varandej (varandej) wrote,
varandej
varandej

Язгулям. Долина Искандера.



Пройдя от родной Эллады до страшных гор под Крышей Мира да покорив неприступную скалу Хурриена, последний оплот сопротивления Бактрии, холодным весенним утром в полных талыми снегами горах Искандер Заркарнай, на родине известный как Александр Македонский, вышел к этой неприметной узкой долине. От Хурриеновых проводников он знал, что выше по ней живёт непокорный народ, и счёл недальновидным оставлять в тылу потенциальный очаг сопротивления. Буднично оценив местность, высоты и потенциальные укрытия, со скучающим видом он отдал несколько дежурных приказов, и маленькая непобедимая армия, где каждый воин был ему близким другом, распределилась по скалам у устья. С гор тянуло холодной талой сыростью. Искандер поднял свой Золотой Карнай и трижды дунул в него, возвестив о готовности к переговорам. Тотчас словно из ниоткуда возникли горцы, и Искандер понял, что всё это время они, притаившись на скалах, держали его под прицелом. Но сколько раз Искандер уже был в шаге от чужой стрелы, и сколько прежде покорил таких непокорных народов? Полководец помнил расплавленное золото Персеполя, униженных жирных купцов Мараканды, да жалкие останки надменных защитников Согдианской Скалы, низвергнутых вниз "крылатыми" воинами-скалолазами. Из стана горцев вышел статный воин, и Искандер со своего коня глядел на него скучающим взглядом. Воин назвался, - Андар, и сказал коротко: зачем биться множеству людей против множества людей, если с каждой стороны их движет воля одного человека? И смерив Андара взглядом, Искандер вдруг почувствовала, как его изголодавшаяся рука сама потянулась с рукояти. Он принял вызов безвестного горца, поставив на кон свою жизнь, потому что привык побеждать... и проиграл поединок. Но получив смертельную рану, он пошёл не обратно к своим, а вверх по долине и упал у Каменного Моста на берегу реки, окрасившейся кровью до самого устья. Греческие воины, прошедшие столько земель непобеждёнными, опускали луки да роняли мечи - им больше некуда было идти, и победитель Андар предложил грекам просто остаться здесь и стать частью его народа. Так и появились язгулями - потомки храбрых эллинов, а вода их реки раз в год по весне по-прежнему окрашивается Искандеровой кровью.

Такую легенду несколько десятилетий назад этнографы записали в Язгулямской долине, где живёт один из памирский народов. В прошлых частях я рассказывал о дороге сюда из Дарваза, о колорите Горного Бадахшана и про Афганистан, каким он виден за рекой. Но патриархальный, нищий и набоженый Язгулям, как будто бы, от Афганистана отличается не сильно - поднявшись в его первый от устья кишлак Мотравн, я кончиком пальца прикоснулся к таинственному миру боковых долин Бадахашана, где светловолосые ясноглазые люди живут в кишлаках без электричества.

Машина с ехидным дедом-начальником и его покорным молодым водителем довезла меня до развилки дорог, у которой лежали свежеотёсанные брёвна, а на брёвнах сидела целая толпа почти русского вида памирских мужиков. Я был уверен, что это язгулямцы, ждущие оказию домой, но оказалось ровным счётом наоборот - оказаий они ждали в свои кишлаки по Пянджу. Но мой рассчёт на то, что под вечер кто-нибудь да поедет вверх по долине, оказался верен - вскоре меня подобрал красный "Жигуль" без стёкол в окнах задних дверей.

2.


Язгулям - это река, впадающая в Пяндж, и соответственно маленькая историческая область в её узкой долине. Там стоит 7 кишлаков через 7 километров один от другого: Мотравн, Шавуд, Будун, Вишхарв, Андарбаг, Жамаг и Зайч. На самом деле по карте видно, что и расстояния между ними сильно варьирутся (от Шавуда до Андарбага они стоят почти кустом, а Зайч явно дальше других), так что весьма вероятно, что "7 километров" стоит понимать как "1 фарсанг" - путь от привала до привала. Сама долина - пугающе узка и скалиста, и до 1960-х годов большая её часть несколько месяцев в году была отрезана от мира снежными заносами. Язгулямцы ещё в конце 19 века, когда сюда пришли первые русские, слыли народом фанатично верующим, непокорным и воинственным, их боялись даже опустошившие Бадахшан в 1883 году афганцы (которые, как известно, никого не боятся), и видимо даже советская власть до поры до времени предпочла не связываться с людьми Язгуляма.

3.


Поймав машину, я рассчитывал доехать доехать куда повезёт, и в идеале до какого-нибудь кишлака повыше, но машина шла в Мотравн - самое нижнее и крупное из язгулямских селений, своеобразную "столицу" долины. Водитель жил где-то на его дальних выселках, и потому оставил меня в самом центре села - скоро, мол, намаз кончается, пойдут люди из мечети и кто-нибудь да приютит.

4.


На перекрёстке меня окружили детишки-кривляки, возможно впервые увидевшие иностранца:

5.


Смущённо-любопытные женщины в ярких платьях, да козы, вереницей тянувшиеся вверх по главной улице села:

6.


Сама мечеть в боковой улице. Десяток памирских народов делится на две группы - северную (шугнанцы, рушанцы и т.д.) и южную (ваханцы), и например шугнанец рушанский язык понять сможет, а ваханский - нет. А живущие ещё севернее язгулями, или згямиги, не понимают ни тех, ни других, и скорее всего они - осколок ещё одной группы народов, и братьями их некогда были дарвазцы и ванчцы. Но Дарваз перешёл на персидскую речь в 16 веке, Ванч - в 19-м, когда Дарвазское шахство держало в вассалах весь Горный Бадахшан, а вот непокорные згямиги свой язык сумели сохранить. Но Бухарский эмират пришёл в Дарваз на 20 лет раньше, чем в Шугнан и Рушан, и в отличие от последних, здесь бухарских беков не одёргивали русские чиновники, и видимо поэтому на рубеже 19-20 веков язгулями утратили другой признак памирцев - религию, из исмаилитского ислама перейдя в суннитский. Как и всякие новообращённые, уверовали они с фанатизмом. В постсоветскую гражданскую войну в окрестных горах воевали партизаны "вовчиков", и даже в наше время, как сказал мне один военный (подтвердить или опровергнуть не могу) из 65 человек, ушедших с Памира воевать за ИГИЛ, 62 - язгулямцы.

7.


Но за вычетом религии нет бОльших памирцев, чем народ язгулями! Рослые и статные, внешне они очень разные, от жгучих "почти кавказцев" и медных "почти эфиопов" до светловолосых и ясноглазых "почти европейцев". В Таджикистане они слывут лучшими борцами, и даже у того таджиского, который завоевал своей стране единственную золотую медаль недавних Олимпийских гор, молва мигом нашла язгулямские корни. Но "памиристость" язгулямцев не только внешняя - вот вышли из мечети мужики, поздоровались со мной, стоят и смотрят: выбирай, дескать, к кому на ночлег напроситься! Первым меня заметил интеллигентный бородатый человек в серой рубашке и зелёной тюбетейке, к нему я и пошёл, а дядька в фиолетовой рубашке оказался его соседом.

8.


Европеоидность язгулями более всего видна по их детям, такое ощущение, что многие из них с годами темнеют:

9.


Хозяин дома с внуками, своими и соседскими:

10.


Фотографировались язгулямцы радостно, особенно старалась глазастая старшая девочка, и кто догадается по её чертам лица, что живёт она в сердце Азии под самой Крышей Мира с видом на Афганистан, а не где-нибудь в Пермском крае?

11.


Между тем, на Язгуляме я сам стал достопримечательностью, и пока мы с хозяином гуляли по его двору, как водится расспрашивая друг друга о жизни в разных мирах, посмотреть на меня выходили соседи.

12.


Вниманием туристов эта пугающе узкая долина явно не избалована, при том что от Памирского тракта в Мотравн несложно дойти пешком:

13.


На кадре выше солнце садится за афганские пики, на кадре ниже - его последние лучи выше по ущелью:

14.


Хозяин (я, как всегда, забыл его имя) провёл мне натуральную экскурсию по своей усадьбе, оказавшейся целым лабиринтом узких ходов среди каменных построек:

15.


Причём порой совсем без признаков эпохи:

16.


Усадьбу пересекает арык, в котором можно помыть руки или яблоко:

17.


Индюшки в деревянной клетке:

18.


Аутентичного вида корзины, плетение которых - один из народных промыслов Памира:

19.


Глиняная печь и вполне современная посуда:

20.


А это, кажется, туалет, или по крайнйе мере туалет здесь такого же размера - в памирских домах эти постройки необычайно капитальны и просторны:

21.


Над всем этим - зелень сада, хотя многое из привычного на равнине, например виноград, здесь уже не растёт.

22.


На ветках - тощие индюшки:

23.


В романтическом пейзаже долины похожие на каких-нибудь сказочных птиц:

24.


25.


Но одним из главных впечатлений Мотравна стала то, что здесь нет электричества! Подобное я уже видел в Ягнобской долине, но население её полутора десятков кишлаков вчетверо меньше, чем один Мотравн, да и от ближайших коммуникаций она на порядок дальше. Говорят, электричества нет во многих боковых долинах Памира, а как это вышло - я так и не понял. Местные говорили, что это боевики в гражданскую войну украли провода, а подвозивший меня кулябский военный утверждал, что это советская власть не позаботилась об электрификации Памира. Первым я, честно сказать, верю больше. Вообще, парадокс, но ни здесь, ни даже в горах Каратегина я не слышал ни намёка в поддержку боевиков: видимо, как обычно это бывало хоть, под конец боевики озверили, так что для ещё недавно лояльных селян мучитель и избавитель поменялись местами. Ну а местные к отсутствию электричества давно приспособились - у кого-то есть солнечные батареи, кто-то приспособил старый советский мотор под микро-ГЭС на ручье, и только с генераторами здесь не дружат, ибо возить недешёвый в этих краях бензин по убитым горным дорогам выходит себе дороже. В доме, куда устроился я, у хозяев есть небольшая солнечная батарея для подзарядки телефонов да фонари с ручным заводом.

26.


Но при всей очевдиной нищете, для меня у них нашлись фрукты, баурсаки, чай и плошка шурпы. На чай зашёл сосед - тоже поговорить с неожиданным гостем. На стене у хозяина висела фотография с панорамой Медины, а посреди ужина он отлучился на полчаса в мечеть - пришло время намаза. Но религиозность язуглямцев мирно уживается с типично памирской интеллигентностью, и спать меня отвели на мягкую постель в комнате совершенно городского вида, с владимирским хрусталём и русскими книгами в пыльном лакированном серванте.

27.


На кадре выше - резная колыбелька, такие часто встречаются на Памире. А утром хозяин отвёл меня в настоящий "пятистолбовый дом", или чид, признаки которого я видел и за дверями хозяйских комнат. Дом, который он показал мне - заброшенный, но при этом не замусоренный и не разграбленный, даже с изукрашенными сундуками на полу. Устройство его я уже описывал здесь (фото №№21-23), повторяться не буду. Скажу лишь, что столбы на Язгуляме называют не в честь мусульманских святых, а в честь небесных светил - если ничего не путаю, справа Солнце и Луна, слева Венера, Марс и Юпитер. Арка посреди - бучковач со священной закорючкой в виде архаровых рогов, на полу ярусы олицетворяют неодушевлённый мир, растений и животных, а уступы потолка, сходящиеся к единственному окну - Землю, Воду, Ветер и Огонь. Чиды - это древние дома-храмы, и может поэтому набожные язгулямцы стараются от них избавляться: в рассказе хозяина так и сквозило ощущение "вам это всё интересно, а нам самим не нужно".

28.


Мы встали рано - в путешествии я вообще встаю обычно в 6 утра, но по меркам Таджикистана я глубокая сова - здесь встают в 4-5 утра, чтобы успеть к первому намазу. В пятистолбовый дом мы пришли в предрассветных сумерках, и когда вышли - на горах занималась заря:

29.


Мы прошли практически весь кишлак, мимо магазинов, управы, школы и больницы с автономной электрификацией, да мимо чужих домов при признаков века. Вот сушится кизяк на крыше сарая - вместе с хворостом основное топливо на долгую мрачную зиму.

30.


Мы попрощались у моста, и хозяин обяъснил мне, как лучше идти дальше:

31.


Под мостом полным ходом строилась мини-ГЭС, так что вполне может быть, что вот сейчас, когда я пишу эти строки, в Мотравне уже есть электричество, но большинство людей вряд ли привыкли использовать его постоянно. Уверен, что первым ожил телевизор - потому что всему остальному от лампочки до холодильника можно найти замену.

32.


Сама же эта теснина известна как Каменный Мост. Легенду про Искандера Заркарная (на самом деле он был, кстати, не Заркарнай - Золотой Карнай, а Зулькарнайн - Двурогий) здесь знают, но конечно же не воспринимают всерьёз, и сначала даже было хотели сделать вид, что не в курсе, о чём речь - мы, мол, серьёзные люди, в сказки не верим. Но объяснив мне, что это только легенда, язгулямцы всё же пояснили, что легендарная могила Искандера - здесь, у этого моста:

33.


У странных волнистых камней, словно посечённых мечами. В других местах, впрочем, пишут, что Искандер похоронен у следующего села Будун (или Бдын), а близ Мотравна - могила Андара:

34.


Ходить вниз по течению хозяин дома мне советовал - мост там есть, но я по нему не пройду, придётся возвращаться к мосту у строящейся плотины. Но я всё-таки пошёл по пути раненного Искандера к месту его поединка. Со скал за рекой открывается впечатляющий вид на зелёный кишлак, раслпаставшийся между гор, которые выше, чем его ширина. Внизу хорошо видна речка Мотравн, на заднем плане - её ущелье, где у жителей кишлака стоят водяные мельницы (см. например здесь).

35.


И если сверху строится мини-ГЭС, то снизут тянется ЛЭП:

36.


На всё это взирают из Афганистана 5-километровые вершины. Географически это уже Гиндукуш, хотя для памирцев Памир лежит по обе стороны Пянджа:

37.


В какой-то момент меня нагнал грузовик с мужиками-рабочими в кузове, ехавшими стоя, держась за натянутую через кузов верёвку. Разумеется, от предложения подвезти я не отказался, но проехали мы так дай бог километр, и если сами мужики из кузова спокойно выпрыгивали, то мне дали лесенку:

38.


Столбы пока ещё без провода:

39.


Небольшое кладбище за рекой:

40.


На валуне - имя Сарадж персидской вязью:

40а.


А пласты окрестных гор стоят почти вертикально, демонстрируя всю мощь удара Индостана о Евразию:

41.


Люди гор:

42.


Боковые долины похожи на афганский берег гораздо больше, чем кишлаки вдоль Пянджа. Но только здесь не носят паккулей и пуштунских жилеток.

43.


На узкой тропе я поровнялся с вереницей рабочих, вполне может быть - тех же, которые вечером уезжали с развилки:

44.


Родник и рощица с заглавного кадра отмечает место поединка Искандера и Андара:

45.


А выложенная из камней, держащихся на честном слове, ограда - видимо, Андарова могила: логично, что великого воина похоронили на месте его победы. Впрочем, пишут, что камни принято оставлять на могиле Искандера, а здесь много камней явно не для ограды.

46.


И пусть мы знаем, что хотя во времена Македонского предки язгулямцев уже жили в этих горах, сам Искандер не был на кручах Памира, что войны своей он не проиграл, но умер на 33-м году жизни в Вавилоне то ли от лихорадки, то ли от передозировки лекарством, то ли просто от усталости, и что настоящую его могилу в благородной Александрии в Средние века размыло море, здесь это неважно. Если в саму легенду о поединке Андара язгулямцы уже не верят, то в своё происхождение из воинов, прошедших путь от Эллада до Индии, памирцы верят вполне, ну а глядя на язгулямцев - и постороннему в это поверить несложно.

47.


А вода в Язгуляме и правда по весне на несколько дней становится красной - просто в паводок река поднимается до горизонтов красных глин на берегах. Мостик же, которым меня пугал хозяин дома, оказался страшненьким, но вполне проходимым:

48.


Пока я ходил к мазару, за рекой проехало штук пять машин, вполне может быть, что из верхних кишлаков, и я понял, что скорее всего ещё сутки машин вниз не будет. Однако - ошибся, и вскоре меня подобрала запоздала и перегруженная "Волга". За серым Пянджем напротив устья красного Язгуляма - афганский кишлак Омурн:

49.


На тракте мне повстречался тот дядька из Мотравна, вечером заходивший к нам с хозяином дома на чай, и дал мне жёсткое и кислое, но неожиданное вкусное яблоко. Вскоре я поймал очередную машину и продолжил путь, чтобы к вечеру достичь Хорога.

50.


О дороге туда через Рушан и Шугнан, центральные области Горного Бадахшана - в следующей части.

ТАДЖИКИСТАН-2016
Обзор путешествия и другие посты о нём (оглавление).
Перелёт Москва - Душанбе и получение регистрации.
Таджикистан в общем. География и реалии.
Таджикистан в общем. Быт и колорит.
Душанбе и Гиссарская долина (Районы республиканского подчинения) - см. оглавление.
Хатлонская область (Южный Таджикистан) - см. оглавление.
Согдийская область. - см. оглавление.
Каратегин. Гарм.
Памирский тракт
Западный Памирский тракт

Начало тракта. Душанбе - Калаихумб.
Дарваз, врата Бадахшана.
Бадахшан в общем. Природа, культура, люди.
Бадахшан в общем. Афганистан за рекой.
Язгулям. Воины Македонского.
Рушан. Страна в ущелье.
Хорог. Город на Крыше Мира.
Ваханский коридор
Горон и его гейзеры.
Ишкашим. Наматгут и путь в Биби-Фатима.
Ишкашим. Биби-Фатима и Вранг.
Ишкашим. Лянгар и Ратм.
Восточный Памирский тракт
Лянгар - Аличур. По карнизу Крыши Мира.
Мургаб и окрестности. Жизнь на Крыше Мира.
Мургаб - Каракуль. Крайний Верх.
Каракуль - Ош. Старый Памирский тракт.
Так же:
Узбекистан-2016. Обзор и оглавление.
Tags: Таджикистан, дорожное, природа, этнография
Subscribe
promo varandej август 10, 02:01 28
Buy for 500 tokens
Между тем, пока я заканчивал свой космический цикл постами о Байконуре, считанные дни остались до вылета на малую родину Солнца. Планы, по сравнению с озвученными чуть раньше, слегка поменялись из-за традиционно августовской напряжёнки с билетами. 1. Почти всю вторую половину августа я буду…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 47 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →