varandej (varandej) wrote,
varandej
varandej

Самарканд. Часть 13: Афросиаб, или Тьма веков



По случаю вчерашнего зимнего солнцестояния заглянем в самую что ни на есть Тьму веков. Единственным районом Самарканда, который я посетил в этот раз впервые, набрав материала на целый пост (а не на многочисленные дополнения к старым постам) стало городище Афросиаб, раскинувшееся неправильным ромбом на километры близ центра. По своему масштабу это именно район, самый странный район Самарканда, потому что вот уже 800 лет в нём никто не живёт. Но именно здесь был центр домонгольского Самарканда, именно по этим ныне оплывшим улицам ходили Авиценна, Омар Хайам и купцы со всего света.

Первое, чем поражает Афросиаб - конечно же, размеры. В 2015 году я въезжал в Самарканд из Ташкента на поезде, сейчас - на коллективном такси, и вот такой вид открывается с дороги. Афросиаб представляет собой неправильный ромб чуть менее 2 километров в поперечнике и около 6 километров по периметру - для сравнения, примерно такая же окружность у городских стен Смоленска, охватывающих большую часть его центра.

2.


Афросиаб - не название древнего города, а имя мифического царя, правителя Турана, главного злодея персидского эпоса "Шахнаме". Иран и Туран - это как Гондор и Мордор, благословенная страна добрых земледельцев и страшная степь свирепых кочевников, тем более и те, и другие говорили тогда на языках иранской группы, и персам противопоставлялись те, кого сейчас называют скифами, саками, массагетами. И видимо те же кочевники были потомками древних согдианцев, пришедшими около 3000 лет назад в долину Зерафшана, в междуречье Амударьи и Сырдарьи, да так там осевшие. Впрочем, Самарканд теоретически может быть ещё старше - он из тех городов, у которых нет точной даты и обстоятельств основания, он просто самозародился где-то в непроглядной Тьме веков.

3.


Достоверно существование Самарканда, он же Мараканда или Самускент, прослеживается с 6 века до нашей эры, когда Туран покорил персидский "царь царей" Кир Великий, но уже тогда это был крупный город. Персы сумели захватить оазисы, но борьба Ирана и Турана продолжилась, и вскоре на Амударье нашёл свою гибль и сам Кир. Вторым завоевателем Мараканды был Александр Македонский, но парадоксальным образом он же стал и освободителем: построенная отважным греком империя оказалась недолговечной, и в 3 веке до нашей эры Согдиана обрела независимость. И как часто бывает, за несколько веков под чужой властью согдийцы усвоили её культуру, сами сделавшись одной из высоких цивилизаций Древнего Востока. Главным преимуществом Согда перед расцветшими гораздо раньше Хорезмом и Бактрией было то, что на его территории находилось большинство важнейших развилок Великого Шёлкового пути, Согдиана оказалась едва ли не единственной землёй, которую было не миновать купеческим караванам, и Мараканда сделалась по сути дела столицей Великого Шёлкового пути. Согдиана никогда не была империей, скорее довольно аморфной конфедерацией враждующих княжеств и городов-государств, но о её роли в тогдашнем мире свидетельствует хотя бы тот факт, что письменность согдийского языка сложилась по образцу арамейской и стала прототипом для уйгурской, монгольской и маньчжурской - на всём этом простратсве от Сахары до Гоби хватало людей, знающих согдийский язык. На пике расцвета население Самарканда оценивается от 100 до 500 тысяч человек, это был город масштабов Багдада, Сианя или Константинополя.

4. 2015


Третьими завоевателями Согдианы стали арабы во главе с Кутейбой ибн Муслимом, огнём и мечом насаждавшие здесь ислам и положившие конец той добродушной цветастой Античности, затянувшейся в Туране до 8 века. Есть легенда, что они убили здесь всех мужчин, а женщин силой женили на персах, по крайней мере согдианский язык при арах начал увядать, окончательно выйдя из обращения к 11 веку. К тому моменту, как персидская (территориально скорее таджикская) династия Саманидов обособила свою империю от Халифата, бывшая Согдиана уже была неотъемлемой частью Большого Ирана, давшей ему цвет науки (Авиценна) и особенно поэзии - с Самаркандом связаны судьбы Рудаки, Фердоуси и Омара Хайама. Ну а в 1220 году сюда пришёл Чингисхан, и масштабы катастрофы, которую принесло Средней Азии монгольское нашествие я уже не раз сравнивал с локальной ядерной войной. Разрушенный город стал грандиозной братской могилой, где по легенде кровь так пропитала землю, что в ней много лет не росла трава. Но и говорить, что "на самом деле Самарканд - ровесник Риги и Кёнигсберга", тоже было бы преувеличением: Афросиаб - это руины именно шахристана (укреплённого посада) и цитадели, но всё это окружала система бесчисленных предместий и сельхозугодий, которые охватывала внешняя стена Девари-Киямат (Стена Судного дня) длиной по разным оценкам от 43 до 66 километров - это размеры Древнего Рима. Она была замкнута на Афросиаб, то есть в основном город простирался отсюда на юго-запад, и просто посмотрев на карту, можно заметить, что именно в этом направлении вдоль невидимой оси, древней главной улицы, расположены Биби-Ханум, Регистан, Гур-Эмир, Ходжа-Ахрар, и в этих же пределах сместился после Чингисханова разорения центр. Самарканд 13 века - то же, что в недавнем прошлом Дрезден, Сталинград, Ковентри или Хиросима. Но надо понимать, что на все последующие века, на всех эти правителей, как грозный Тамерлан и мудрый Улугбек, приходится меньше трети истории Самарканда, а большая её часть скрыта в этой глине.
На следующем и трёх прошлых кадра - место встречи двух городских эпох, площадь между Афросиабским городищем и Сиабским базаром:

5.


Вот так примерно был устроен Афросиаб. Четыре линии укреплений - не результат постепенного роста города, они существовали очень давно и многократно обновлялись, уже когда были в глубине застройки, и в их происхождении учёные не разобрались до сих пор. Это не могло быть и подобие ташкентских даха - Самарканд всегда отличался сильной центральной властью, заседавшей в грозной Цитадели. При всём огромного размере у города было лишь четверо ворот, и если с Бухарскими и Китайскими всё в целом ясно, то Кеш - это нынешний Шахрисабз, а Наубехарские ворота - рискну предположить, всего лишь Новые Бухарские:

5а. схему позаимствовал из отличного поста maximus101 про сам Афросиаб и его музей.


В прошлый приезд я осмотрел лишь подножье Афросиаба, где находятся известнейшие достопримечательности: мечеть Хазрет-Хызр у старых Кешских ворот, во дворе которой упокоился Каримов; фантастический некрополь Шахи-зинда; могила пророка Даниила у Китайских ворот. Не заметил я тогда многочисленные "норы" в стенах, при виде которых водитель лишь бросил "Да это цыгане живут!".

6.


У подножья Афросиаба - древности, на гребнях стен - кладбища, а внутри - пустота, которую рассекает лишь пара улиц без домов и почти без машин. Поход по городищу мы с Олей начали в Шахи-Зинде, пройдя её насквозь. Если мощи Святого Даниила (вернее, некий их фрагмент) привёз сюда Тамерлан из далёких Суз, то Шахи-Зинда и Хазрет-Хызр восходят к арабскому завоеванию: первая стоит на месте зороастрийского храма, а у второй само название "Живой царь" напоминает о древней легенде, что за полвека до Кутейбы здесь проповедовал Куссам ибн Аббас, двоюродный брат Пророка, обративший в ислам немалую часть местной знати, а потом павший в битве с неверными, - так вот по легенде, когда ему отсекли голову, он взял эту голову в руки и скрылся в афроасиабских подземельях, где и живёт по сей день. Равно как и святой Хызр в местных легендах по-прежнему бродит где-то в окрестных горах.

7.


Название Шахи-Зинда распространилось на всё огромное кладбище, занимающее отрезанный Ташкентской улицей от остального городища "остров" Афросиаба. По идее это мусульманское кладбище, но больше всего меня впечатлили корейские могилы ближе к его дальней стороне:

8а.


О корейцах в Узбекистане я когда-то писал отдельный пост. В Самарканде они не столь заметны, как в Ташкенте (где корейских лиц много на улицах), здесь моё знакомство с ними исчерпывалось парой кафе в русских махаллях да этим некрополем. Корейцев мы "встретим" и в древностях Афросиаба, хотя конечно куда заметнее в те времена здесь были китайцы.

8.


На кладбище мы встречали людей, но в отличие от других малолюдных мест, где узбеки и таджики при виде иностранца пытаются с ним поздороваться да поговорить, здесь на нас словно не обращали внимания - так видимо принято на кладбищах. Исключением оказались смотрители, сидевшие в уворот, и один из них даже подвёз нас с полкилометра по Ташкентской. Единственное здание в глубине Афросиаба построено в 1970 году - это его музей:

9.


Скажем прямо, музей разочаровал - не скажу за большую археологию, а например соседний Пенджикент в Таджикистане музеям дал гораздо больше Афросиаба. Тут по сути дела всего несколько залов, из которых по-настоящему впечатляет лишь один - с фресками, а билет стоит что-то вроде 18 тысяч сум (180 рублей) с человека. Но всё же, отправляясь на Афросиаб, сходить сюда стоит, и экспонаты я ещё покажу в привязке к местности.

10.


Странная птица в фойе да рисунки на заборе музейной территории - это мифические существа, названия и сущность которых забыта, но сами образы то и дело попадаются в здешних находках. Подобных созданий из глины можно увидеть и на сувенирных развалах Регистана. Арабы, покорив Среднюю Азию, уничтожали доисламскую культуру планомерно и тотально, в соседнем Хорезме например и вовсе сожгли все книги и документы на хорезмийском языке, и потому сведений о здешней Античности осталось немного. Но по свидетельствам тогдашних путешественников, деревянные статуи фантастических птиц и зверей вопреки всем канонам ислама украшали самаркандские улицы ещё в 9-10 веках.

11.


За забором - глуповатая пыльная скульптура каравана у колодца на Великом Шёлковом пути:

12.


А за ней лишь пустое пространство. Впереди вторая линия стен, охватывавшая центральную часть шахристана, мы же стоим на территории четвёртой - третья линия не окружает вторую, а возвышается чуть в стороне огромным островом. Справа отчётливо видна оплывшая башня:

13.


Стенам Афросиаба посвящён целый зал музея - реплика кладки, подлинные древние кирпичи, да печь, где они делались. Впрочем, в основном Афросиаб был построен из сырца и самана, а такие города, будучи разрушенными и покинутыми, просто постепенно возвращаются в исходное состояние своего материала.

14.


Люди боялись селиться в разрушенном городе, затем страх ушёл, но осталась передающаяся из поколения в поколение память, да и просто Афросиаб представлял собой безводную пустыню посреди города. По сей день самый частый гость здесь - пастух:

15.


16.


Блеяли овцы. Воздвигались высокие стены, образуя могучие крепости и мощные многобашенные твердыни, их владыки яростно враждовали друг с другом, и юное солнце багрово блистало на жаждущих крови клинках. Победы сменялись разгромами, с грохотом рушились башни, горели горделивые замки, и пламя взлетало в небеса. Золото осыпало усыпальницы мертвых царей, смыкались каменные своды, их забрасывали землей, а над прахом поверженных царств вырастала густая трава. С востока приходили кочевники, снова блеяли над гробницами овцы и опять подступала пустошь (с) "Властелин Колец".

17.


18.


А в потоптанной траве, среди обильного навоза то и дело попадаются древние черепки:

19а.


В музеях Самарканда (не столько "афросиабском", сколько основном, что выселили недавно с Регистана на Поворот) немало "афросиабской керамики" домонгольских времён. И хотя местная гончарная школа сформировалась при арабах, следом за рузрашением принёсшим сюда немало новых технологий и идей, всё же на уровне ощущений есть в этом дух старой Согдианы. Античная сдержанность в ней сочетается с какой-то милой наивностью проведённых от руки линий:

19.


А это явно что-то доарабское, и до чего же выразительны лица! Согдианцы пили вино, предпочитали войне торговлю, и во всех их сюжетах чувствуется какая-то удивительная любовь к жизни. Есть в этих изображения что-то от советских мультфильмов:

20а.


Косторезное искусство. Если керамику Афросиаба возродил ещё в начале ХХ века усто Умар Джаракулов, то костяное искусство древнего города пока являют миру лишь археологи:

20.


Терракотовый узоры зданий, скорее всего мавзолеев или мечетей - подобные ещё можно видеть на некоторых уцелевших домонгольских постройках:

21.


А впереди видна уже цитадель, даже в своём нынешнем виде грозная. Примерно с этого места, после встречи с баранами, вокруг нас стали виться мошки, и с каждым шагом их становилось всё больше и больше.

22.


Вот эту траншею я принял было за Китайские ворота - на одних схемах они прямо под цитаделью, на других над могилой Даниила (и тогда я через них ходил ещё в прошлый приезд), а это место примерно на полпути. Подобные траншеи прокопали за почти полтора века работ археологи для удобства работ на городище:

23.


Потому что края Афросиаба выглядят так, и хотя больше они похожи на обрывы речной долины, это всё - творение человеческих рук. Собственно, и речка-то внизу - это древний Сиабский канал, питавший рвы шахристана, а над ним 20-метровые стены да заполнивший их, словно чашу, культурный слой. Впрочем, не до краёв - в профиль Афросиаб заметно вогнутый:

24.


Вдали - явно старый мост через канал. Я не нашёл о нём никакой инфомрации - по этому мосту (а с него, в "нашу" сторону, открывается вид на мазар Даниила) туристы обычно ходят и потому не знают, как он выглядит. Прошёл по нему и я в прошлом году, и в нужный момент не догадался оглянуться. Теоретически он может быть и 16 века, когда бухарский эмир Абдулла II с китайским размахом обновлял инфраструктуру своего государства. "Небоскрёб" на заднем плане - частный дом, между прочим построенный точно на линии трёх минаретов Регистана.

25.


Виды в другую сторону, заметны башни и бастионы, и упавший с такой стены будет падать, а не катиться:

26.


Но у всей этой твердыни была ахиллесова пята - свинцовый акведук с окрестных гор, сломав который, монголы поставили стотысячный город перед выбором, от чего умирать - от их меча или от жажды. Конструкции акведука были разрушены, свинцовые трубы расплавились в пожарах, а отстроить это всё на пепелище уже не было возможностей, и выжившие стали селиться пониже, где можно брать воду из каналов.

27.


За каналом играют дети, мычат коровы, идёт повседневная жизнь махаллей. С этой стороны в те времена были в лучшем случае прилепившиеся к городу кишлаки, та же обсерватория Улугбека к центру гораздо ближе, чем Ходжа-Ахрар, но тем не менее строилась за городом.

27а.


Раскопы зданий у подножья Цитадели, судя по количеству комнат - скорее дворцов местной знати, чем мечетей:

28.


А эти холмики с глазками мне и вовсе напоминают нечто зороастрийское:

29.


Порой здесь откапывают алтари-очаги - домовые храмы зороастризма, где воплощением божьей благодати Хварна считались солнечный свет и огонь, за что арабы называли зороастрийцев огнепоклонниками. На самом деле это было уже не язычество, а вполне развитая дуалистическая религия с вечным противостоянием правды и добра Ахура-Мазды и лжи и зла Ангра-Маинью.

30.


О зороастризме я подробнее рассказывал в контексте Хорезма, который был его главным оплотом в Средней Азии. Там же я показывал Башню молчания - мёртвая плоть считалась в зороастризме нечистой, и чтобы не осквернять ей ни огонь, ни землю, умерших отдавали грифам и шакалам на специальных башнях, а кости складывали в такие вот ларцы-оссуарии. Обратите внимание на кресты (хотя скорее это фаравахары - "окрылённые солнца"), сразу заставляющие вспомнить, что немалую роль в древнем Туране играло и несторианство - древняя ветвь христианства, лучше всего прижившаяся на Востоке:

31.


Поднимаемся на цитадель:

32.


Вдали Кухак, или Чупан-Ата - одинокая сопка в излучине Зерафшана, по легенде брошенная Аллахом на осаждавших город неверных. Оттуда же входили и пятые по счёту завоеватели, полностью изменившие облик Туркестана - русские с польским немцем Константином Кауфманом во главе. Мошек вокруг всё больше, и ветер над цитаделью не столько сдувает их, сколько приносит.

33.


С цитадели лучше понятен масштаб городища. На заднем плане, на фоне гор Зерафшанского хребта - центр Самарканда Тимуридов с его голубыми куполами: одинокий мавзолей Биби-Ханым, два гигантских айвана и три купола мечети Биби-ханым, а вдали минареты Регистана и купол медресе Тилля-Кари, служившего соборной мечетью когда гигантская Биби-ханым начала рушиться от времени. Короткая эпоха Тимуридов была не расцветом Самарканда, а его лебединой песнью, и после того, как новая династия Шейбанидов в 1533 году перенсла свой двор в Бухару, Самарканд ни разу более не был столицей.

34.


На востоке (от кадра выше строго налево) видна какая-то явно новая мечеть совершенно не характерной для Средней Азии архитектуры - не подарок ли каких-нибудь арабов?

35.


На западе видно очередное маленькое кладбище на гребне древней стены, а что за здание за ним - точно не знаю, но в той стороне находятся и Институт археологии, и Художественный фонд Самарканда.

36.


Сам же холм Цитадели изнутри почти пустой - археологи (именно они!) выкопали здесь целый котлован масштаба современной стройки:

37.


Культурный слой. Здесь каждая зарубка - век:

38.


И века эти взирают на нас из глиняных стен:

38а.


Концентрация мошек же сделалась просто невыносимой. Меня уже не покидало ощущение, что с заходом солнца откуда-то из этих раскопов явится Повелитель Мух.

39а.


Солнце садится. В западном направлении Самарканд - обычный постсоветский город с многоэтажками и трубами:

39.


Собственно, вторым полностью для меня новым районом стал Микрорайон, тоже весьма колоритный. Микрорайон, Панджоб и Афросиаб - это своеобразные "города в городе", не похожие на остальной Самарканд. В первом живут русские и обрусевшие, во втором - иранцы, ну а в третьем - лишь духи умерших.

40.


И ради чего в первую очередь стоит сходить в здешний музей - это зал фресок, найденных в афросиабских раскопах. По сути дела возможность визуализировать тот красивый и солнечный древний мир, который стёрли в порошок ещё даже не монголы, а арабы. Согдиана оставила о себе гораздо больше подобных свидетельств, чем мусульманские империи, по одной очень простой причине - там не было мусульманского табу на изображение лиц:

41.


А потому мы до сих пор можем видеть своими глазами портреты знантных согдианцев и их странные одеяния:

42.


Первое определение, которое мне приходит на ум при виде согдийского искусства - "индоевропейский": всё это вызывает ассоциации разом с Грецией, Индией и Китаем, но при этом не похоже ни на что из них.

43.


Наглядный образ края на перекрёстке всех дорог. В ряд по двое послы Чаганиана (Сурхандарья), Китая, Чача (Ташкента) и - с перьями на головах - корейцы из страны Когурё.

44.


"Происходящее здесь настолько не поддаётся описанию, что я напишу просто(с) - это красиво":

45.


Охота - забава знати, а как выглядел простой согдианский крестьянин или житель махаллей, или даже купец - по этим фрескам не узнать. Но исторические бури меняли скорее облик знати, а крестьянин, будь то мужик, дехкан или феллах, выглядел так, как того требовали условия его труда, и вряд ли сильно изменился с тех времён, когда писались эти фрески, до тех времён, когда фотографировал Прокудин-Горский.

46.


А здесь запечатлена процессия с царской свитой, и самое загадочное в ней - белые птицы, более всего похожие на страусов. Есть мнение, что это и были страусы, подаренные согдийскому двору как заморская диковинка - ведь у арабов были колонии в Африке. Увы, эту фреску я увидел не в оригинале, а лишь в репродкуции - оригинал уехал на выставку в Корею.

47.


Эти фрески украшали Зал Послов (то есть церемониальную приёмную) дворца ихшидов - так назывался здесь титул монарха, видоизменённое "шах", отсюда же и основанная туранцами на другом конце Халифата египетская династия Ихшидидов. Тогдашние дворцы не блистали роскошью, состояли в основном из глиняных стен и деревянных конструкций, а главным их украшением были именно фрески. Конкретно эти сделаны в 7 веке, услаждая взор царя Вахрумана. До арабского вторжения оставалось полвека, а надежды о защите тогдашняя Согдиана возлагала на Китай. В итоге уже после падения Хорезма и Согда арабы сошлись с китайцами на реке Талас и победили их, а вскоре и сам Китай сгорел в гражданской войне, унёсшей до 30 миллионов жизней, и это был пожалуй окончательный закат Древнего мира (начавшийся, конечно, с падения Рима), глобальная смена поколений - на Землю повсеместно пришло Средневековье.

48.


Постройки с другой стороны цитадели. В обоих кадрах можно отыскать одетую в яркое Ольгу - она тут для масштаба, так как масштаб этот сверхчеловеческий:

49.


А вокруг нас всё так же вились мошки... Всё же я рад, что пришёл сюда не в первый, а во второй приезд, когда уже объехал большую часть бывшей Согдианы и слышал живую согдианскую речь в таджикистанской долине Ягноба.

50.


Что это было? Дворцы, храмы? Не знаю... По карте на этом месте Соборная мечеть. Но заглядывая в ямы и траншеи, ведущие к горизонтам явно доисламских эпох, видишь на их дне кирпичи. Это взгляд прямиком в ту самую Тьму веков:

51.


Тропами вдоль траншей и намытых оврагов мы покинули Афросиаб в районе Ново-Бухарских ворот:

52.


Да вышли через сады на дорогу, и словно за невидимой чертой мошки исчезли как по сигналу. Другая сторона Афросиаба. Улица, кстати, как и Ташкентская отсекает небольшую часть городища, а сама ведёт к тем стенами и воротам из начала поста.

53.


На этом, вместе со всеми дополнениями, закончу рассказ про Самарканд. Причём, видимо, окончательно - даже если я окажусь здесь в третий раз, не знаю больше ничего, что потянуло бы на отдельный пост, разве что на пару дополнений к существующим постам. Но что сказать о Самарканде напоследок? Пожалуй то, что это город, увидеть который я мечтал всю жизнь, и наконец увидев - не был разочарован.

В следующей части заглянем ненадолго в Бухару.

САМАРКАНД-2015.
Общее. История и ремёсла. Добавлено множество новых фотографий, в основном ремёсел. Часть была в этом посте.
Общее. Люди и традиции. Добавлено много новых фотографий, в основном людей и немного пейзажей.
Регистан.
Кук-Сарой и Гур-Эмир. Оплот Тамерлана.
От Регистана до Сиаб-базара.
Подножье Афросиаба. Шахи-Зинда и могила Даниила. Добавлено убранство мавзолея Ширин-бике с "пейзжаными" картинами, заменён ряд кадров на более удачные.
Махалли и народы. Добавлена красивейшая в Средней Азии синагога и несколько деталей, объём уменьшился.
Разное. Медресе, мечети, мавзолеи.
Разное. Совсем разное. Переделан на 2/3. Из поста про махалли перенесён рассказ про иранский район Панджоб; рассказ про бумажную мануфактуру выведен оттуда в этот пост; некоторые детали и пейзажи - во вторую часть. Добавлены русско-советские микрорайоны на западе Самарканда и кое-что из обсерватории Улугбека.
Русский Самарканд. Вокзал, храмы и бульвар. Добавлено несколько фотографий.
Русский Самарканд. Дома и люди.

УЗБЕКИСТАН-2016
Обзор поездки и оглавление серии.
Узбекистан осиротевший. Реалии после Каримова.
Областные центры Узбекистана.
Возвращение в Ташкент.
Северо-восточные районы и общий колорит.
Мавзолеи Ташкента и Чиланзар.
Городища Ташкента и Занги-Ата.
Янгиабадский базар.
Ташкентская область.
Чирчик. Индустрия в предгорьях.
Чарвак. Ходжикент.
Чарвак. Бричмулла и Чимган.
Окрестности Паркента. Невич и Солнце.
Древний Илак. Бирюзовая копь Унгурликан.
Древний Илак. Алмалык и окрестности.
Два пути в Ферганскую долину.
Возвращение в древние города.
Ташкент, Самарканд, Бухара. Обзор обновлений.
Самарканд. Мануфактуры старого города.
Самарканд. Окраины (добавлено в старый пост).
Самарканд. Афросиаб, или Тьма веков.
Бухара. Закоулки и мечети.
Путь домой через пустыню.
Учкудук. Три колодца.
Джаракудук. В сердце Кызылкумов.
Нукус - Бейнеу. Железная дорога Устюрта.
Tags: Узбекистан, дорожное, замки-крепости
Subscribe
promo varandej november 18, 10:35 104
Buy for 500 tokens
Думая о планах на 2018-й год, лишь один пункт я пока ощущаю константой, своеобразным ДОЛГОМ - это Байконур. После того, как я побывал на Семипалатинском ядерном полигоне, он остаётся моим последним крупным пробелом в Казахстане. Я уже не помню, какая по счёту это будет попытка. Кажется,…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 35 comments