какая-то закорюка:

50а.


А уходящая от памятника улица Дружбы Народов разделяет Мирный (слева) и Советский (справа) микрорайоны, и на том её конце администрация города, напротив которой очередной нефтегазовый офис, примечательный таким вот памятником у входа. На обратной стороне трубы написано "Nord Stream" - путь местного газа далёк:

51.


За Советским будет ещё одна небольшая промзона и четвёртая уже по счёту параллельная речка Евояха. За улицей 70-летия Октября (кажется, самая большая цифра в подобных названиях!), ведущей к мостам в Южный район, начинается тундра:

52.


Уренгой мне в целом не понравился, но в Надыме меня лишь похлопали по плечу: "а кому он нравится?". Летом город выглядит ещё хуже, чем зимой - вместо чистого белого снега бескрайние замусоренные пустыри. Один из богатейших городов России парадоксальным образом и один из самых неуютных. Но дело в том, что большинство новоуренгойцев, даже если они тут живут не первое десятилетие, в сущности те же вахтовики: "ещё годик денег позарабатываем, и на землю, а там заживём!". Вот только с земли их в первый же год потянет обратно, и эта жизнь в бесконечном ожидании весьма характерна для Крайнего Севера. Ну а в один прекрасный день закончится газ, и за несколько десятилетий Новый Уренгой опустеет, как Мангазея или Пустозерск, в лучшем случае сжавшись в деревню, а в худшем став городом-призраком. Так было издавна: северные города не могут существовать без смысла.

А вот оленеводы - те напротив, переживут всё что угодно вплоть до ядерной войны. В следующей части вернёмся в Надым на кульминацию этого путешествия - День оленевода.

НАДЫМ-2016
Обзор поездки и оглавление серии.
Железная дорога Чум-Лабытнанги и немного Салехарда.
Мёртвая дорога
Жизнь зимника.
Мосты и разъезды Трансполярной магистрали.
Лагеря 501-й Стройки.
Газовый край
Надым.
Железная дорога Надым - Новый Уренгой и украинцы на Севере.
Новый Уренгой
День оленевода в Надыме.
Люди, чумы и олени.
Состязания и сцены.
Продолжение - на вездеходах по Ненецкому округу.
Tags: "Вечность пахнет нефтью", Крайний Север, Сибирь, Югория, деревянное, дорожное, транспорт
Subscribe

Featured Posts from This Journal

promo varandej август 10, 02:01 28
Buy for 500 tokens
Между тем, пока я заканчивал свой космический цикл постами о Байконуре, считанные дни остались до вылета на малую родину Солнца. Планы, по сравнению с озвученными чуть раньше, слегка поменялись из-за традиционно августовской напряжёнки с билетами. 1. Почти всю вторую половину августа я буду…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 87 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →