varandej (varandej) wrote,
varandej
varandej

Каньонами до Каратайки



С берегов Карского моря, из показанной в прошлой части Амдермы, мы взяли курс не на Югорский Шар (это, если кто не знает, пролив), а просто на юг - первый путь был бы куда интереснее, но второй - короче... Здесь я расскажу о северном селе Каратайка и о природе Югорского полуострова и кряжа Пай-Хой в его сердцевине - самом северном "звене" Уральских гор с головокружительными чёрными каньонами среди белых снегов.

Снова утро, снова Белое Безмолвие за дверью кузова... Я успел потерять счёт дням. Рассказ об этом путешествии не похож на другие мои серии тем, что обычно в постах время идёт куда медленнее, чем на местности, и на публикацию одного дня пути вполне может уйти и неделя. Здесь - наоборот: в тундре от села до села по полторы сотни километров, вездеход не быстр и слишком тряский для ночлега на ходу, высадка и сборы группы в посёлках могут длиться часами, а как результат, в среднем тут за каждый пост два дня монотонного пути.

2.


Пай-Хой, как нам рассказывал ненцы в далёкой отсюда Антипаюте, в переводе значит Кривая Тундра, я ожидал увидеть хоть какое-то подобие гор... Но нет: Пай-Хой в той части, где мы ехали, не похож даже на "негоры" Среднего Урала, выгибаясь плавно и незаметно: его высокую часть с горой Мореиз (423 метра) за эти дни мы аккуратно объехали с трёх сторон. Но в сущности Урал здесь - это весь Югорский полуостров, который продолжают ещё более равнинный Вайгач и вполне гористая Новая Земля с горами до 1,5 километров. На Пай-Хое мне запомнились и такие вот поля каменных зубцов, которыми Xpen вполне мог повредить колёса.

3.


Тем временем главный водитель Раджаб успел повзлорить с Ваней - главным оператором экспедиции, и на освободившееся в штабной машине место как-то незаметно пристроили меня. Так ехать оказалось куда интереснее: впереди были уже не следы колёс первой машины, а искрящаяся снежная целина, похожая на открытое море...

4.


Тёмная полоса, показавшаяся впереди (на кадре выше) при ближайшем рассмотрении разверзлась зубастым каньоном. Каньоны на пути наших машин я упоминал не раз и в прошлых постах, они пожалуй главная особенность Югорского полуострова, крайне затрудяющие путь по его тундрам. Этот каньон на нашем пути был как минимум четвёртым, и как оказалось - последним, но все прошлые мы видели ночью, а этот встретил нас при свете дня:

5.


Скорее всего, каньон принадлежит одной из двух Ою - текущих почти параллельно рек, соответственно Большой и Малой. Шум порогов легко представить даже глядя на снег:

5а.


Бивни чёрных скал... Хотя чёрными эти камни кажутся, наверное, только зимой по контрасту со снегом:

6.


А вон за поворотом даже небольшой водопадик, летом наверное едва сочащийся по стене. Не знаю, кто и когда последний раз ходил по снегу на дне каньона, а вот туристы-водники тут проплывают не так уж редко.

7.


Но как бы ни был красив каньон, а всё-таки для нас это ПРЕПЯТСТВИЕ, и как пошутил водитель, уронить туда машину конечно можно, но чинить её потом задолбаемся... XPEN конечно очень проходим, но по скалам карабкаться не умеет, так что единственный вариант преодолеть каньон - это его объехать: где-то обязательно найдётся более пологий склон или теснина, так обращённая к ветрам, что заметена снегом снизу доверху. В какой-то момент вдалеке мы разглядели вешки, и поняли, что каньон пересекает зимник.

8.


Крюк в десяток километров - и мы уже на той стороне. Раджаб углядел за каньоном зайцев:

9.


Я же искал их глазами минут пять, вспоминая, как когда-то в Казахстане точно так же не видел из окна поезда сусликов, которых видело всё купе. Это такой психологический эффект: для меня всё это - одно сплошное Белое Безмолвие (или там - одна сплошная Великая Степь), местные же всматривались в снега (или травы) так долго, что глаз их сходу цепляется за любую деталь. Заяц, услышав рёв мотора следующей машины, шедшей ещё по той стороне, пустился наутёк:

9а.


Помимо зайцев чаще всего в тундре нам попадались песцы:

10.


Чуть реже - куропатки и полярные совы, а вот оленей или белых медведей видеть так и не довелось (последние, собственно, кроме как близ Амдермы и не ходят). А вот ещё какой-то каньон без скал выше уровня снега - таких мы переехали десятки, не сказать бы сотни:

11.


Общетундровая штука - бугры пучения, так же попадаются тут и там. Куда реже мне встречалась их противоположность - аласы, крутые глубокие впадины, и совсем уж не видать под снегом полигонов - многоугольных фигур на земле. Всё это от неравномерного протаивания вечной мерзлоты из года в год.

12.


Далёкий зимник по рыхлому снегу спускается куда-то вниз, и вскоре начнутся чёрные пятна кустов - в прошлые дни ведь не было даже их...

13.


В какой-то момент за кустами возникает селение, и это может быть только Каратайка, потому что ничего другого в радиусе сотни километров попросту нет:

14.


Могила у дороги, и мне сложно представить, что за ней стоит:

14а.


Местный житель с собакой, тягающей сани. Каратайка - натурально, село-побратим Усть-Кары: обе стоят на реках, ограничавющих Югорский полуостров (только Кара - с востока, а Каратаиха - с запада), обе примерно одинаковы по населению (полтысячи постоянных жителей и сотня-другая временных), у обеих довольно ухоженный вид, обе с русскими делят ненцы и коми, оба служат центрами оленеводческих хозяйств, и даже деревянными Никольскими часовнями обзавелись в недавнем прошлом оба села. А уж то, что обе зародились в начале 1930-х годов - не стоит и говорить, это относится к подавляющему большинству немногочисленных селений этой тундры.

15.


Мы выехали на край посёлка и Раджаб тут же вступил в дискуссию с местными жителями о том, что для вездехода лучше - траки или шины низкого давления, разумеется нахваливая своё творение. Вездеходов у каратайской околицы толклось несколько штук, словно зверей на водопое:

16.


На гусеничных вездеходах я ездил только в раннем детстве на Командорских островах, и честно говоря, ничего об этом не помню. Но сходство с танком, или скорее гусеничной машиной полегче, конечно поразительное!

17.


Собственно, это и есть списанный военный транспортёр МТЛБ, переделанный в мирных целях:

18.


А в следующих двух машинах запутались даже более сведущие люди:

19.


20.


Мы же неспешна начали разбредаться по посёлку. Недалеко от "водопоя машин" обнаружился аэропорт - да-да, этот деревянный сарай и есть аэровокзал, пару раз в неделю принимающий и отправляющий рейсы из Нарьян-Мара. Садятся они, как я понимаю, прямо на снег.

21.


Дежурный:

22.


Вездесущая журналистка Юля тут же отловила прохожую и принялась брать у неё интервью. Прохожая оказалась ненкой по имени, если я ничего не путаю, Валентина Валей, причём ненкой не поселковой, а самой что ни на есть из тундры - в Каратайку она приехала к родственникам.

23.


Она предложила подарить нам малицу, а когда мы вежливо отказались - пошла в дом и вынесла оттуда несколько вещей показать гостям. Я всё это уже видел в окрестностях Надыма да на Дне оленевода, и ещё не думал тогда, что для большей части экспедиции это будет самое близкое знакомство с ненецкой культурой.

24.


Тонкий пояс в правой руке она назвала "женским", хотя я видел его и на мужчинах - но может быть у предуральских и зауральских ненцев разные традиции? Куда интереснее "пояс оленевода" с оберегами и рабочими вещами вперемешку. Обязательный и центральный элемент - медвежий клык:

25.


А это кисЫ, тёплые непромокаемые сапоги из оленьих шкур, крепящиеся ремнями к поясу. Экзотичность своего быта ненцы прекрасно понимают, и делиться ей с гостями любят - причём ведь не за деньги, а за интерес. Я уже не раз писал, что они производят впечатление народа гордого и открытого, но само собой - с несколькими "уровнями доступа" по степени знакомства с чужаком.

26.


Ненецкое начало в Каратайке вообще заметнее, чем в Усть-Каре и тем более Амдерме. У одного дома стоят нарты:

27.


У другого висят оленьи шкуры... И только вот самих оленей нет - ушли куда-то, где нет такого наста. Как я понимаю, Усть-Кара центр большого колхоза, а в Каратайке живут в основном частники. Как пишут sevprostor в своём летнем посте о Каратайке, тогдашний глава администрации носил фамилию Вылко - этот род ненцев жил ни больше ни меньше на Новой Земле и ушёл с неё при появлении там ядерного полигона.

28.


Фанерная "карета" для снегохода и заснеженные пальмы у сарая:

29.


Школа или детский сад может даже 1930-х годов... Новую школу, довлеющую над селом, я показывал на общих планах.

30.


Каратйка по сравнению с двумя другими сёлами Югорского полуострова натурально тёплая и южная - разноцветные дома, местами даже палисады, наличники и резные карнизы:

31.


И даже, вы меня извините, ДЕРЕВО!!! Первое дерево, увиденное нами за несколько дней после Воркуты.

32.


Их тут несколько, все в палисадниках, и мне сложно представить, какой в них вложен труд:

33


Ещё немного домиков в разных концах Каратайки:

34.


Машин я тут, кстати, как и в Усть-Каре (но в отличие от Амдермы) не видел - только снегоходы.

35.


Я беспрепятственно заглянул в открытую дверь гаража на заднем плане. Ничего себе - велосипед! Хотя и заиндевелый...

36.


А где-то вдали - православное кладбище:

37.


Если в Усть-Каре центр села - действительно в центре, то в Каратайке - на противоположном аэропорту краю (а вообще по сравнению с Усть-Карой она меньше и плотнее). Тут есть Дом культуры, магазин и даже кафе:

38.


В магазине всё сказочно дёшево, и даже бутылка "БонАквы" всего-то по 100 рублей (её я не покупал, а просто на неё везде падал взгляд - 150 в Усть-Каре, 165 в Амдерме). Здесь я купил бутылочку лимонада и прямо в холле магазина её выпил, да пару пакетов выпечки - печенья, пончиков и ещё бог весть чего из местной пекарни. Выпечка оказалась свежей и вкусной, и как я обнаружил в кузове - ей затарилась натурально вся наша группа.

39а.


Кафе работает с 9 до 13 и с 19 до 21, выходной у него в воскресение, а в последнюю пятницу месяца санитарный день. Меню по схеме "ешь что дают", но всё очень дёшево уже без иронии - самые дороги блюда типа тушёной рыбы или жаркого по-домашнему стоили 75 рублей. Внутри уютно:

39.


Рядом воинский памятник, а где-то там администрация:

40.


За домом культуры - Никольская часовня, постарше и погрубее, чем в Усть-Каре.
Но в Белом Безмолвии воображение превращает такие деревни в огромные, старые, самобытные города, часовню - в кафедральный собор, сельпо - в универмаг, кафе с макаронами и компотом - в ресторан с изысканными блюдами, а скромные наличники - в шедевр деревянного зодчества...

41.


На обратном пути рядом остановилась штабная машина, из неё соскочил довольный Раджаб, и мы офигели - в руке у него была полярная сова! По словам бывших с Раджабом людей, сову эту несли двое местных - она попалась им в капкан, "потому что наших куропаток бьёт" (куропатка - вообще-то птица дикая и сова на них имеет те же права, что и любой охотник!), и узнав, что местные это сову сначала друзьям покажут, а потом прикончат, Раджаб её выкупил за 500 рублей.

42.


Сов мы видели по-дороге немало, чаще них только уже упоминавшихся зайцев, куропаток и песцов... но тем не менее эти птицы занесены в Красную книгу. Что делать с краснокнижным животным, никто из нас не знал (как-то не ожидали, что оно попадёт нам в руки), и потому решили везти сову в Нарьян-Мар и отдать там компететным людям на реабилитацию.

43.


В штабной машине, без нашего с Ольгой участия, её посадили в коробку и обработали ей раны. Вскоре сова срыгнула пучок перьев (это нормально, они так питаются) прошлой добычи и даже позволила себя покормить, а ночью (по рассказам спавших в штабной машине) воспрянула настолько, что шумно рвалась из коробки наружу. Мы было обрадовались, что птичка выживет... но следующим утром, переночевав в балках дорожников где-то в глубине Большеземельской тундры, мы обнаружили, что она померла. От чего - так никто и не понял (я думаю, что от стресса), а куда в итоге девали тушку - не узнавал. Только фотографии и остались...

44.


В Каратайке мы не стали ночевать, а за заснеженными протоками Каратаихи на смену суровому Югорскому полуострову пришла "домашняя" Большеземельская тундра... О сотнях километров по ней к Нарьян-Мару - в следующей части.

ARCTIC CHELLENGE-2016
Предыдущая часть - Надым, День оленевода и Мёртвая дорога.
Обзор поездки и оглавление серии.
Видеотрейлер экспедиции.
XPEN на дорогах Крайнего Севера. О нашем средстве передвижения.
Дорога через Белое Безмолвие
Хальмер-Ю. Мёртвый город за Воркутой.
Югорский полуостров. Усть-Кара.
Югорский полуостров. Амдерма.
Югорский полуостров. Каньонами до Каратайки.
Нефть и дороги Большеземельской тундры.
Нарьян-Мар. Город в устье Печоры.
Буран-day в Нарьян-Маре.
Пустозерск. Древнерусский Край Земли.
Усинск. Нефтеград в Коми.
Tags: Крайний Север, Урал, Югория, деревянное, дорожное, природа, этнография
Subscribe
promo varandej 02:01, friday 28
Buy for 500 tokens
Между тем, пока я заканчивал свой космический цикл постами о Байконуре, считанные дни остались до вылета на малую родину Солнца. Планы, по сравнению с озвученными чуть раньше, слегка поменялись из-за традиционно августовской напряжёнки с билетами. 1. Почти всю вторую половину августа я буду…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 28 comments